Записи с темой: гости всыпали боярам звездюлей (список заголовков)
20:43 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
tumblr_phc3dmWXcl1v08lf1o1_400.gif


Разговаривали сегодня с матерью.
— Так ты просто устала учиться! — поставила мне диагноз она.
Нет, мам, устал учиться я на четвертом курсе, а сейчас я переживаю, не перейдут ли мои горки «нервное истощение — нервное расстройство» в какую-нибудь депрессивную фазу.

Еще не закончился толком первый семестр (хотя уже почти начался второй), а я уже планирую, какие курсы буду читать на журфаке, когда меня официально припишут к кафедре западников.
Как вообще можно спокойно себя чувствовать за границей, когда у тебя позади шесть лет общения с Павловым?

Конечно, приятно жить в стране, где ценятся человеческие права и свободы, где уделяют внимание экологии и всему такому, особенно если ты из России, — но в конечном итоге я проскочил ту стадию, которую Булгарин описывал как: «Если бы лавочка Наполеона не обрушилась, я теперь возделывал бы виноград где-нибудь на Луаре», — и сразу перешел к тому моменту, когда он съебал в Карлово после всего того пиздеца с Пушкиным-Дельвигом-Вяземским и чувствовал свою неустроенность (слово из лексикона Эйзенштейна уже). И вернулся обратно.

Особенно меня злит, когда мне объясняют, как здорово я живу: ты-де и в такой культуре, и в такой архитектуре. Давайте я как-то сам буду выводы делать, все-таки я живу, а не вы.
Я снова и снова повторял, что уезжаю не из России, а во Францию, а теперь мне все говорят, что на меня псих нашел, что я думаю о России.
А я боюсь, что еще семестр, и я уже вообще ни о чем не буду думать, потому что не выдержу, не смогу.

Начал-таки пересматривать Дррр!!х2, и все ожидаемо пошло по пизде. Ну, в смысле, глобально оно давно уже, но тут прямо все совсем. Мой дорогой Микадо, держись там.

@темы: ты хочешь быть богом хотя бы в словах, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, гости всыпали боярам звездюлей, Херовато у меня дела, Лафайет., Третьего отделения на вас нет, негодяи, Микадо, gaudeamus igitur, juvenes dum sumus

00:29 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Три месяца смеюсь с этой шутки. Сначала, конечно, весело смеялся, а теперь еще сквозь слезы (потому что отопление мало помогает от холода).

02.10.2018 в 20:16
Пишет Белка Челли:

Все про отопление - и белка про отопление.


URL записи

@темы: гости всыпали боярам звездюлей

18:27 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Суперклассное начало, потому что в этом парадоксе — вся суть восприятия Эйзена.

«Восприятие Сергея Эйзенштейна – авангардиста, ставшего классиком и умершего запрещенным академиком, – неоднозначно. Когда в шестидесятые годы на Западе заново открыли советский авангард двадцатых, молодое поколение европейских интеллектуалов провозгласило Эйзенштейна радикальным левым художником. А на родине, сразу после XX съезда, то же самое поколение заклеймило его как правого конформиста, который, подобно итальянским футуристам, прославлявшим фашизм, воздвиг впечатляющий, а потому сомнительный памятник сталинской эпохе. Его «шоковую» эстетику и желание влиять на сознание посредством кино трактовали как форму тоталитарной поэтики – как искусство, освящающее государственное насилие.
Споры о том, правый он или левый, красный или только розовый, сталинист, конформист или жертва режима, продолжаются и сегодня».

(Оксана Булгакова. Предисловие. /«Красный Эйзенштейн. Тексты о политике»)

@темы: гости всыпали боярам звездюлей

22:03 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Самая длинная ночь в году миновала, и сразу стало легче дышать. Учебный семестр закончился, осталось сдать одно досье и один фильм, и можно приступать к следующему. Но зато теперь можно спать по ночам (по будням) и ходить в кино. Вот это да.

На днях плейлист дня яндекс.музыки выдал опенинг Наруто, и вот я уже не студент, возвращающийся домой после работы, а ЮНЫЙ ГЕРОЙ АНИМЕ, ВОЗВРАЩАЮЩИЙСЯ В КОНОХУ БЕЗ ПЯТИ МИНУТ ХОКАГЕ, и аж кончиками ушей чувствовал японские титры :D

В магазине, где я работаю, коллекция вещей для дома с пчелами, так я скупил половину. Мое любимое — чашка-горшок для суккулента Коли (Греча) с пчелой, чтобы шутить, что Николай Греч ПОПАЛ В СЕВЕРНУЮ ПЧЕЛУ.
Потому что мне не обязательно продолжать исследовать Булгарина, чтобы он оставался со мной.

В среду дописывал исследовательский проект про Эйзенштейна и, конечно, мысли об Эйзене не отпускали еще весь следующий день. А следующий день — это четверг с тремя парами подряд, это девять часов учебы, когда ты с недосыпу и от усталости и так шалый, и вроде даже времени нет подумать о чем-то стороннем, но нет, вот же он, Метр, перед глазами, ведет воображаемые диалоги с Александровым.
И ответом на мои мысли неожиданно стало объявление о показе «Старого и нового» с живым музыкальным сопровождением.

