Процесс умирания не столь болезненный для того, кто умирает. Больше вреда он причиняет тому, кто за этим наблюдает.
Джеймс умирает каждую зиму, очень медленно, но неотвратимо, и всякий раз кажется, будто эта смерть навсегда. Будто на следующий день Джеймс уже не проснется, а так и останется сидеть в кресле, слишком огромном для его тощей физиономии.
(Коняш)

URL
22:28 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Наверное, это разница восприятия.
Утром в среду сдал наконец многострадальный проект по экономике. Многострадальный он потому, что ко мне в партнеры набился Самюэль, который ничегошеньки не сделал по собственному проекту, и обещал помощь. В результате он не только не помог, но и сбил мне весь график постоянными обещаниями и невозможностями: его часть работы не была сделана, мы перенесли дедлайн, и в итоге даже ко второму дедлайну он не собирался делать практически ничего.
Все это супернеприятно и заставило меня понервничать (и отняло несколько ночей сна), потому что такого уровня несобранности я не видел даже у Артюра (который так затянул с фишами по эстетике, что в итоге так и не дописал, а перешел из универа в высшую школу, лол).

И вот после этого мы собираемся с нашей группой-труппой в начале пары английского, чтобы обсудить пьесу, которую мы будем ставить.
Несмотря на то, что мы еще неделю назад должны были прочитать два акта из трех (следовательно, оставался один на это занятие), оказалось, что из пяти человек трое не прочитали целиком: один прочитал только первый акт, вторая — два акта, третья — не читала, но смотрела постановку.
И я просто смотрю и думаю: почему?

Но! Помешало ли это нашей работе? Почти нет.
Мы с Лизой объясняли те сцены, которые я предлагал интерпретировать так или иначе, добавляли фактов из биографии персонажей, которые легли в основу тех, кого я придумал.

Конечно, никто ничего не делает даже с полпинка, и это в определенном смысле фрустрирует.
Но мне так нравится работа над этой адаптацией. Даже пожалел, что нельзя менять коней на переправе: я бы с удовольствием взял вместо «Носа» Гоголя «Ночь игуаны» Теннесси Уильямса на курс сценария. По таинственной причине, хотя «Нос» мне ближе и понятнее, адаптировать его сложнее, чем «Ночь игуаны», которая сложилась у меня быстро и четко, и теперь я посреди пар вдруг выхватываю блокнот и начинаю строчить идеи, которые можно добавить, потому что вдруг что-то щелкнуло в голове.

Неожиданное чувство радости поиска и складывания творческой мозаики, которое мне очень приятно.

@темы: gaudeamus igitur, juvenes dum sumus

01:12 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Пришли на то место, где в Тварях был вход во французское министерство магических дел. Фонтанчика там не оказалось (вместо него гордо возвышался фонарь), но это ничего. Потоптались над занятыми волшебниками.

Шли обратно к метро в опускающихся сумерках, и вот тогда началась магия: мерцали гирлянды в деревьях, играли уличные музыканты, на рождественской ярмарке разливали глинтвейн. Внутри ощущал тихое ликование и нежность к миру.

Встретились с Тони Лашденом, спустя столько лет. Человек-маяк, который очень многое мне объяснил и открыл. Вот так болтаете в интернете с человеком, обсуждаете тексты друг друга, а потом он оказывается лицом русскоязычного активизма, и вы встречаетесь в Париже. Это тоже немного магия, да?


@темы: gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

23:25 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Мэксин. Почему вы всегда заявляетесь сюда именно перед припадком, Шеннон?

На английском ставим пьесу по «Ночи игуаны» Теннесси Уильямса. Пьеса совершенно потрясающая, очень сильная, неоднозначная; критика писала, что вслед за Флобером, заявившем, что «мадам Бовари — это я», Уильямс мог бы воскликнуть: «Шеннон — это я». И это немного печально, но важно.

Мы ставим модерн!АУ, и преподавательница предложила нам в группах поговорить о травматичном опыте, чтобы наделить им наших героев/героинь. У каждо_й геро_ини должна быть травма, которая вскрывается в процессе и решается.
Мне понравилась ремарка преподавательницы: «Ваш герой может умереть в конце, — но он хотя бы пытался!»

Группы определились скорее территориально, чем реально, зато теперь я работаю с прекрасной Амели с музыкального.
Сели в кружок — как анонимные алкоголики, только анонимные травмированные студент_ки.
— У меня есть несколько идей... — начинаю я.
Все рады: несколько персон в группе в принципе не хотят напрягаться, другие пока еще думают.
Набрасываю мысль за мыслью: вот такая травма у мадам Мэксин, такая — у Шэннона, а показать это можно так, а что касается Ханны...
— Давайте устроим небольшой перерыв! — просит Лиза, и Фрида поддерживает ее. На английском у нас нет даже крохотной паузы посреди трехчасовой пары, и их можно понять. Решаем разойтись на мять минут и собраться снова, потмоу что времени в обрез.
Все уходят, я слоняюсь по опустевшей аудитории, как призрак, и жду, когда можно будет продолжить.

