23:56 

mon petit LeFou
"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
После того, как Лучинский дочитал нам курс истории зарубежной журналистики, мы уже не думали-не гадали о том, что «Гамильтон» когда-либо еще придется к месту на парах. Прошлые лекции по истории отечественной журналистики несколько поколебали нашу уверенность, но это могло быть совпадением.

Сегодня чудесная Болтуц рассказывала нам о Булгарине и Дорошевиче, так вот даже на зарубежке мы не чувствовали такого единства с «Гамильтоном» (опуская тот факт, что в то время о «Гамильтоне» вообще знал только Коняш, а я от него краем уха слышал).

Начать надо с того, что Фаддей Булгарин — огонь.
Он поляк с сомнительной репутацией, который учился в самом престижном учебном заведении в Петербурге (в том самом шляхетском корпусе, где еще Херасков вовсю поднимал журналистику, бзв), постоянно выслушивал насмешки из-за этой самой репутации (его отец как-то то ли на дуэли, то ли так застрелил русского генерала). Был таким субтильным, нескладным — Лермонтов прямо.
В 1806-1807 гг. так активно воевал с французами, будучи в составе русской армии, что был награжден лично императором. КАЗАЛОСЬ БЫ, карьера пошла в гору, репутация исправлена, только радость впереди.
И тут на глаза военному начальству попадается сатира Булгарина на это самое начальство :"D
Булгарина ссылают в Зажопинск какой-то заштатный полк, где он какое-то время кукует в скуке и в итоге бросает военную службу. В 1811 г.
Ну вы поняли :D
Короче, Наполеон проводит такую мощную пиар-кампанию, что Булгарин радостно идет к нему БОРОТЬСЯ ЗА СВОБОДУ ПОЛЬШИ. И на этот раз воюет с русской армией в составе французской :D
О ЭТОТ РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ДУХ.
Окрестили Булгарина Курбским и нежно разместили его в своих сердцах <3

Опуская тот факт, что Булгарин успел повоевать еще и в Испании (!), после чего написал суперпопулярные мемуары об этом, скажу еще следующее.
Булгарин входил в «позорный триумвират» недругов Пушкина, поэтому в учебниках по истории журналистики его не оч любят (и это мягко сказано).
Формулировки журналистских тенденций, введенных Булгариным, часто заставляли нас вспоминать Уильяма Херста :D
Меж тем было еще две небольшие истории, которые запали мне в душу.

Первая: о рецензии на роман «Юрий Милославский», которая появилась в газете Булгарина «Северная пчела». Первая часть этой разгромной рецензии (состоявшей, соответственно, из двух частей) попалась на глаза императору. Все бы ничего: ну разгромили второсортный роман в печати, ну подумаешь. Но императору «Юрий Милославский» понравился. В отличие от рецензии. Тогда он через цензурный комитет запретил публиковать вторую ее часть.
А Булгарин опубликовал. Прекрасно зная, от кого идет запрет.
(Понятное дело, газету император после этого собирался закрыть — а заступился за нее... Бенкендорф, убедивший императора в том, что популярность газеты слишком высока, и закрытие ее скорее отразится на репутации самого монарха.)

Вторая: о декабристах. О том, что Булгарин во время восстания стоял на соседней улице и не мог заставить себя пойти туда, где, собственно, и творилась история.
О том, как тайная полиция постфактум начала выспрашивать у Булгарина, как выглядит Кюхельбекер, и Булгарин описал его, ссылаясь на свой долг гражданина. (Кюхельбекера вскоре поймали. После чего Пушкин окончательно с ним порвал, кстати.)
Но главное — о том, как Рылеев доверил Булгарину свой архив. И никакой долг гражданина тут не сработал. Булгарин не выдал архив тайной полиции.

А теперь к Власу Дорошевичу. Я коротко.
Когда ему было то ли полтора, то ли два года, его бросила мать. Поговаривали, что она была весьма распутной и вообще понятно какой.
Мы с Коняшем напряглись.
Последовала ремарка: впоследствии Дорошевич возьмет два псевдонима:
Сукин сын
и Сын своей матери.

Мы прост
bastard, orphan, son of a whore

Мальчика из дома малютки усыновит семья Дорошевичей — бездетная и милая. Они будут относиться к Власу как к родному сыну, он к ним как к родным родителям.
А когда Власу стукнет 14 лет, объявится его родная мать и попытается его забрать. Добьется этого через суд. Не сойдется с ним во взглядах.
Он убежит из дома и пойдет работать, чтобы иметь возможность купить кусок хлеба.

by working a lot harder
By being a lot smarter
By being a self-starter
By fourteen

К приемным родителям он не сможет вернуться по решению суда.
Уже став журналистом, Дорошевич встретится в редакции с матерью — они оба будут работать журналистами в одном издании.

Влас Дорошевич станет королем фельетонов и одной из самых ярких фигур в журналистике перелома 19-20 веков.
*
Фанфакт: конец 19 века @ редакция газеты впервые в России обзаводится собственным офисом
#лучше поздно чем никогда

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, гости всыпали боярам звездюлей, Третьего отделения на вас нет, негодяи, Да здравствует революция, мы красивы и умрем!

URL
   

Mea culpa

главная