И я подумал: конечно, ночью надо написать еще одну часть проекта (где конь не валялся), и пары еще не закончатся к тому моменту, когда начнется фильм... Но это же какой икспириенс! Генералка — единственный фильм, который я у Эйзена еще не смотрел, и посмотреть его прямо вот в темном зале, на большом экране, с живым звуком — это совсем как опыт тех зрителей конца двадцатых — начала тридцатых.
В общем, отпросился с полпары и поехал.

А там огоньки, какая-то киноассоциация, вино, настоящий кинопроектор, фильм на пленке еще как бы не тех лет, локализованный для Франции.
Познакомились с Риной — она уже не первый раз на показах этой ассоциации, посмотрела благодаря ним «Да здравствует Мексика!» и так познакомилась с эстетикой Эйзенштейна. Она сама из Мексики, но уже пять лет в Париже, учится сейчас в театральной магистратуре и хочет перевестись на кино.

И я вот говорил с Риной (на французском) и думал: вот стоит передо мной девушка, родившаяся на другом континенте, и мы с ней так запросто разговариваем на французском (ну, может, не так уж запросто, но почти!) про Эйзенштейна, и я вроде как теперь тоже часть всего этого.
Я и есть часть этой истории.

@музыка: Думай дальше - Слова

@темы: gaudeamus igitur, juvenes dum sumus, I'll find her if I have to burn down all of Paris, гости всыпали боярам звездюлей, Третьего отделения на вас нет, негодяи

01:18 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Эйзенштейноведы: КНИГА МАРИ СЕТОН УЖАСНАЯ ЖЕЛТУХА НЕ ЧИТАЙТЕ ЕЕ ТАМ ОДНИ СЛУХИ
Я: Так-так-так, вы сказали: «Князь серебряный» от эйзенштейноведения? Возьму-ка ее в библиотеке универа почитать наконец.

В итоге бросил после сотни с лишним страниц, как Винни-Пух из анекдота: ни сот, ни меда. Может, конечно, где-то дальше прокрались сенсации для АиФ и прочих массовых изданий, но я просто не могу: читать в двадцать четвертый рах биографию Эйзена, но в гоблинском пересказе — увольте, у меня нет столько времени, и даже мой projet de recherche того не стоит.

Ожидания: кулстори, где Эйзен читает вслух Александрову «Фантомаса», а Александров лениво перебивает его и говорит, потряхивая золотистыми кудрями: «Ну где тебе найти актера краше меня?»
Реальность: понимаете... третий пол... он видел в Александрове идеальную модель... никакого ничего, упаси сами знаете кто......

В общем, раньше мне было грустно за эйзенштейноведов, которые читали биографию Эйзена авторства Мари Сетон, потому что она их смущала своей общей желтушностью, а теперь — жалко их, потому что пришлось эту суперскучную и наполовину додуманную, наполовину взятую со слов Эйзена историю как-то критически осмысливать. Meh.

Ну хоть фотографии красивые. Гриша на проволоке (с которой он один раз наебнулся, чуть не убив Тиссэ). Эйзен на троне (не та фотка, где он как Гастон закинул ноги на подлокотник, а другая, где его легко сравнить с маленьким Иваном в исполнении Эрика Пырьева, с болтающимися ногами). Смешная фотка из Мексики, где Гриша реально как солнце, как Аполлон, как золотоволосый бог.

Энивей, 3/10 не рекомендую друзьям (если там дальше начинается огонь, маякните моему внутреннему мотыльку).

@темы: гости всыпали боярам звездюлей

15:25 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
В метро по дороге в университет дочитал ЖЗЛ про Рылеева и снова пережил казнь декабристов — пиздец, пиздец, как же тяжело. Но вообще мне было приятно прикоснуться к этому пласту истории, а еще в конце богатый иллюстративный материал, и после пересадки я уже просто залипал на портреты Булгарина, Греча, Пушкина с Дельвигом, етц. Так люблю их, просто словами не передать.

Собственно, в университет я доехал, а потом оказалось, что ехать надо было не туда, а куда-то совсем в другую сторону, потому что таинственные буквы в программе — это не обозначение какого-то особого зала, а аббревиатура другого университета. Ну, в общем, раз уж я все равно приехал, решил совершить набег на местную библиотеку, тем более что вчера решительно прошерстил сайт с книжным каталогом на предмет работ про Эйзенштейна и остался более чем доволен имеющимся выбором.
И библиотека превзошла мои ожидания :heart:

Опуская тот факт, что она очень красивая и с большим фондом, я просто хочу орать, что там почти весь стеллаж с российским/советским кино состоит из полок с книгами Эйзенштейна и про Эйзенштейна. Сценарий «Ивана Грозного»! Сценарий «Да здравствует Мексика!»! Я даже видел в большой книге с богатым иллюстративным материалом СЦЕНАРИЙ ТОГО САМОГО ФИЛЬМА ПРО ПУШКИНА, о котором Эйзен много думал. Ух, как возьму эту книгу в скором времени! Надо только прокачать французский. Как можно быстрее.
Неистово взял для начала англоязычную книгу — «Ивана Грозного» Юрия Цивьяна. Автор консультировался с Наумом Клейманом в том числе и ставит целью проработать подготовительный материал Эйзена, чтобы пояснить фильм, потому что «the more we know the better we can see» :heart: Тут тоже много картиночек и аналитики, посмотрим, как оно :inlove:

Все это кажется почти сюрреалистичным: вот я студент французского вуза, учу кино, в библиотеке куча полок с работами про Эйзенштейна, которые я могу просто брать и читать! Офигеть! А так можно было?