Через пять минут возвращается только Амели.
— А у тебя много идей, — улыбается она, обращаясь ко мне по-французски.
— О, знаешь, тема травмы мне очень близка, — отвечаю я по-английски, думая о своем опыте и опыте своих друзей.
В ожидании мы набрасываем еще пару идей — я пока молчу про Ханну в надежде, что кто-то подтянется, но Лиза и Фрида не спешат; довольно быстро приходит Микаэль, и Амели пересказывает ему свою идею, которую мы с ней успели развить.
Лиза и Фрида приходят под конец, времени нет, решаем списаться в гугл-драйв.

У меня и правда много идей, и не сказать, что это тот опыт, который делает мою жизнь более насыщенной и веселой.

Шеннон. И вы заметили, верней, вам кажется, мисс Джелкс, что вы заметили, будто мне нравится лежать в этом гамаке связанным, как свинья, которую повезут на бойню?

Ханна. А кому бы не захотелось пострадать, искупить свои грехи и грехи всего человечества, мистер Шеннон, если это можно сделать, лежа в гамаке, на котором вас распяли не гвоздями, а всего лишь веревками, да еще на горе, которая куда привлекательней Голгофы. Мне видится даже, как вы изгибаетесь и стонете в этом гамаке… И ведь ни гвоздей, ни крови, ни смерти… Не слишком мучительное распятие за грехи всего мира, мистер Шеннон!

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, обсессивно-компульсивное расстройство

20:27 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Название: Под сенью яблонек в цвету
Автор: северная пчелка
Фандом: «Гоголь»
Размер: мини (1029 слов)
Персонажи: Николай Гоголь, Яков Гуро, Александр Бенкендорф, Александр Пушкин
Саммари: Общество поэтов — борцов с нечистью наконец нашло Гуро.
Примечания: фруктовый сад взялся не с балды, а из агентурных данных начала XIX века.
Я бы назвал это «Фантастические твари: преступления Гриндевальда»!АУ, но все мы тут понимаем, что весь «Гоголь» — это большая АУ по Тварям.

читать

@темы: Рихито-сама, Третьего отделения на вас нет, негодяи, ангелы - всегда босые...

14:19 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Смотрю титры в кино и думаю: мог бы стать кем угодно. Мог бы стать костюмером, декоратором, художником спецэффектов, локейшн-менеджером, даже актером — я мог бы стать кем угодно, повысив свои шансы попасть в продакшн.
Нет, мама, я хочу быть режиссером.
И не смутили меня слова декана, мрачно обозревавшего наш первый курс, что не нужно столько режиссеров. Не смутила статистика, что над одним фильмом могут работать сотни людей разных профессий — и один режиссер.

Какой из тебя режиссер? Откуда ты возьмешь силы и внутренние ресурсы? Где твои доминантность и уверенность, где навык управленца? Можешь ли ты долго вынести бесконечные съемочные дни и компромиссы — а то и настаивать на бескомпромиссности?
Нет, мама, понимаешь, режиссура — это то, чем я хочу заниматься.

Может, ты хочешь быть кинокритиком? Нет, мама, режиссером. Может, журналистом, который ездит на все фестивали и берет интервью у съемочной группы? Нет, мама, режиссером.
Может, все-таки научишься держать в руках камеру ровно и станешь оператором? Нет, нет, нет.
Режиссером.

В Paris 8 нас часто в начале семестра просили писать небольшие тексты о том, где берет начало наша синефилия, как мы полюбили кино, за что мы его сейчас любим.
И я смотрел на чистый лист каждый раз и думал: но что я могу написать, если я не синефил, и кино не полюбил, и сейчас не люблю?
Я не хочу быть костюмером, декоратором, художником спецэффектов, локейшн-менеджером, актером, оператором, я хочу быть режиссером.

*
Так устал от непрерывного напряжения предыдущих недель, что мог думать только о «На пороге ночи» Брюссоло, день за днем черпая силы из истории о несгибаемом маленьком принце, и Робин был моим маяком и моей ролевой моделью.
Потом я очень некстати вспомнил, что он сошел с ума, не выдержав, и добрую треть книги провел в доме скорби, не в состоянии даже поднести ложку ко рту, выжженный, пустой, сломавшийся.
Хорошая ролевая модель, и конкурсы интересные.

@темы: gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, Херовато у меня дела, Лафайет., РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

13:33 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
На улице пахнет зимой
и темно
все время темно,
как будто дом окнами в грот.

