северная пчелка
"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


Под эту песню мы сидели на Марсовом поле и смотрели, как искрится Эйфелева башня.
Отгоняли назойливых продавцов вина (у нас было свое) бесконечным: "Non, merci". Ели настоящий французский багет.
А потом башня начала переливаться, потому что французы готовились ко дню взятия Бастилии. И по ней растекались красивые узоры, флаги, волны света и цвета.
Люди вокруг сидели, стояли, бегали, бросали друг другу фрисби, пили вино, наслаждались жизнью.
И я был счастлив.

Я не шучу, когда говорю, что во всем виновата французская литература — я никогда не стремился во Францию, она казалась мне страной-клише, приманкой для богатых туристов (к числу которых я никогда не относился и едва ли начну относиться). За два года до окончания школы я столкнулся с Сартром и с Мартеном Пажем. И понял, что Франция может быть не совсем страной-клише.
А этой весной со мной случился Гюго.

Вначале был Вуди Аллен и его «Полночь в Париже». Я очень, очень люблю Вуди Аллена, а этот фильм запал в самое сердечко.
И, прочитав «Нотр-Дам де Пари» Гюго, я уже знал, что поеду в Париж.
Взял все сбережения на Москву и те деньги, которые мне подарили родственники на приближающийся день рождения. Позвал с собой Сахарка. И поехал.

За прошедшую неделю у меня не было ни одной панической атаки. Мне не было плохо. Мне не было тяжело. Мне не было больно.
Я истоптал ноги (мы ходили по 12-14 часов в день и почти не спали), а мои плечи и спина почти онемели за это время. Но каждое утро я просыпался и открывал шторы в нашем крохотном номере в 9 округе Парижа и видел красивое здание напротив, все ажурное, с балкончиками, увитыми цветами, и памятной табличкой о том, что там жил великий композитор.
И каждое утро я был счастлив.

Как и каждый вечер, как и каждый день, как и каждую ночь. Я был счастлив.
*
Вот знаете, часто бывает так, что ты читаешь/смотришь что-то потрясающее, а потом ищешь локацию-прототип и понимаешь, что автор сильно приукрасил действительность?
С Собором Парижской Богоматери такой номер не прошел. Собор прекрасен так, что дух захватывает. Так, что невозможно не возвращаться туда каждый день.
И когда ты снова и снова на вечерних мессах поднимаешь голову и видишь эти высокий своды, эти оставляющие светлые круги витражи, эти тени и эти камни — чувствуешь себя _правильно_.

Воскресная месса собрала невероятное количество людей (что и понятно), и все были настолько _едины_, настолько _объединены_, что хотелось плакать от царящей атмосферы доброты. Семьи льнули друг к другу, одиночки были не одни.
Больше всего мне нравится это ощущение всеобъемлющей и всеобщей любви, это многоголосье, вторящее священнику, эти улыбки в конце каждой мессы.
*
Париж поразил каждой улицей; запомнился свешенными в Сену ногами; полюбился самим своим воздухом.
Париж смел все стереотипы и расцвел, как Роза на Маленькой планете.

@темы: обсессивно-компульсивное расстройство, вот и сходил за хлебушком, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, I'll find her if I have to burn down all of Paris, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?