@темы: гости всыпали боярам звездюлей, Третьего отделения на вас нет, негодяи, Да здравствует революция, мы красивы и умрем!, gaudeamus igitur, juvenes dum sumus

15:20 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Показал Сахарку две серии «Ивана Грозного» Эйзенштейна. Фильм, конечно, совершенно удивительный.
Пересматривая его сейчас, будучи в курсе и грозненских времён (в меньшей степени, потому что с третьего курса многое забылось), и эйзенштейновских интенций (насколько возможно говорить о чужих интенциях), я по-прежнему остаюсь в первую очередь благодарным зрителем, и меня бесконечно поражает и вдохновляет «Иван Грозный» как самостоятельное произведение искусства.

Вот, например, как работает Эйзен с композицией кадра. Мизансцены, особенно в первой серии, что греха таить, театральны, Сахарок вот постоянно сравнивала действие с балетом (тут музыка Прокофьева, конечно, способствовала). Но в этой театральности — глубокое понимание композиции кинокадра: с перспективой, с геометрической выверенностью, с осознанием силы крупных планов.
Сцена с пиром опричников меня до сих пор повергает в трепет и ужас, она снята с такой внутренней (да и внешней) энергией, с таким давлением на зрителя, что становится тяжело дышать.

Помятуя об эйзенштейновских записях «Курбский — Гриша», лишний раз обращал внимание на эту ветку, и как-то особенно болезненно воспринял науськивания царя Малютой, когда тот кричал, пёс-де, так и есть, но пёс не предаст, а ты не об измене Курбского горюешь, а о потере друга, потому что любишь Курбского!
И у меня аж сердце рвётся, конечно. Все время вспоминаю слова Эйзена, услышанные в документалке про съемки в Алма-Ате: «Один за всех и все за одного — это Потемкин. Один против всех, все против одного — мотив одиночества Ивана». И самого Эйзена, конечно. И от этого гораздо тяжелее и печальнее.

Фильм околдовывает с какой-то нечеловеческой силой, и каждый раз я смотрю его даже с более глубокими чувствами. И самая первая сцена венчания Ивана на царство на этот раз кажется ещё более торжественной, и сцены с Басмановыми — более жестокими и грубыми.
Не скажу, что фильм прорастает в меня корнями, но, может, это я прорастаю корнями в него. И мне до сих пор с трудом верится, что вот жил такой человек, такой режиссёр, который каждым своим поступком и решением, каждой своей ошибкой и каждой удачей, каждым словом и каждым делом отзывается в моей душе, во всей своей красе и во всем своём несовершенстве.

@темы: Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, гости всыпали боярам звездюлей

19:15 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Трудно сказать однозначно, появилось ли раньше яйцо или курица — точнее, то ли я начинаю любить исторических личностей, с чьими методами работы схожи мои методы, то ли это все эффект Барнума и на самом деле я притягиваю все за уши. Но факт остается фактом: я часто чувствую определенное родство с завоевавшими мое сердце господами из прошлого не только по духу, но и по технике.

Вот например отсматриваю материал со съемок в музее и чувствую себя как Эйзен, который вроде снимал фильм про Революцию, а получилась какая-то экскурсия по красотам Зимнего дворца.
Тот момент, когда и план есть, и задумка в наличии, а снимаешь все равно люстры, рамы и часы.
Собственно, после добрых пятнадцати минут под люстрой, Яна нервно засмеялась и начала повторять, будто на грани кликушества: «А дыры будешь закрывать люстрами, везде люстры, просто перебивай все люстрами, да?»
Я уже не говорю про то, как Эйзен рвал волосы, что «в материале колоссальное количество брака» и «придется монтировать по непредусмотренному материалу». Жму руку дорогому Учителю. Жму руку и пускаю скупую слезу. Импровизация — наше все.

Главное, конечно, не заиграться и не ослепнуть за монтажным столом вслед за Стариком.
А то мне хватило шуток (вообще-то это были не шутки) про soft focus («Отрицать фокусы в кино вещь хорошая, но отрицать надо не все. У нас почему-то дико много вещей без фокуса — не soft focus, а просто», — Эйзен.)

Ну и, конечно, всегда актуальное (ето я сегодня утром, увидев первые кадры): «Вообще, ни черта в этой кинематографии не понимаю! Смотришь — на съемках хорошо, на экране плохо, и наоборот!!!» (Эйзен писал так в 1927, а все еще каждое слово верно)

@темы: гости всыпали боярам звездюлей, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

18:41 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Я и моя домашка на журфак — это, конечно, отдельная история.
Вот вчера был юбилей Эйзена, который я очень ждал и провел с нежностью в душе, а сегодня юбилей Гриши Александрова, и это тоже чудесный праздник.