И ты поднимаешь глаза
и ищешь звезду
хоть одну,
чтоб она указала путь.

Ибо грот,
и зима,
и тьма –
это повод вздохнуть
о том, что ты безымян,
взять даров
и идти во тьму,

чтобы тьма разверзлась,
и всюду пролился свет.

Ночь уступает утру,
под сенью святых яслей.

@темы: возьми на кухне нож, разрежь меня на части, Рихито-сама

01:27 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Даже не подозревал, насколько сильно устал, пока люди вокруг не начали комментировать это.
Самюэль на методологии дважды спросил, все ли ок, а потом еще трижды озабоченно посоветовал не стрессовать и вообще держать хвост пистолетом. А потом Мюнх сказала, мол, когда я тебя на работе видела, на тебя совсем лица не было.
А я-то думал, что это мое улыбающееся лицо.

Времени нет настолько, насколько вообще его может не быть. Как следующие полторы-две недели протянуть, я пока не понял. То есть протянуть-то я их протяну, но с какими потерями — вопрос.
Ноябрь — традиционно максимально тяжелый месяц в преддверии декабря. Солнца мало, холодно, много промежуточных заданий и скоро сессия. Год за годом, год за годом — единственное исключение было на пятом курсе, когда декабрь прошел почти как во сне, такой счастливый и шалый.

Два года назад из всего этого вытащили Твари, но потом разъебали окончательно; в этом году как-то не получается.
Собирались завтра пойти в аймакс на Тварей с Самюэлем, но не смогли согласовать время, потому что именно в аймаксе единственный сеанс между его работой и моей парой где-то в часе-двух езды от Парижа. А больше времени у меня не будет ближайшие две недели точно.
В конечном итоге оказывается, что поддерживали и разъебывали не Твари, а только Джей, и теперь это не работает.

Вот так тебе сначала говорят: просто перестань общаться с человеком, и травмирующей хуйни в жизни станет меньше; а потом ты понимаешь, что единственное, что тебя держало: доказывать каждый день, что ты — не те плохие слова, которыми тебя называют. И с поддержкой от друзей и знакомых я хочу только бросить все и вернуться домой в комфорт. Потому что я умею только не благодаря, а вопреки.
Слушаю песни на стихи Есенина и грущу, что не взял с собой томик с новеллами и рассказами Платонова.
Скачал сценарий Тварей, но где взять время, чтобы его читать?

@темы: обсессивно-компульсивное расстройство, Херовато у меня дела, Лафайет., Лимон-который-выжил, gaudeamus igitur, juvenes dum sumus

03:46 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


До сих пор не укладывается в голове. Два года прошло, а я помню, как это было: то ощущение счастья и гармонии, плавно перескочившее в череду ПА и срывов; приключение в гостиной Гриффиндора с Дашей, где настоящая магия и много смеха; пять походов в кино на один и тот же фильм: рано утром в маршрутку, с нее на автобус, а там уже и сеансы в аймакс со скидкой (я сводил всех, кто не побоялся моей компании).
Два года назад были лекции, скоро-экзамены, бесконечные рецензии, однотонные интервью, гора упражнений по режиссуре — но все это можно было пережить, потому что были Твари, и телефон разряжался дважды в день, потому что был Джей.
Два года!

Сейчас снова: лекции, скоро-экзамены, фильмы, съемки, завалы; Твари упорядочивают реальность. До последнего не верил, что вот так вот запросто пойду на предпремьерный показ, так что трясти начало только в RER по дороге в кинотеатр, зато до сих пор не отпустило.
Не меньше десяти минут стоял в очереди на вход в кинотеатр (и ждал Мюнха с арманьяком). Честно говоря, спиртного стоило взять побольше, но кто ж знал (ладно, я знал).
Краткое резюме фильма классическое. Опадают листья с ясеня: нихуя себе, нихуя себе. Я смотрю, и действительно — охуительно, охуительно.

СПОЙЛЕРЫ

В конце фильма не хватило только пойти в Любо-кафе с Джеем пить какао с коньяком и о б с у ж д а т ь, но я в Париже, и это устроить проблематично. Голова пытается восполнить пробел аргументами Джея, и я хожу, стою, сижу, лежу с его голосом в голове, который рассказывает то, что я от него уже слышал, и то, что вероятно услышу, и это тоже пиздец, но мне нравится (тоже). За неимением лучшего мозг устроился как мог.
Чувствую внутри себя экзистенциальную пустоту от осознания, что ждать еще два года. Надо поскорее заканчивать универ и идти проситься к ним на работу, будучи уже дипломированным специалистом европейского уровня. Ну возьмите меня!
На пятой части Тварей будет значиться «режиссеры — Дэвид Йейтс, Дарья Ефимова», помяните мое слово.

