• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: kevin the journalist, voice of strex (список заголовков)
00:13 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Ходили с бро на шоу "12 мюзиклов", очень понравилось!
Я, конечно, шел послушать алмаз моего сердца - Нотр-Дам де Пари. Ну и немного Призрака оперы, потому что Сахарок отзывалась о российской постановке с большим воодушевлением, а американские тем более хорошо.
И вот шоу начинается, первые несколько мюзиклов идут понемногу, неожиданно в числе логотипов выползает Моцарт, и Сахарок в перерывах объясняет мне, что есть две постановки Моцарта - австрийская и рок-опера. Ну, думаю, австрийская будет, видать, что поделать.

И ТУТ НА СЦЕНУ ВЫБЕГАЕТ САЛЬЕРИ ПОД АККОРДЫ LE BIEN QUI FAIT MAL
И Я ДАЖЕ КАК-ТО ПРООРАЛ
СЕРЬЕЗНО
ПРООРАЛ
ЭТО ЖЕ САЛЬЕРИ

На афишах ставили только самые популярные мюзиклы, и Моцарты почему-то не входили в их число. Поэтому я совсем не ожидал такого, и мне резко стало ТАК ХОРОШО.
Ужасно красива постановка танца СОВСЕМ КАК В РОК-ОПЕРЕ.
Жаль, что из Моцартов были всего две песни и красивое соло на электронной скрипке, но это просто сделало мой вечер.

В отличие от Призрака оперы, которого я ждал.
Короче, вышла сомнительна Кристин. И начала петь по-английски. Но у нее не очень получалось.
У Эрика тоже как-то не совсем, но чутка получше.
В общем, то ли они в ноты не попадали, то ли во всем виноват НЕЗНАКОМЫЙ ЯЗЫК, но было плохо. Мы с Сахарком вспоминали еще как раз до шоу, что нам не везет с Призраком оперы, потому что когда-то давно, лет пять-семь назад мы с ней ходили на примерно такое же попурри из мюзиклов, и там этот же дуэт (the phaaaaaantom of the opera is there, insiiiiide your mind!") был плох и мимо нот.
Ничего не изменилось хд
И вот спели они одну песню, И ТУТ НАЧАЛСЯ СЛЕДУЮЩИЙ МЮЗИКЛ.
И МЫ ТАКИЕ: ВАТ? И это все? Английский вокабуляр закончился? Сколько знали, столько спели?

С Нотр-Дамом тоже странная история. Типа все закончилось, и мы уже все заволновались, что главного-то и нет. Тут из-за кулис выходят трое, и мы такие ЯСНО ПОНЯТНО. Но они не спешат продавать душу Дьяволу, и начинают: так мол и так, не планировали все это дело, но нас так часто просили снежного из этого легендарного мюзикла...
Весь зал: srsly?? Четыре месяца афиши с Нотр-Дамом висят по всему городу. Вы нас за дураков держите?

И вот они без костюмов, без особого желания поют по две строчки из трех песен, пока мы недоумеваем, почему тут нет хотя бы адекватного попурри.
А потом они делают нам одолжение: "Споем еще одну песню!" Еще одну? А первая где?
Наконец они поют Belle, но Квазимодо так все запорол, что даже красивый французский язык Клода Фролло не спас ситуацию. (Хотя было восхитительно *_*)

Но мы все им простили, когда хором с ними пели "Королей ночной Вероны" после их поклона.
Такие коты <3
Отличное шоу)

@темы: I'll find her if I have to burn down all of Paris, Kevin the journalist, voice of Strex, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!

23:53 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Юля накричала на Эдгара, что он пропускает интересные кадры с Лехой. Эдгар обиделся, и теперь у нас Лехи отснято больше, чем цирка.
«У меня знаешь сколько Лехи? Вот Леха стоит. Вот Леха ходит. Вот Леха сидит. ОЙ ПОГОДИ, ПОГОДИ, ВИДИШЬ, ЛЕХА В ТЕЛЕФОН ЗАГЛЯНУЛ *нажимает на запись*».