Юля дрогнувшим голосом сказала, что это один из самых трогательных текстов, которые ей доводилось слышать, так что я решил его кинуть в дайрь на память.
(Гриша, конечно, не был благодарен Советам так уж по гроб жизни, это меня занесло, что и говорить.)

9 C258727 2 E4 A 494 E BB0 B 8 D8 FA370 AF20

Орфей Революции

Несколько месяцев назад страна с размахом (напрашивается даже уточнение - с барским размахом) отметила юбилей Великой Октябрьской революции. Круглые столы, документальные фильмы, лекции, книги - чего только не было подготовлено к этому празднику жизни.
И вот настал следующий год, юбилейный для певца Революции, который одним уже красным флагом, реющим над броненосцем, сделал для запечатление силы и величия победы Советов больше, чем все нынешние мероприятия, вместе взятые. 22 января исполнилось 120 лет со дня рождения Сергея Эйзенштейна, одного из самых хрестоматийных и неоднозначных режиссеров в истории не только отечественного, но и мирового кино.
Только вспомнили ли об этом? Где мастер-классы, показы его фильмов, круглые столы и конференции, переиздания трудов и новые исследования? Где статьи в официальных газетах, где афиши, где хоть малейшая тень признания? Откликнулся только Гугл.
Ну что вы, это же не Высоцкий. Что вы.
Все это, конечно, неудивительно. Эйзенштейн и при жизни не был никогда достаточно «массовым».

Да и кто такой, в конце концов, Эйзенштейн? Певец Революции, этот Орфей, который всё-таки оглянулся (в своём «Иване Грозном») назад на Эвридику и потерял ее навсегда. Орфей, чьё левое дело «случайно оказалось правым». Орфей, спустившийся в Ад и на секунду испугавшийся, что позади него не идёт никто.

читать дальше

@темы: гости всыпали боярам звездюлей, Юлик внутривенно, Рихито-сама

22:15 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Отсняли сегодня интервью с Мацко, которого Яна ждала очень долго, а я все болел и болел.
Удивительно, насколько отличаются интервью для себя от интервью для Яны. Я вспоминаю тот священный ужас, который меня чуть ли не парализовывал, не давал спать накануне съемки и не отпускал, пока я задавал вопросы. Сейчас чувствую почти гармонию. И дело не в том даже, что не нужно думать о том, все ли арендовано, со всеми ли договорено; просто как-то спокойно уснул, спокойно проснулся, приехал, поговорил.
Мне интересно то, что скажет Мацко; беру интервью у него во второй раз, и это снова что-то потрясающее, и сейчас я думаю, что по ощущениям такие направленные монологи похожи на лекции Маэстро по кинодраматургии, когда сидишь, уши развесил, хорошо если не с открытым ртом случаешь, захваченный харизмой говорящего.

Конечно, он профессиональный интервьюируемый, я предупреждал об этом Яну. Все-таки, личность публичная, не на тв так для журнала, что называется. У него есть ряд заготовленных ответов, меньше себя на камеру. Он не боится, но он мумифицирован.
Но вот сегодня, например, когда мы с ним уже второй год в болезни и в здравии, в горе и в радости, он стал даже немного где-то правдивее, как мне показалось. Где-то вышел на другой, более живой уровень эмоций. Я думаю, это достижение.
Хотя много брешет, конечно :D Не без этого. Все-таки имидж.

Так или иначе, отличный опыт интервью. Обычно я после таких бесед лимон-который-выжил, хочу добраться до дома и упасть лицом в диван, а тут как будто зарядился энергией, знаете, такой доброй, светлой энергией творчества.
Вообще часть его ответов очень напомнила мне про Эйзенштейна: про то, как он проживает эти сцены в голове, потом ногами; как он берется за невыполнимое и выполняет; про патриотизм даже. Много таких деталей. Возможно, это какое-то особое творческое состояние души, мне близкое. Его я нашел в Эйзене, его же — в Мацко (может, поэтому он меня и не отпускает, а я и не думал в таком ключе).

Вот он говорил про то, как искусство должно не только развлекать, но и заставлять думать, сопереживать. Говорил, что вкладывает зрителю в рюкзачок нечто, что зритель найдет, может, не в тот же вечер, но непременно — вдруг на него наткнется.
Для меня творчество значит именно это, и я рад слышать такую позицию от человека уровня Мацко.

Может, конечно, еще мне задали настроение Дельвиг с Пушкиным. Опять — ехал в троллейбусе и улыбался себе в шарф, приехал в студию счастливый, внутренне в состоянии мира с собой. Давно не испытывал такого, тем более по дороге на съемку.

@темы: сказка, гости всыпали боярам звездюлей, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Kevin the journalist, voice of Strex

21:13 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Очень хорошо структурированный пост про Феденьку в фандоме!