Чувствую себя как в фильме «Мой любимый марсианин», когда марсианин начал разваливаться на части от грусти, буквально: у него отваливались руки, ноги, голова. Вот и я смотрю в пустоту и просто надеюсь, что в этом году не доведу себя как тогда, а просто окунусь в жижу смешных видосов и хэдканонов, потому что фильм дает такое пространство для самых неожиданных шипов, что аж спасибо пожалуйста.
Спасибо, Париж, за предпремьеру, я это ценю.

@темы: сказка, обсессивно-компульсивное расстройство, Лимон-который-выжил, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

01:18 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Эйзенштейноведы: КНИГА МАРИ СЕТОН УЖАСНАЯ ЖЕЛТУХА НЕ ЧИТАЙТЕ ЕЕ ТАМ ОДНИ СЛУХИ
Я: Так-так-так, вы сказали: «Князь серебряный» от эйзенштейноведения? Возьму-ка ее в библиотеке универа почитать наконец.

В итоге бросил после сотни с лишним страниц, как Винни-Пух из анекдота: ни сот, ни меда. Может, конечно, где-то дальше прокрались сенсации для АиФ и прочих массовых изданий, но я просто не могу: читать в двадцать четвертый рах биографию Эйзена, но в гоблинском пересказе — увольте, у меня нет столько времени, и даже мой projet de recherche того не стоит.

Ожидания: кулстори, где Эйзен читает вслух Александрову «Фантомаса», а Александров лениво перебивает его и говорит, потряхивая золотистыми кудрями: «Ну где тебе найти актера краше меня?»
Реальность: понимаете... третий пол... он видел в Александрове идеальную модель... никакого ничего, упаси сами знаете кто......

В общем, раньше мне было грустно за эйзенштейноведов, которые читали биографию Эйзена авторства Мари Сетон, потому что она их смущала своей общей желтушностью, а теперь — жалко их, потому что пришлось эту суперскучную и наполовину додуманную, наполовину взятую со слов Эйзена историю как-то критически осмысливать. Meh.

Ну хоть фотографии красивые. Гриша на проволоке (с которой он один раз наебнулся, чуть не убив Тиссэ). Эйзен на троне (не та фотка, где он как Гастон закинул ноги на подлокотник, а другая, где его легко сравнить с маленьким Иваном в исполнении Эрика Пырьева, с болтающимися ногами). Смешная фотка из Мексики, где Гриша реально как солнце, как Аполлон, как золотоволосый бог.

Энивей, 3/10 не рекомендую друзьям (если там дальше начинается огонь, маякните моему внутреннему мотыльку).

@темы: гости всыпали боярам звездюлей

00:07 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
А спонсор моей сегодняшней тревожности — шесть писем от Тибо, которых бы не было, если бы я в середине недели выкроил полчаса на один нормальный ответ.
Шесть писем от Тибо — Il faudrait qu'on discute de vive voix !
:str:

Мюнх спрашивает: во сколько завтра вернешься? А у меня пара Тибо. Говорю: после десяти, наверное.
Тут приходит письмо от Тибо: завтра после пары (в 21h) смотрим фильмы.
Смотрю на Мюнха, вздыхаю и дополняю информацию: завтра, судя по всему, не приду.

@темы: gaudeamus igitur, juvenes dum sumus

23:07 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
На паре методологии читали отрывки из текста Метца про семиотику кино, с примерами из «Нетерпимости» Гриффита. Преподавательница в какой-то момент спросила, кто смотрел этот фильм, и руки подняли полтора землекопа (в том числе я). Нам показали отрывок, финальные десять минут, где этот замечательный текст: «Ведь орудия пушек и прутья тюремных решеток отлиты в печи нетерпимости. И всеобщая любовь установит мир навеки. Взамен тюремных стен — лугов цветенье». Для меня это так красиво, что хочется плакать.

И в перерыв Самюэль (тот самый демон) спрашивает, мол, так ты смотрела «Нетерпимость»?
Да, говорю, люблю Гриффита.
Самюэль удивился и сказал, что смотрел только «Рождение нации», но это было тяжеловато (четыре-то часа, еще бы) и не совсем понятно. И спросил, что мне нравится в Гриффите.
Ну я и говорю: гуманизм, конечно, но главное — то, как он менял отношение к кино. Потому что начало ХХ века — время, когда для настоящих акторов единственной работой был театр, а кино считалось баловством или даже позором. Я читал мемуары Лилиан Гиш и помню, как она описывала этот перелом в сознании людей, актеров и актрис, режиссеров.