— Вон, смотри, там эта дипломница снимает с Васьком проходку точно такую же, как мы с Лехой снимали.
— Значит, хорошая проходка.
Хорошие сапоги, надо брать.

Позвали Влада в качестве звукорежиссера, потому что у него много качественной техники и вообще он молодец. Ходили по всему цирку с крутой пушкой, а то на одной петле далеко не уедешь. Выглядело это суперсерьезно.
Алиса подарила нам троим (Юле, мне, Эдгару) по флаеру цирка (еще с прошлого города), очень милая девочка (ей лет пять?). Дочка воздушных гимнастов. Сама летает уже запросто.

Леха звал нас днем пить чай, ну мы, понятно, отказались — думали, из вежливости или просто намекал, что не обедал, а пора бы, но мы ж тут на ушах висим.
А потом он позвал нас пить чай еще и вечером, пока мы ждали репетицию мотоциклистов. И мы сидели с Лехой и его братом Димой в их каморке, пили чай и разговаривали. Очень лампово.
«У нас, конечно, нет тут света. И потолка. Так сказать, открыты всему миру».

У Вована очень грустная история прихода в цирк, как оказалось. Интернат.
А еще он падал даже чаще, чем мы думали. Прямо очень часто.
Зато у Малого классная история — он работал униформой в шапито, там его заприметили Вован с командой и взяли в номер. Репетируют вот.

Руководитель Лехиного номера — Марина — из Краснодара. Мы аж ошалели.
С детства она говорила семье, что станет цирковой артисткой. Над ней только посмеивались. А она однажды собрала вещи и метнулась в цирковое училище. Сначала на воздушную гимнастку училась, но очень хотела стать дрессировщицей. И стала. В прошлом городе (до того, как к цирку присоединился Тимченко с морскими львами) она была лицом цирковой программы.

Наслушались самых разных цирковых историй. Были на репетициях. На ногах с шести утра, из цирка уехали только в полдесятого.
Аленочка чудесная, хотя Эдгар и Юля говорили про какую-то негативную энергетику. Ну я как обычно — не на той волне. Не заметил ничего такого.

Кулстори от Лехи, который встретил нас утром с фингалом на пол-лица.
Возвращался он, значит, вчера с празднования юбилея кого-то из персонала около полуночи в гостиницу. До той гостиницы рукой подать. Но Леха с приятелем (который везде находит приключения) все равно умудрились вляпаться. Подходит к ним местная гопота и начинается: есть плеер позвонить, все в таком духе.
Короче, циркачей начали бить, те добежали до гостиницы и позвали своих.
Малой и Батон активно крошили гопоту в капусту, пока ехала полиция.
Как представили себя Батона в майке-алкоголичке да после того же празднования, смеялись адически :"D Мы вообще не думали, что в Краснодаре все еще можно нарваться на таких криминальных элементов.
«Погулял разок по Краснодару вот и что-то больше не хочется», — добавил Леха :D

@темы: Kevin the journalist, voice of Strex, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

20:45 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


За кулисами цирка нас встречают как родных. На второй день все привыкают к трем (позже — к двум) везде шныряющим «телевизионщикам». На третий день Эдгару разрешили снимать выступление из-за занавеса, а это не просто успех, а полноправное признание нас как части цирка. С нами шутили шутки в духе «ой, где это ты так запачкался ОП ХВАТЬ ЗА НОС АХАХА», которые шутят со своими (вечные шутки, не теряющие актуальности).
При камере проводят подобие летучки, при камере тренируются, нас пускают в гримерные и к животным.
С первого дня съемок с нами здороваются все, и так по-доброму и открыто себя ведут, как будто мы действительно попадаем в другой мир. Во всех культурных учреждениях города все очень прохор: злые тетки и суровые дядьки отобьют всякую охоту на милю приближаться к какому-нибудь театру; тут нас узнают, рассказывают кулстори из цирковой жизни, зовут на встречу с режиссером.
Завтра нужно идти в институт, а я не могу поверить в это. Почему не в цирк?
Три дня провели там, а через неделю уже они уедут в следующий город.
Не оставляйте нас в этом ужасно злом Краснодаре.
Бросить все и уехать с Лехой покорять Пермь.
Шел сегодня домой медленно и плача.
«Мальчики, не верьте, что в раю нет деревьев и шишек. Верьте мне, ведь я старая птица и молочные зубы сменила так давно, что уже не помню их запах».