07.11.2017 в 20:26
Пишет Белка Челли:

Образ Федора Басманова в искусстве и источники становления фандома
Попросили меня как-то просветить нового в фандоме человека насчет Феденьки и Ивана Грозного… а когда это белка отказывалась про Грозного поговорить! А в результате, самой мне на удивление, получился довольно-таки связный текст... ну что за парадокс - за что бы ни бралась, все равно в итоге получается лекция. Так что я рассудила, что, чуток доработав, его можно будет повесить и сюда. Для давних моих ПЧ ничего нового тут не будет, но, может, кому-нибудь приятно будет вспомнить старые добрые времена.

Прежде всего, надо сказать, что этот самый образ в «официальном» искусстве, тем более если брать интересующий нас аспект (Сами-Знаете-Какой), представлен далеко не так широко, как можно было бы ожидать. По понятным причинам - сначала это считалось неприличным, а когда, к нашему времени, общество наконец до этого дозрело - тут-то и явился закон о запрете пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних!
Но пойдем сначала.
читать дальше

URL записи

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, гости всыпали боярам звездюлей

20:20 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Посмотрел выпуск «Звезд русского авангарда» про Козинцева и Трауберга и испытываю чувства. В начале фильма был потрясающий момент: Петроград, театр, эксцентрика, публика недоумевает, почему все так мельтешит перед глазами и откуда столько акробатов, сколько и в цирке не всегда бывает, — а в первом ряду сидит Эйзенштейн и кричит: «Быстрее! Еще быстрее!» Я как-то упустил момент, что Эйзен был на спектакле ФЭКСов, и это так здорово и так логично теперь. Так и вижу этот огромный лоб у самой сцены <3

Не то у Козинцева, не то у Трауберга в воспоминаниях есть пассаж о первой встрече: это, мол, не была любовь с первого взгляда, но в глазах друг у друга мы увидели свое будущее.
:heart:

Совершенно потрясающая историю про «Новый Вавилон» Козинцева и Трауберга. Из воспоминаний Григория Козинцева:

На одной дискуссии так поносили фильм, что слова очередного выступающего: «Нет, товарищи, я с вами не согласен, есть в картине и хороший кадр», — показались мне солнечным лучом во мраке ночи: хоть один путный кадр все-таки отыскался.
— Это кадр, — продолжил оратор, — где роют могилу. Вот если бы положить туда режиссеров...


Козинцеву было 17 лет, Траубергу — 20, когда они поставили безумную «Женитьбу», только представьте, такие молодые, а создали, по сути, целое направление. Со всем азартом молодости бросились в театр, в кино, в жизнь.
Когда нам Гиберт читал о них лекции, мы слушали с открытыми ртами, потому что это было удивительно и неожиданно: например, перед началом «Женитьбы» зрителя уже вовсю вовлекали в действие, обливая водой на входе и затевая драку.
Помню, как Гиберт говорил: «Актер дает в морду зрителю, зритель отвечает, все вовлечены в драку, Козинцев стоит над этим и аплодирует» :D
И когда Гиберт зачитывал нам их манифест эксцентризма, мы так впечатлились, что тоже решили написать какой-нибудь манифест :vv:

В тетрадях с лекциями про этих двоих у меня на полях выведено: «Как Аддисон и Стиль <3».
А следующая лекция — про Александрова.
И так как я был на журфаковской сессии, когда Гиберт читал лекции про Эйзенштейна (и послушал их в записи много позже), для меня тогда Александров еще ничего не значил. Были же времена.

@темы: гости всыпали боярам звездюлей, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!

22:14 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сегодня по канау Культура начался цикл передач «Звезды русского авангарда», и я всем его очень, очень советую.
Начался фильм с речи Григория Александрова, и как тут можно не проникнуться с первых же минут? Так люблю его, это же надо, даже забыл, как сильно люблю.

Испытываю слабость к этим небольшим, построенным на фильмах и хронике документалкам Культуры о режиссерах с тех пор, как увидел фильм про Пырьева (тот самый, в конце которого мы с матерью просто сидели и не могли перестать плакать).
Фильм про Экка получился отличный, потому что режиссер (он же автор сценария, он же продюсер, он же диктор) смог вложить максимум важного в те полчаса, что длился эфир. Конечно, за это время много не расскажешь, но почему-то у меня так сильно болело сердце несколько раз. Значит, драматургия соблюдена. Значит, фильм трогает.
Хотя, конечно, вообще этот период в истории кино меня поражает и вдохновляет. Спасибо Гиберту за то, что открыл его; спасибо Эйзену и Грише Александрову за то, что влюбили меня во все это.