Конечно, самый грустный момент в мемуарах для меня: когда Лилиан Гиш возвращается спустя долгое время на съемочную площадку к Гриффиту, и он говорит, что болеет, и отказывается с ней рядом сидеть и говорить, глядя в глаза.
Оказалось, что ему было стыдно за сильный перегар, потому что дела шли не очень, и он все чаще пил. И ему не хотелось, чтобы Лилиан его таким увидела.
Об этом я Самюэлю не рассказал.


И вот после пары Самюэль внезапно говорит:
— А тебе нравятся старые фильмы, да? — пока я удивленно анализирую себя, он добавляет: — Ну, Эйзенштейн, Гриффит.
И я понял, что никогда не задумывался о своем отношении к кино в таком ключе. Я даже думал, что старое кино мне не слишком нравится: у нас зачастую элементарно нет тех необходимых культурных кодов, которые нужны для полноценного восприятия лент давно прошедших лет.
С другой стороны, я вдруг понял, что правда люблю. Многое осталось в моей памяти смазанным воспоминанием, но я все равно испытываю нежные чувство и к Гриффиту, и к Алену Рене, и к Франсуа Трюффо, и к итальянским неореалистам, и к — список монжо продолжать. Спасибо Гиберту, конечно.

Две недели Самюэль так же поставил меня в тупик, заметив, что я, кажется, люблю вселенную «Гарри Поттера».
На самом деле, я не то чтобы люблю ее. Просто она важна для меня.
Но поди это объясни, когда ты сидишь с блокнотом с «Фантастическими тварями», играешь в «Хогвартс мистери», на рюкзаке брелок с шоколадной лягушкой и вообще из-под джинсов торчат носки с хаффлпаффским гербом.

Микк и его неочевидные очевидные увлечения.

@темы: gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, Натаниэль, Лимон-который-выжил, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

14:02 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Подписался на рассылку писем раннего Пушкина — судя по описанию, позже 1825 мне ничего не светит (вторая половина двадцатых и начало тридцатых — вот моя стезя, но чем богаты). Учитывая, что вот уже десять месяцев приходит ежеутренне по одному стихотворению Пушкина, которые я читаю теперь выборочно (самое классное в лирике Пушкина — это его эпиграммы, файт ми) — видно, как сильно я соскучился и как мне этого всего не хватает.
Второе же письмо — то самое, 1824 года, Булгарину, где Вы принадлежите к малому числу тех литераторов, коих порицания или похвалы могут быть и должны быть уважаемы.
И я прост :weep3:

@темы: Третьего отделения на вас нет, негодяи

01:14 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Остро захотелось переслушать часть песен из второй главы "Снов о Земле" группы Немного нервно.
Так получилось, что именно этот альбом больше всего ассоциируется с журфаком. Я слушал его, когда ехал с пар Мороза (тех самых пар современного литературного процесса для издателей), и факультет казался мне яблочным островом, и я думал, глядя на голубое небо из окна маршрутки: «куда мне домой, с такой чумной головой».

Журфак так и остался самым светлым и ярким в моей учебной и неучебной жизни. Моя любовь к нему такая сильная, что когда я первый раз побывал в Париже, я рассказывал всем с превеликой нежностью: «Париж почти так же хорош, как журфак».
Я все лето хотел написать какой-нибудь общий пост в честь выпуска, но так и не смог, потому что нельзя вместить всю мою любовь к этому месту и ко всем этим людям в один пост. Нельзя рассказать, как огромно и бесконечно я благодарен факультету.

Если оставлять каких-то центральных персон, то это совершенно точно будут Мороз, Павлов и Беатриче. Но как представить себе мое отношение к факультету также без К., без Немца, без Зуева? Без Ярослава и без Сенковского?
Группа Немного нервно, конечно, в первую очередь относится к моим чувствам к парам Мороза. К Морозу. К тому, как он много привнес в мою жизнь: к чувству счастья, к чувству причастности. Вот я несколько месяцев ищу повод написать что-нибудь осмысленное в мессенджер Морозу, а вот я наконец читаю «Собор Парижской Богоматери», и вот уже мы с Морозом встречаемся на факультете и говорим об Антониони.
И «Счастливая Москва» Платонова, которая вытащила меня из нервного истощения третьего курса. И Даша, с которой мы познакомились на парах Мороза. И все это. Все это.

Павлов, которого я, безусловно, подвел, уехав в Париж. Павлов, с которым мы начали резонировать еще на подкурсах. Павлов, который был одним из поводов поступать все-таки на журфак — на заочку, просто чтобы остаться причастным к тому месту, где есть Павлов. И как все его боялись, а потом резко полюбили, и я недоумевал, почему они любят Павлова больше Мороза.
Павлов, благодаря которому я чувствую гораздо больше и знаю, где лево, а где право. Благодаря которому я знаю Куняевых и Быкова. Благодаря которому понимаю, что даже если наша правда — третья, истина одна.
Резонанс.