Цирк не так страшен, как его малюют. Это постоянная работа, постоянные гастроли, но в этом нет ничего ужасного. С животными обращаются хорошо, все работают на энтузиазме годами.
Шутки клоуна Батона (30 лет в цирке) веселят закулисье не меньше зрителей, хотя за кулисами слышали их уже раз двадцать.
«На экскурсию к морским львам прямо по коридору и налево, а там вас встретят и проведут дальше. — А в конце ждет Минотавр?»

Это Леха, он работает семь дней в неделю и у него нет даже недельного перерыва между разными городами, потому что на нем почти все животные. Леха милый, мирный и чудесный.
Это Вован, он сбежал с цирком в 14 лет, следующие 8 лет родители даже не знали, где он. Сейчас он циркач с четырнадцатилетним стажем, фокусник и байкер. Участвовал в разных международных конкурсах, мотался по всему миру.
Это Аленочка, она невероятно красивая и гибкая, летает без страховки под самым куполом, держась за подвешенный обруч кончиками пальцев на ногах.
Это Вася, его родители были дрессировщиками, и он сам — дрессировщик. Он рос в цирке, его маленькая дочь тоже растет в цирке. С ней часто возятся другие циркачи и персонал, пока ее звездный отец, победитель многих международных цирковых конкурсов, тренирует своих морских львов. Его жена — тоже циркачка, она милая и белокурая.
Это Марина, она кажется строгой и серьезной, но оказывается совершенно очаровательной и контактной леди. Она дрессировщица леопардов.

Когда начинается шоу, свет выставляют так, что ты отключаешься от реальности, и все — будто ты не в обшарпанном цирке, который не реставрировали с момента открытия (45 лет назад), а как минимум в Цирке дю Солей. Все сделано настолько круто, что захватывает дух.
Мы смотрели шоу четыре раза — и со стороны манежа, и из-за кулис — и нам не надоело. Это так красиво, вы не представляете.

Не могу перестать смеяться над шуткой «Морские львы сбежали с выступления @ Леха им пизды дал, и они сразу поняли, что тюленям надо сидеть по местам» :D (Нет человека более неконфликтного и мягкого, чем Леха, а морских львов просто развернули за кулисами и отправили обратно.)

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Kevin the journalist, voice of Strex, Аматэрасу, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

19:18 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


Наконец-то вышел из заморозки проект «Современная русская поэзия и литературный процесс», и вчера после пар я поехал в «Типографию», где на входе встретил Мороз в уютном свитере и с чашкой кофе — Мороз, по которому я так соскучился и без которого возобновились панические атаки.
Пока народ собирался перед самой лекцией, Мороз ходил между диванами и говорил с котенком: «Вот что ты бегаешь по полу грязными лапами, а потом на диваны запрыгиваешь?» Да люди с детьми таким ласковым тоном не говорят :heart:

Лекцию читал Савелий, и было так здорово и уютно в полутьме; диваны покрыты клетчатыми пледиками, можно заварить себе кофе на кухне, где живет котенок-пианист с невыговариваемым именем.
Мороз сидел посередке «Типографии» и время от времени вставлял ремарки по поводу годов, имен, литературных течений и других фактических деталей. В конце лекции Савелий прямо сказал: можете, мол, задавать вопросы мне и Морозу.
И Мороз такой: ты, Сева, начал не с того и закончил не совсем тем, а вернее сказать — совсем не тем :D

Слушали про лианозовцев, их барачную поэтику. Савелий читал стихотворения, в том числе тактильные, например, и это все придавало вечеру ощущение чего-то невероятного. Не конкретно поставангардистского, а, скажем, волшебного.
И Ваня пришел, чудесный умный Ваня в рубашке и жилете, который был в курсе сабжа и провоцирующе задал Савелию вопрос, очевидно адресованный Морозу.
Так радостно было увидеть Мороза. Так радостно было увидеть Коняша.
Сидели рядом с Коняшем, который вырвался из порочного круга работы и страданий на лекцию, и это было так здорово.
Так здорово.