Почему в советское время все так плохо было с министрами кинематографии, хочется спросить, почто они так бесоебили. Сначала Шумяцкий наделал дел (как простить ему «Бежин луг»?), а потом вот Большаков — умудрился снять Экка с режиссерской должности, не разбираясь, чем обрек его на 20 (!) лет вынужденной отставки, голода и попыток вернуться в профессию.
Вообще Экк потрясающе сильный: справлялся с запретами на работу, с вынужденными простоями, но главное — сражался за свои эксперименты. Первый звуковой советский фильм, первый цветной отечественный фильм, первый стереоскопический... Да много чего первого. Эта эпоха эксперимента, когда все было новое, совершенно покоряет меня своей страстностью и необъятностью. Когда появился первый аппарат для синхронной записи звука, народ на улицах не понимал, что это за коробка, и спрашивал, почем пирожки ;D

«Путевку в жизнь» сами итальянцы считали предтечей неореализма и до сих пор показывают в киношколах. В СССР активно праздновали каждый юбилей этого фильма, его возвращали в кинотеатры, переозвучивали, снова и снова запускали — и публика снова и снова шла смотреть.
Сам Экк в интервью говорил: да, общепризнано, что кино стареет вместе с режиссером, но если «Путевку в жизнь» смотрит уже четвертое поколение зрителей — значит, мы нашли правильный путь.
Это напомнило мне любимую присказку нашего декана про «Кубанских казаков», которых смотрят уже почти семьдесят лет с той же радостью, как тогда, в пятидесятом году. Значит, мол, подобрал Пырьев ключик к душам человеческим.

Так люблю историю отечественного кино.
Завтра выпуск про Дзигу Вертова.

@темы: Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, гости всыпали боярам звездюлей

10:59 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Дагенушка связала мне хаффлпаффский шарф, кричу второй день, до чего здорово! Просто волшебно! :D


Вообще выглядел вчера очаровательно, как Феденька Басманов ;D

фотопруфы того, что я волшебный и Феденька

Увлекательные истории из жизни в окружении добрых друзей. Во-первых, все пришли не вовремя со словами: «Ты же не будешь нарушать традиций опазданий на свой день рождения?» @ А Я НЕ ОПОЗДАЛ х) Но это норм. Скорее исключение, чем правило, поэтому люблю всех прошаренных друзей, который хорошо меня знают <3
Лучшее началось, когда Дагенушка (которая живет ближе всех) все никак не появлялась, и Джей начал шутить:
— Вот Дагенушка опоздала, место рядом с Микком занято Сахарком. И все, как теперь его душить?
— Смею тебя уверить, Сахарок не будет препятствовать смертоубийству. Вообще-то, она скорее подвинется, чтобы не сидеть на пути у Дагенушки, — возразил я.
— Если понадобится, я вообще встану и отойду, — подтвердила Сахарок.
— Бро ):
— Бро ¯\_( ツ )_/¯

Толик с Олей подарили мне белое сухое (зимой жаловался им, что все дарят книги, ставить их некуда, по нескольку экземпляров одного издания, почему не носки), на что Джей очень точно сформулировал всю мою суть:
— Да ты просто Дамблдор. Молодой Дамблдор. Поэтому тебе вместо носков дарят вино.
:lol:

Тут к слову история, как родители постарались всем привезти что-нибудь из отпуска. Спросили, что хочу я, на что мне оставалось ответить только «аленький цветочек», потому что откуда ж мне знать, что я хочу и как там все обернется? Не хочу ничего решать :D
Ну и привезли родители вино :-D
— Это, конечно, не на всю жизнь память, — развела руками мать, — но зато точно тебе понравится. Белое сухое.

@темы: ты хочешь быть богом хотя бы в словах, гости всыпали боярам звездюлей, Лимон-который-выжил, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

12:45 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Добрался до мемуаров Жана Маре и вспомнил, каково это — так сильно переживать за мертвых людей и хотеть вернуться туда, к ним, обнять их крепко-крепко, моих мальчиков.

Жан Маре напоминает мне Александрова — того молодого, богоподобного Александрова, который покорил Орлову этими своими голубыми глазами и светлыми волосами, стойкой на руках и шутками из босого прошлого, а Эйзена — и вовсе поразил в самое сердце, да так, что его до самой смерти не отпустило.
Жан Маре напоминает мне Александрова, который в молодых да зеленых постановках всегда играл Принца, в то время как Пырьев — Нищего.
Жан Маре напоминает мне Александрова, и у меня сердце не на месте.

Свою роль, конечно, играет и то, что в том же издании «Алгоритм», в той же серии «Мемуары великих» вышла «Моя жена Любовь Орлова. Переписка на лезвии ножа», которая в основном состояла из писем Эйзенштейну, Эйзенштейна или об Эйзенштейне (передаю привет Пере Аташевой), и я в магазине просто схватил томик «Парижских тайн», не обращая по опыту внимания на название (памятуя о той самой «переписке на лезвии ножа»), и не смог его выпустить из рук.
Может, еще дело в том, что как Александров был с Эйзеном, самым его верным другом и близким человеком, так и Жан Маре с Жаном Кокто — нашли друг друга и боялись отпустить.
То есть, конечно, Эйзен с Кокто боялись. Маре и Александров все несколько иначе воспринимали, но это тоже нельзя не замечать.

И вот еще, мне удивительным образом стали ближе «400 ударов» Трюффо, которые я невзлюбил с первого просмотра и не смог полюбить даже после «Мамочки» Долана.
Ровно перед тем, как взяться за мемуары Маре, я дочитал прекрасный «Замок из стекла», а до этого — гораздо менее прекрасного «Щегла», и тема непростого детства, какого-то бессмысленного воровства, всех этих перипетий, которые не должны выпадать на долю ребенка, — все это сложилось в логичную, грустную, но понятную картину, за что я этим книгам очень благодарен.