Беатриче, которая увлекала своими историями. Когда она говорила о Данте и Беатриче — мы с одногруппницей плакали. Потому что Беатриче рассказывала так, что задевала наши души. И потом она открыла нам историю журналистики — сначала немного зарубежной, потом полностью — отечественной. Как она рассказывала! На следующий год в единственный свой выходной от института я ехал два часа до журфака, чтобы только услышать ее голос и ее истории. Часть из которых я слышал — но это было неважно.
Беатриче пела сиреной, и я каждый раз разбивался о скалы. Она подарила мне темы обоих дипломов. Она неземная и волшебная, и я каждый раз боюсь, что она меня забыла, но Катя иногда передает мне от нее приветы.
читать дальше

@музыка: Он с ней умеет летать - Немного нервно

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

02:01 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
После вчерашней пары начал читать купленную буквально на прошлых выходных за смешной один евро книгу Раймона Радиге «Дьявол во плоти». Начинается она с длинного и подробного предисловия, и вот я постепенно читаю дифирамбы всей артистической тусовки Парижа 20-х годов прошлого века в адрес юного гения, и пытаюсь разобраться, что мне все это напоминает.
Особенно остро, конечно, воспринимаю воспоминания Кокто, потому что, во-первых, очень люблю Кокто, а во-вторых, на него смерть Радиге произвела, наверное, все-таки самое тяжелое впечатление.

И вот я читаю все эти цитаты, такие трепетные, полные восторга и любви, Кокто о Радиге (мне очень нравится, как Кокто описывал внешнее впечатление от Радиге: «Il était petit, pâle, myope, ses cheveux mal coupés pendaient sur son col et lui faisaient des favoris. Il grimaçait comme au soleil. Il sautillait dans sa démarche. On eût dit que les trottoirs lui étaient élastiques»), и думаю: а может, мне это напоминает МОЙ ОТП ИЗ ДЕТСКОГО СЕРИАЛА ПРО ЮНЫХ УЧЕНЫХ, потому что Кокто смотрит на Радиге с высоты своего опыта (человеческого и поэтического), и так боится сломать его, деформировать, — но в то же время так сильно хочет направить. И так хочет присвоить его. И говорит с ним как с равным. «Cet enfant est un ange gardien pour mon travail».
И ключом к пониманию внезапно стал пассаж о том, что Радиге собирался жениться — не потому, что любил эту женщину, а лишь бы избежать в сорок лет печати мадам Жан Кокто (mais qu'il ne voulait à aucun prix être à quarante ans un monsieur que tout Paris eut surnommé "Madame Jean Cocteau").

Я понял, где читал подобное: в биографии Есенина.
Есенина, обласканного поэтической тусовкой Петербурга конца десятых — начала двадцатых годов того же ХХ века.
Есенина, которого на литературных вечерах просили почитать «что-нибудь наше», а потом прерывали на середине крестьянских поэм и поясняли, что ждут похабные частушки.
Есенина, которого Клюев так трепетно и болезненно любил, что «выл по-бабьи» ему перед очередным свиданием: «Не уходи, Сереженька...» — хватаясь за полы его пальто.

Есенин тоже был тем самым молодым дарованием, чистым и светлым, и его изо всех сил пытались заляпать, облапать, измарать.
Радиге не был похож на Есенина, но, в то же время, они были близки: своей юной искренностью, своей попыткой выжить в этом круговороте пошлости и возвышенности.

Клюев смотрел на Есенина, почти как Кокто на Радиге: с бесконечной верой в его дар, с нежностью к недостижимой уже молодости, которая расцветает на глазах.
Тут же и Обаке с Хиро из «Города героев»: Обаке видел этот свет и этот дар, и хотел удержать его, не отпускать.
Не отпускать.

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, I'll find her if I have to burn down all of Paris

00:18 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
На паре сценария тема занятия «адаптация пьес», смотрели «Человеческий голос» Росселини по одноименной пьесе Кокто.
«Человеческий голос» я читал еще по заданию Маэстро на втором курсе: я тогда еще не знал, кто такой Кокто, как воспринимать пьесы, и что вообще происходит, но Маэстро так вдохновенно нам это задал, что хотелось прочитать как можно скорее, чтобы тоже почувствовать внутри что-то такое, возвышенно-радостное.
А Росселини — это тот самый неореалист, который поставил «Рим, открытый город».

Сказать, что я удивился, — ничего не сказать.

«Человеческий голос» я, конечно, перечитал — в метро по дороге в университет, но все-таки.
Теперь, зная, кто такой Кокто и как читать пьесы, я воспринял это гораздо острее и вернее, а фильм... фильм совершенно восхитительный. Безусловно достоверная игра Анны Маньяни и на удивление хорошая киноадаптация.
Преподавательница сказала, что Кокто присутствовал на съемках, так что это прямо огонь, а не постановка.