два стихотворения лианозовцев

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Kevin the journalist, voice of Strex, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

19:52 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Нил: Критериев для публикации два. Первый: уверенность в правильности информации. Второй: в интересах ли это общества.
Ребекка: Вы и с Генуей были уверены.
Макэвой: Есть и мой личный третий критерий — не попадет ли кто из моих сотрудников в тюрьму!
Нил: Нет!
Макэвой: ...По этому критерию материал не проходит. Чтобы подтвердить правильность, надо позвонить в BCD, а это та ниточка, которая ведет в ФБР. А теперь отдай мне флешку, и я засуну ее в мясорубку!
Маккензи: Что он хочет засунуть в мясорубку?
Нил: Правду. Надежду. Журналистскую этику.
Макэвой: У меня во всем организме больше журналистской этики, чем у тебя в...
Маккензи: Ты перепутал.
Макэвой: У тебя больше журналистской этики в организме, чем...
Ребекка: Опять не то.
Макэвой: О чем я вообще?
Нил: О том, что ты трус.
Макэвой: Следи за языком, Мандела! Я был бы трусом, если бы боялся попасть в тюрьму, но я просто не хочу в клетку!
Нил: Если не сдашь информатора — идешь в тюрьму. Это почетно.
Макэвой: Похвалишься своим сокамерникам.

(Newsroom)

+
Макэвой: Джена!
Ребекка: Заставляешь ребенка работать по субботам?
Макэвой: Я завершаю ее журналистское образование и даю ей то, чего она не найдет в книжках.
Джена: Да?
Макэвой: "Доктор Пеппер", пожалуйста.
Джена: Хорошо.

(Newsroom)

@темы: Юлик внутривенно, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Kevin the journalist, voice of Strex, не душу делим, чай - постель всего лишь

19:35 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Американских журналистов в прямом эфире убил их бывший коллега.

Новость почему-то сделала мне очень больно. Причем, наверное, виновата не сама новость, а детали, из которых она состоит: журналистке было 24 года, оператору — 27 лет; полиции не удалось задержать подозреваемого, потому что он покончил жизнь самоубийством.
Вначале ни у кого не было идей, кто мог это сделать, но камера засняла на какое-то мгновение убийцу. Смазанно, нечетко, в момент падения, но это стало решающим фактором. Безработный бывший коллега журналистов.

И еще это лицо ведущей в студии. «Я не знаю, что произошло и что это были за звуки».
Смерть в прямом эфире, этакий журналистский вариант «русской рулетки», но с тем же привкусом шоу.


@темы: Юлик внутривенно, Kevin the journalist, voice of Strex

20:10 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
От остановки маршрутки до трамвая — минут пять. На трамвайной остановке жарко, и чтобы поймать краешек тени, нужно забиться в самую глубь, под крышу, к скамейкам и неизменным бабулькам с миллионом сумок.
На границе тени стоит очень красивая девушка: легкая белая блузка, воздушная такая; скинни с завышенной талией, белые кеды и длинные почти кудрявые волосы, светлые, не то с розовым, не то со светло-карминным оттенком. Девушка такая красивая, что я случайно прохожу мимо раза четыре, прежде чем подъезжает нужный трамвай. И мы едем в одном направлении.
Выходим тоже на одной остановке.
В парке около стадиона Кубань мы расходимся по разным аллеям, чувствую немного даже досаду: на девушку очень приятно смотреть.

Когда я прохожу мимо АСБ худ.программ, я вижу внутри эту красивую девушку.
Сижу в новостном отделе, там классно, прохладно и все слаженно работают. Время от времени бегаю в художку, там записывают утренние детские пятиминутки; ведущий изо всех сил пытается разговорить очень аморфных ребяток. В АСБ смеются и пытаются давать советы. Спустя два часа думаю о том, что можно и домой.
Сажусь на диван в тихом уголке, жду до круглого часа. На соседнем диване — та самая девушка.