И вот я читаю про то, как Маре (красивый почти феминной красотой, богоподобный, кокетливый до бесстыдства, «маленькое чудовище с лицом ангела», но при этом искренний и неловкий) надевает тетины или мамины платья и идет к булочнику или мяснику («Я даже хотел пойти в таком виде к кинорежиссерам, убежденный, что меня пригласят сниматься в кино. После заключения контракта я бы им сказал: "Так вот, я мужчина". А они бы ответили: "Вы великий актер!"»), или как его одноклассник с ним дружественен до ласки, или как некий режиссер предлагает ему главные роли через постель, и все это так разнится со сложившимся образом Жана Маре, что я как будто его заново открываю, такого, немного комедианта, немного карьериста, и много-много — актера.
Конечно, Эйзенштейн научил меня не доверять мемуарам, а Булгарин — биографам, и уж тем более — актерам, но я верю письмам, а еще — верю в ту правду, которая так или иначе складывается в саму суть.

И вот, например, Маре пишет о том, как однажды застал Кокто, который отключился от передозировки опиума, и привел его в чувство.

— Я хотел бы умереть.
Я молчу. На глаза наворачиваются слезы... Я хотел бы видеть его счастливым. Тут он замечает меня, просит прощения, обнимает.
— Жан, ты не хочешь умереть.
— Нет, теперь не хочу. Во сне я забыл, что счастлив. Старая привычка.


Прекрасный, прекрасный Жан Маре, в котором живет чувство совершенства, и прекрасный, прекрасный Жан Кокто, который говорит ему об этом, а потом обнимает, улыбаясь, потому что боялся показаться слишком претенциозным. :heart: :weep3:

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, I'll find her if I have to burn down all of Paris, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, гости всыпали боярам звездюлей, не душу делим, чай - постель всего лишь

19:41 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
29.06.2017 в 18:24
Пишет Белка Челли:

Когда-нибудь
когда-нибудь,
когда-нибудь, когда пройдет лето,
рыжим фениксом промелькнет осень,
упадет и растет зима,
и пройдет весна, снова пройдет лето,
и так наверно раз сорок,
когда-нибудь мы будем очень и очень счастливы.
когда-нибудь я поведу в зоопарк твоих внуков,
и мы будем, ползая на горячем асфальте,
рисовать мелом криволапых зверей,
пока дедушка их ездит получать «Оскар».
когда-нибудь, когда мои книжные полки
окончательно лопнут от книг,
и я отправлю всё это в сарай,
и заставлю освободившиеся места
«Мухой-Цокотухой» и «Дельфиной и Маринеттой»,
и заново стану считать, как когда-то,
зеленый крыжовник отличною штукой,
и каждый раз тырить,
по полчаса перекатывать на языке,
и хотеть, и не решаться никак раскусить,
потому что кислятина - очуметь…
когда-нибудь,
когда я забуду,
как поезда стучат ночью на стыках,
проходя через Пензу,
и вдруг обнаружу, что отцветшие кисти сирени -
точь-в-точь точно связки бананов для кукол,
и можно играть в мексиканские los tianguis,
когда-нибудь.
когда я стану уже таким старым,
что мне уже будет всё совсем пофигу,
до лампочки, по барабану и фиолетово,
и можно будет просто греться на солнышке,
и я стану старый и бородатый,
патлатый счастливый дед.
когда-нибудь, когда я сложу свои награды на полку,
и крепко задвину стекло,
и буду копить твои.
когда-нибудь,
когда мы будем есть яблоки с ножиком.
Когда-нибудь, Мишка,
мы будем до ужаса счастливы.
Ну а пока что конец перекуру!
Какая еще поясница, у всех всё болит,
но никто же пока что не помер,
а ну шагом марш под софиты!

URL записи
:weep3:

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, гости всыпали боярам звездюлей

00:12 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
В четверг сдавали черновики фильмов-реконструкций, в связи с чем собрались доброй половиной группы.
Я рассказал Яне, как на днях наткнулся по ОТР на «Ивана Грозного» Эйзена и снова испытал это чувство огромной любви к режиссеру и человеку, который создал что-то настолько прекрасное, сильное, важное и просто гениальное.
И Яна сказала: «Эх, Даша-Даша. Гениальное остается гениальным, а ты должна расти».

Яна сказала, что я должен развиваться.
Почему в моей жизни все время появляются изаеподобные люди, которые выбивают меня из колеи?
Разве я не развиваюсь? Разве не расту? Неужели Джей прав, и растет только мое ЧСВ?

Сейчас наконец нашел полчаса хоть для одной серии «Юрия на льду», которого ждал с момента первого тизера и не мог смотреть на волне общего хайпа.
А там гг озвучивает Тосиюки Тоёнага. Ну вот тот самый, который озвучивал Микадо.
И что-то тяжеловато (а ведь мне уже не пятнадцать).