После просмотра фильма преподавательница оборачивается к нам и говорит, мол, рассказывайте, как вам, комментируйте.
И тишина.
Тогда я поднимаю руку; преподавательница улыбается.
Я, собрав в кулак весь свой французский, рассказываю, какое впечатление произвел на меня фильм, потому что я понимаю контекст пьесы и, как зритель, верю: двадцатые годы, говорю я, это же как раз время смерти Раймона Редиге (так и есть, говорит преподавательница, Радиге умер в конце 1823, пьеса написана в 1827), то есть время сильных переживаний, горечи, траура, первого пристрастия к опиуму — вообще, добавляю я, истории любви Кокто всегда были болезненными и часто грустными, и я вижу эту горечь и болезненность в «Человеческом голосе», и мне хочется плакать вместе с героиней.
Помните, говорю я кивающей преподавательнице, Кокто говорил Жану Маре: vivre sans toi est atroce, так вот эта пьеса, и этот фильм — иллюстрация к этой фразе. Не дословная, но показательная.

Никто больше комментариев к фильму не дал.

@музыка: Карелия - Подводный корабль

@темы: gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, I'll find her if I have to burn down all of Paris

18:42 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Перечитываю «Vita nostra» и начинаю видеть, в чем дело.
Дело, как водится, в страхе.

Вчера преподаватель по режиссуре позвал на рандеву по поводу моей биографии (мы на первой неделе занятий писали биографии минимум на пять страниц, с драматургией и вот этим всем, и я прям: ого, а родители говорили, что опыт игры на ролевых форумах не пригодится мне в жизни, И ТОЛЬКО ПОСМОТРИТЕ, ГДЕ Я СЕЙЧАС). Рандеву с другими ребятами из группы длились минут по десять, со мной беседа вышла почти на полтора часа. Велл.

Обсуждали мои предыдущие учебы, мой опыт и мой годовой проект. Ключевое слово — «обсуждали». Я только постфактум понял, что именно во всем этом кажется мне странным и непривычным, а это как раз процесс реального обмена идеями, реальной помощи от педагога.
В институте при встрече на тему моего дипломного фильма декан два часа рассказывал, как он это видит. Здесь Тибо почти полтора часа пытался узнать, как это вижу я.
Он набрасывал идеи референсов, предлагал подумать так и эдак, уточнял, атмосфера чего меня больше вдохновляет. Рассказывал о фильмах и сериалах, где что-то хоть сколько-то похожее, предлагал взглянуть под другим углом, а теперь под таким. Как тебе интереснее видеть эту историю? Ты знаешь своих персонажей? Насколько идеалистичен финал?

Мы беседовали, исходя из моего уже имеющегося опыта и опыта потенциального, который я успею получить. С экскурсом в историю — но не потому, что это как-то тематически совпадает с моим проектом, а просто чтобы и Тибо, и я лучше поняли ход моих мыслей на уровне идеи. Тибо — чтобы он мог точнее меня направлять. Я — чтобы я сумел сформулировать главное.

И анализируя постфактум произошедшее, я понял, что в итоге часто ходил вокруг да около, просто потому, что боялся сказать что-то, за что меня осудят. Что может не вписаться в какие-то рамки. Институт научил меня делать то, что от меня хотят — Paris 8 учит делать то, что хочешь ты сам.
А я продолжаю смотреть ровно прямо, как будто опущенные кафедрой телерадиовещания шоры все еще закрывают мне обзор.
Тибо говорит: работайте с тем, что вас вдохновляет, даже если это не вдохновляет больше никого. Не слушайте никого, не обращайте внимания на попытки помешать вам. Говорят, не сдюжите? А вы сдюжьте. Говорят, это уродливо? А вы покажите это уродливое так, чтобы получилось что-то невероятное.

И тогда я понял, почему у меня появился второй шанс прозвучать. Потому что первый раз слово было страх, а слово должно быть любовь.
Не бойся.

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

16:46 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Проснулся сегодня в полседьмого; на небе было видно три звезды. Одна из них оказалась самолетом и очень быстро улетела.
Первый день съемок, а я чувствую себя гораздо лучше, чем последние недели. Вчера, конечно, несколько переживал — а ну вдруг мы с Каролиной не сможем понимать друг друга с моим слабым французским, а вдруг на съемках окажется, что техника лагает, а вдруг фокуса не будет. Я поделился с юношей с математического, что немного нервничаю, и он сказал: «Il faut pas. Tu es capable faire des belles choses».