— Ты здесь на практике? — внезапно спрашивает она. — Первый курс?
— Второй, — смущаюсь я.
— Не подумала бы! А то вижу: жмешься все по уголкам. Пошли к нам в АСБ! Пока там тихо, но в два часа начнется движуха.
И движуха началась: в полвторого выяснилось, что запись начнется в полтретьего, но и к дедлайну не успели. Продюсер в уголке считала потраченные секунды по огромным часам над мониторами; редактор сидела рядом и нетерпеливо спрашивала, что не так. А «не так» было вообще все; запись состояла из ляпов, как лоскутное одеяло или очень старая одежда в заплатках, — но было весело, живенько и ПОЛТОРА ЧАСА ПОПИЗДЕЛОК О НОВОСТЯХ, елы-палы, да когда у нас преподаватель опаздывает на пару-другую, мы устраиваем точно такое же ток-шоу, только не уходим в сторону от темы дня и не устраиваем случайную несанкционированную предвыборную агитацию :D
(Шучу, конечно, но ток-шоу — правда очень странный формат для моего понимания.)

В итоге просидел на канале добрых пять часов. Красивая девушка оказалась выпускницей моего факультета как раз этого года. Общались о ТРВ, о телевидении, о суфлере.
Вот вам и «будете торговать унитазами» :D



- Так, сервер. Пишем.
- Погодите, у меня ухо выпало!

- Да подождите, у меня ухо выпадает. Может, там что-то умное скажут.
- Не бойся, не скажут.

"Так, вторая, ты меня слышишь? Покажи фак в камеру, ну или просто хоть кивни!"

- Ну как тебе суфлер? Может, побольше, порезче?
- А что, можно порезче?
- Нет.

- А у вас стаканчики одноразовые есть?
- Может, вам еще и шприцы одноразовые достать?

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Kevin the journalist, voice of Strex, Юлик внутривенно

00:15 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


Неожиданно славный день, которого я боялся так сильно, что поджилки тряслись, вот правда (даже не знаю, где эти самые поджилки, но ладно).
Невероятно переживал по поводу перенесенной (из-за Парижа) практики, но леди из кадров сказала, что все ок, и я тусовался на канале добрых шесть часов, глядя на спящего монтажера и на то, как варится телевизионная кухня. Вообще даже несмотря на то, что это местный (хоть и краевой) канал, все довольно живенько. Иерархия как она есть: режиссер художественных программ подстебывает режиссера-новостника, которая, в свою очередь, презрительно спрашивает, кто вообще снимает эти рекламные передачи.

читать дальше

Но на этом удивительные открытия не закончились.
К нам в Краснодар неожиданно приехал Велиар, и я даже встретился с ним, притянув J на встречу :D И как-то так классно оказалось тусить с Велиаром, Дагенушкой и J, что я прямо ОТКРЫЛ В СЕБЕ КОММУНИКАБЕЛЬНОСТЬ, серьезно, вот уж чего не ожидал. Был абсолютно уверен, что стану сидеть как обычно в уголке и МОЛЧАТЬ.
А еще J притащил антимонополию, и стало совсем хорошо, пиу-пиу! :jump3:
Не думал, что со знакомыми с ролок можно настолько свободно общаться в реале (учитывая факторы социофобии и интроверсии в моем случае). :nechto:

— Я могу не кланяться, Нат?
— Еще чего.
— *грациозно поклонился*
— Другое дело.
— *вручил подарок*
(миниатюра: когда Герцог Восточного Ада Велиар — слуга лорда-полукровки Натаниэля Транси :D )

Очень люблю этих котов :gh3:


@темы: Юлик внутривенно, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Натаниэль, Kevin the journalist, voice of Strex, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

22:58 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Любой газете не помешало бы начинать каждый номер с оговорки примерно такого содержания:
«Эту газету, вместе с сотнями тысяч содержащихся в ней слов, сочинили примерно за 15 часов несколько обычных людей, несовершенных, как само человечество. Мы покидали битком набитые офисы, чтобы выяснить, что произошло в мире, у людей, которые порой неохотно разговаривают с нами, а иногда и просто вставляют нам палки в колеса».