@темы: ты хочешь быть богом хотя бы в словах, гости всыпали боярам звездюлей, Херовато у меня дела, Лафайет., РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Микадо, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

23:30 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Как Эйзенштейн проводил изыскания перед съемками «Ивана Грозного», так я сейчас в подготовительный период съемок реконструкции погрузился в историю — правда, начала XX века и очень локально. В который раз убеждаюсь, как люблю Краснодар и насколько горжусь тем, чем он был для белого движения.
Бегали сегодня с операторкой под проливным дождем и смотрели локации для съемок. Там провода, там сплиты, а вот тут смотри, прямо брусчатка, считай! А здесь современная архитектура вылазит — зато под таким ракурсом — любо-дорого смотреть, будто и не было этих ста лет.

С возвращением съемок в учебные будни стал снова чувствовать себя живым (но и мертвым тоже, потому что дедлайны горят, убийца плачет). Я бы хотел сосредоточиться на чем-то одном, а не распыляться одновременно на режиссуру, французский и журфак, чтобы погрузиться в это и не нервничать так сильно из-за нехватки времени на все и сразу. Но это, конечно, фантастика.

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, гости всыпали боярам звездюлей

23:58 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Как описать мои чувства к древнегреческим трагедиям?
Мне думается, что я читал их много; иногда же я думаю, что почти ничего не читал. Кажется, я полюбил их после "Медеи" и осознал после "Антигоны". Маэстро говорил нам: все сюжеты, что можно драматургически обосновать, уже написаны в древнегреческих трагедиях и в Библии. Пока что нет причин ему не верить.

Вчера мы сходили на "Медею" в Один театр.
Один театр - это место, будто из тумблера Тони Лашдена. Старый завод, переоборудованный под арт-пространство. Место, где эстетика сочетается с подранными временем стенами и вынесенными станками. Пока Сахарок поднялась на нужный этаж, она чуть не повернула обратно, потому что это слишком для неё. Высоко, далеко, стоит ли оно того?
До себя я ответил почти сразу: стоит.
Как только вышел шут со словами Сенеки в устах. Как только зазвучала музыка. Как только герои начали петь. Как только стало ясно, что это блестящая условность.

Я люблю условность в театре так же сильно, как не люблю классический драматический театр. Я верю в то, что все эти люди в современной одежде (одни - братки из 90-х, другие напоминают узников Освенцима), говорящие гекзаметром, на самом деле существуют. Они реальнее для меня, чем герои "Пигмалиона" Шоу.
Меня заворожил танец Медеи с бубном. Это танец, полный ярости, слепой и беспощадной, рождённой самой сильной любовью. Меня покорил бегающий с камерой шут, благодаря которому действие развивалось не только на сцене, но и на плоскости экрана.

Я вспомнил, как мы на первом курсе ставили "На всякого мудреца довольно простоты".
Ковакин разбил нас на группы и каждой группе дал свой отрывок. Мы с ещё четырьмя ребятами решили нашу сцену не классически; наша сцена стала спиритическим сеансом. Мы пошили ведьминские плащи и репетировали под музыку из "Кояанискантси".
Оглядываясь сейчас на эту авантюру, я понимаю, что мог участвовать только в таком - условном - театре. Мне вспоминается Эйзенштейн и его "Мудрец" ("Всякого довольно"), весь держащийся на условности. У Эйзенштейна был цирк, была буффонада - то, за что я влюбился в его театральный метод. То, что потом нашло отражение, или даже родило его кинематографический творческий метод.
Все связано.

@темы: гости всыпали боярам звездюлей, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

18:43 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Со скорбным лицом преподаватель по режиссуре посетовал, что у нас мало пишущих людей и позвал желающих в институтскую газету и телестудию.
Уточнил, что денежка выделяется только на телестудию, но ведь писать в газету — это для портфолио!..
Здорово, говорю, только в конце четвертого курса работать на портфолио — это извините меня. У меня и так это портфолио размером с баобаб.

Толик теперь шутит в духе: «Даше надо дать диплом за самое большое портфолио. Чтобы она положила его в портфолио».


**

Интересоваться историческими личностями — процесс, который всегда идет по одному сценарию.
Вспоминаю, как это было с Эйзеном: сначала осторожно прощупываешь Ивана Грозного, потом набрасываешься на статьи про Эйзенштейна и его творческий метод, потом воешь в подушку от переписки Эйзена с Александровым, потом обнаруживаешь себя за чтением книги с побасенками про Орлову, потому что там упомянут Эйзенштейн.
И в какой-то момент ты понимаешь, что вот эту истории в мемуарах Александрова ты уже читал в комментариях к избранным письмам, например, а вот эту кулстори рассказывал Гиберт, а вот об этом ты читал в интернете.

Вот и Булгарин с Гречем: я уже перешел ту стадию, где остается только скупать все книги и орать, что не хватает переизданий; прочел научные исследования, которые были опубликованы. Теперь, читая мемуары Греча, я вижу: о, а вот об этом писал Рейтблат в комментариях к переписке; об этом я читал в научной статье о польском самосознании Булгарина; а это я в учебнике по критике видел.

И в какой-то момент приходит осознание, что вся эта информация, которая кажется необъятной, имеет предел, и ты его, в общем-то, практически достиг, и теперь то и дело задеваешь стенки и скребешься о дно.

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Третьего отделения на вас нет, негодяи, гости всыпали боярам звездюлей

Mea culpa

главная