22:19 

mon petit LeFou
"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Неожиданно чудесная пара зарубежки о литературе романтизма. Преподавательница рассказывала о Гюго и о Купере, повторяла все время о моих любимых штуках типа романтического двоемирия.
В рамках этого контекста неожиданно понял, что «Трилогия Бартимеуса» — романтическое произведение чуть более, чем полностью. И не зря Натаниэля зовут Натаниэлем, если вспомнить Купера. То же двоемирие, только подправленное действительностью: противопоставление обывателей и гениев мешается с грязью, потому что взаимодействовать с другим миром могут не только гении, но и те, кто себя за них выдает (привет, концепция Гофмана). Эта путаница вызывает какой-то ужасный заворот реальности.
И получается, что мир стал слишком уродливым, цивилизация (снова) погрязает в болоте, захлебываясь в своей же желчи и гнили. Натаниэль (как и его тезка у Купера) не может выжить в таком мире и гибнет, потому что мир не принимает его.
Вот и выходит, что есть два типа гениев: Китти (которая может не только взаимодействовать с другим миром, но и присутствовать в нем — где нет места обывателям) и Натаниэль, зараженный вирусом цивилизации по собственной воле, но не справившийся ни с чем.

Вечером в семье по совершенно другому поводу вспоминали, как меня в детстве отстраняли от школьных занятий, потому что я слишком много читал, в результате чего почти все время пребывал в своем мире, оторванный от реальности.
Не то чтобы сейчас ситуация поменялась. Не то чтобы.
Я и мое романтическое двоемирие.
Получеловек-полуволк.

Преподавательница зачитывала мое любимое стихотворение Шелли, «Озимандия».

Навстречу путник мне из древней шел земли
И молвил: средь песков – минувших дней руина –
Стоят две каменных ноги от исполина,
Лежит разбитый лик во прахе невдали.

Сурово сжатый рот, усмешка гордой власти,
Твердит, как глубоко ваятель понял страсти,
Что пережить могли солгавший им язык,
Служившую им длань и сердце – их родник.

А вкруг подножия слова видны в граните:
«Я – Озимандия, великий царь царей.
Взгляните на мои деянья и дрожите!»

Кругом нет ничего. Истлевший мавзолей
Пустыней окружен. Гуляет ветр свободный
И стелются пески, безбрежны и бесплодны.


Мне кажется, что совсем скоро я тронусь умом от обилия литературы в моей жизни, как Алонсо Кихано, и стану Дон Кихотом.
*
Все дедлайны горят, я снова во власти кошмаров. Не могу спать — просыпаюсь чуть ил не каждый час в панике.
Хожу по улицам и испытываю тревогу. Постоянное ощущение, что не успеваю ничего, но сил все еще нет. Не могу успеть.
Знаю, что не справлюсь один, но у всех свои дедлайны, и просьбы о помощи уходят в молоко.
Поэтому as usual. Я сам.


@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Анфи

URL
   

Mea culpa

главная