Дэвид Рэндалл, «Универсальный журналист»
*
— Тебе не нравится, что я называю себя журналистом? Только «элита» с сюжетами, до которых никому нет дела, имеет право называть себя...
— В четверг мой сотрудник получил по голове стеклянной дверью. Кровь лилась не переставая, но он не пошел к врачу, потому что другой сотрудник был избит в Каире, и первый не пойдет к доктору, пока к нему не сходит второй. А мой продюсер пытался выбить дверь, поскольку чувствует ответственность за второго парня. Восемнадцатилетний парнишка на другом конце света рискует жизнью, а помощник продюсера, который отправил его на задание, не спит уже три дня. У меня там двадцатилетка, которая всерьез беспокоится об учителях из Висконсина. У меня взрослая женщина, которая считает на пальцах, но сидит ночи напролет, изучая экономику с доктором наук, которая могла бы зарабатывать в двадцать раз больше, если бы ушла в бизнес. Вот они журналисты!

Newsroom


@темы: Юлик внутривенно, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Kevin the journalist, voice of Strex, не душу делим, чай - постель всего лишь

URL
23:55 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Повсюду летают бабочки; их так много, что немного кружится голова.
Бабочки похожи на постер «Молчания ягнят», и вокруг нас будто бы кружатся десятки мертвых голов. Чудесный Ваня кричит своим друзьям: «Христа ради, спаси эту бабочку, пока она не упала в кофе!», — и они спасают бабочку. Чудесный Ваня ловит бабочек, не касаясь их, чтобы бабочки оставались на свободе. Чудесный Ваня зарисовывает бабочек на потолке.

Савелий и Мороз очень долго настраивали свет, но в итоге плюнули на исхищрения с настольными светильниками и просто врубили люстры. Пропала ламповая атмосфера, но стало значительно светлее, так что, в общем-то, тоже ничего.
Савелий дает слово Морозу: «Ну что же. поприветствуйте публику, Олег Николаевич».
— Всем привет, — бормочет в микрофон Мороз. — Добрый вечер, точнее сказать... Но все это формальности.

Мороз рассказывает о поэтах-экзистенциалистах первой волны эмиграции: о Божневе и об Одарченко. Благодарная тема: слушаю с таким удовольствием, что впервые за всю неделю ощущаю себя гармонично.
В чем-то есть секрет: у меня наконец-то перестают дрожат пальцы и губы, я впервые за несколько дней не чувствую трудностей с дыханием, к глазам не подкатывают слезы. Да и голова перестала болеть безо всяких лекарств. Мороз такой удивительный, что может служить панацеей.
Мороз делает отсылки к Сартру и к Камю, рассказывает про потерянность и отчужденность, но сам Мороз настолько гармоничен, что от него это не кажется чем-то упадническим или пафосным.

«Умерли они совершенно по-разному, но примерно в дни годы. Божнев — абсолютно естественно: заболел и умер. А вот Одарченко покончил с собой, причем осмысленно и целенаправленно. Уже по одному выбранному способу очевидно, что это был не внезапный порыв. Он отравился газом. Проверять не советую, но все-таки проверьте. Это сложно».

Мороз объяснил, что значит борьба за несуществование, и это настолько логично и _правильно_, что не различишь: его это понимание или поэта.
Человек живет, пытаясь сделать свою жизнь лучше, и ему приходится участвовать в борьбе, по Дарвину. Но любая жизнь заканчивается смертью. Вот и выходит, что борьба идет — за несуществование.

Мороз читает столько стихотворений, что успевает ознакомить нас почти со всем творчеством Божнева.
«Я не совсем в курсе, что там у нас со временем... А что там у нас со временем? Пятнадцать минут? Ну, попытаюсь в общих чертах познакомить вас и с Одарченко».