Если серьезно, то я все еще удивлен: в институте процесс съемки и всего, что с ней связано, вызывал у меня такой бесконечный и безграничный стресс, что я уж боялся, что вся эта сфера потеряна для меня навсегда (другой вопрос, почему я при всем этом выбрал кафедру кино для поступления во Франции). Сейчас мне кажется, что я начал разбираться во всем этом, распутывать клубок, нащупывать контуры. Я режиссер; не оператор, не сценарист, не звуковик. Я режиссер, моя задача — ставить фильмы, а не придумывать и снимать их.
Во многом эту простую мысль, спрятанную за тезисом об универсальности режиссера, мне помогла осознать Анна, которая сказала, что вот она работает с либретто, а не рождает там музыку или сюжеты.
И все как-то встало на свои места.

Каролина занимается съемкой не первый год, это ее профессиональная деятельность. Я могу говорить ей, какие кадры хочу видеть, как еще можно снять ту или иную деталь. Но мне не нужно одновременно думать о драматургии и настраивать фокус. Наконец-то процесс работы над фильмом: размышления о его построении, первые наметки драматургии, оппозиции, кульминации, первый съемочный день, в конце концов, — приносит мне не ужас и стресс, а радостное ожидание того, что же из этого получится.

Тут, конечно, нужно поблагодарить Семибратова за то, что он попытался научить нас видеть драматургию не только в фикшене, но и в доке. И еще, и это важно, поблагодарить преподавателя по документалистике здесь, в Paris 8, потому что он, кажется, понял, что я не справляюсь с задачей создать команду минимум из двух человек для работы над семестровым проектом, и предложил сотрудничать нам с Каролиной. Были ли наши идеи похожи? Честно говоря, очень отдаленно. Но он увидел, что из этого может что-то выгореть, а я смог рассказать это Каролине так, чтобы моя героиня вписывалась в ее проект.
Ну и, раз уж зашла речь о благодарностях: спасибо Каролине, что она согласилась. И спасибо Анне. Вот Анне, конечно, особенно. :love:

@музыка: Растворись и растай - Магелланово облако

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

00:20 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Опять чувствую себя засланным казачком в универе. Как на журфаке, когда я приходил на пары к издателям и на вопрос Мороза, что хорошего, отвечал что-то вроде «Сессия на журфаке!» — и издатели кричали: «Вы пытаетесь таким образом вернуть в нас дух любви к журфаку?!»

Вот и сейчас хожу на пары в Paris 8 и защищаю честь своего Отечества: русская культура такая богатая!!, а вы слышали про раннее советское кино??? давайте расскажу!!!
Собственно, сегодня рассказывал на паре сценария немного про Тарковского и про традиции советского и русского кино, а на паре документалистики признавался в своей бесконечной любви к русскому языку и русской культуре в разговоре с однокурсницей. Потом она на свою беду спросила, чем мне так нравится XIX век, и следующие полчаса как в тумане, потому что А ЕЩЁ ФАДДЕЙ БУЛГАРИН ИЗДАВАЛ ГАЗЕТУ ЗНАЕШЬ КАКИМ ТИРАЖОМ

@темы: gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, Третьего отделения на вас нет, негодяи, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

01:46 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


Фильмопост-2018 (продолжение, часть 1 — тут)

сентябрь

128. Бабушка, 1970, реж. Дэвид Линч (средний метр)
Довольно жуткая картина, вначале малопонятная. Но как сказал преподаватель, Линч берет то, что кажется ему красивым а остальным — не кажется. И делает из этого кино. И это завораживает.
(Меня, правда, не особо завораживает, но вообще это здорово.)

129. Кинооператор, 1928, реж. Эдвард Седжвик, Бастер Китон
Во-первых, очень люблю Бастера Китона! Во-вторых, и Бастер Китон, и Марселин Дэй очень красивые! Хочу фильм про Кокто с Бастером Китоном в роли Кокто! В-третьих, ЭТО БЫЛО ТАК ТРОГАТЕЛЬНО АААААААА уровень лирики: «Огни большого города» Чаплина, только появилось на три года раньше!
А еще сцена с войной Тонгов смешная просто до невозможности. Мой фаворит: ЦЫГАНСКАЯ ОБЕЗЬЯНКА. Потрясающе.
В общем, фильм одновременно нежный, веселый и грустный. Чудесно :heart:
PS уровень операторского мастерства Бастера: Дзига Вертов :D

130. Mahou Shoujo Madoka Magica, 2011 (аниме, 1 сезон)
Я не уверен, что именно толкнуло меня пересмотреть Мадоку, но это все еще потрясающе, особенно люблю этот переход от «любопытно, какой интересный концепт» к неконтролируемым рыданиям.
запись создана: 30.08.2018 в 23:09

@темы: Василий-су! Государь жалует тебя чашею!

01:42 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"

Mea culpa

главная