Когда Савелий в попытке поддержать интерактив по завершении лекции спрашивает, почему именно Божнев и Одарченко, Мороз смеется впервые за эти два часа:
«Я как человек, склонный к алогичным действиям, просто решил, почему не они? Тем более, что я сам — самодельный буддист».

Прошло два часа с тех пор, как Мороз сказал мне про Виана: «Что, нападки на Сартра? А я предупреждал. Но не забывай, что книга-то — про любовь».



@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Kevin the journalist, voice of Strex, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

22:35 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Это будет очень сумбурный пост о моей усталости и о любви к журналистике (смотри-ка, описал любой пост из своего дайря :D )

Вечер (ночь), научная работа все еще не дописана (не продвинулся дальше введения), а я так устал, что не могу, не могу. Экзамены, экзамены, экзамены — их много, и я спасаюсь под крылом Воннегута (не лучшее решение, лучше бы читал лекции по истории зарубежного кино или научные статьи по моей тематике). Сегодня утром приехал в университет заранее и три часа мог только листать лекции по операторскому снова и снова (и читать Виана, когда совсем осточертело все, а компьютера с научной работой под рукой не было).
Одногруппни_цы говорили, что я как в трансе, и я судорожно пытался вспомнить, какие эмоции нужно повесить на лицо (не вспомнил).
Зашел на кафедру сиятельный, будто только с альпийских лугов, только венок оставил на поляне, дитя цветов. Получил свою заслуженную отл и буквально (буквально!) почувствовал, как кровь вновь приливает к моему белому, что ваша бумага, лицу.

И вот я дома, но я так вымотан, а экзамен по философии уже послезавтра (вчера-сегодня в час ночи я читал про космизм Хлебникова, — вот так подготовка и продвигается).
Но рассказать я хотел совсем не об этом.

Мне нужно было что-то, что подняло бы меня из трясины апатии и тяжести (я люблю учиться, но это ведь непросто). И я нашел это.
Newsroom я собирался посмотреть несколько лет, но его не было ни на рутрекере, ни вк, да и я все равно не очень люблю сериалы (чтоб вы понимали: серия раз в неделю онгоинга — это уже слишком часто для меня). Но тут я просто решил посмотреть его.
Посмотрел одну серию и где я теперь. Строчу пост в дайри, просто чтобы зафиксировать этот момент полной эйфории.

Этот эпизод был так хорош, будто взяли и смешали мои любимые Morning Glory и Fifth Estate. Этот эпизод был хорош, как лекции К. по основам журналистского мастерства и лекции Сопкина (и его пальца) по введению в профессию вместе взятые. Этот эпизод был так хорош, как только может быть хорош игровой аудиовизуальный продукт о журналистах.
Расскажу маленькую историю, которая выставляет меня циничной мразью, но немного проясняет, насколько я люблю журналистику (всего лишь один эпизод из многих).
В далеком 2003 году в нашем городе случился теракт: три взрыва с разницей в несколько минут прогремели на автобусных остановках Краснодара. Дело получило широкую огласку, резонанс был не только в местных, но и в федеральных СМИ.
Что сказал восьмилетний Микк во время очередного выпуска новостей?
«Наконец-то у нас случилась _новость_».

Собственно, за что я люблю Morning Glory самой теплой и искренней любовью: это не про супер-новостную журналистику, не про гениальные репортажи из Ирака или Сирии. Это фильм про утреннее шоу, где самая интересная новость — это флюгера и готовка омлета. И вот в том фильме рассказывали о том, что даже в утренних новостях можно заниматься _журналистикой_, достаточно лишь не быть снобом и полюбить свое дело. И понять, чем ты, в конце концов, занимаешься.
И вот Newsroom начинается с той журналистики, которая не имеет к утренним новостям про котят и омлет никакого отношения, но она — та журналистика, про которую пишут в учебниках и пособиях, про которую рассказывают и снимают. Та журналистика, какой журналистика должна быть.
Я никогда не считал какой-то вид журналистики приоритетным, привычным или что-то в таком духе. Это уже позже пришло, да и то — сознательно понимаю, а подсознательно — ну так это же не мои мысли, это же что-то чуждое, кинематографичное и академичное. Но суть, опять же, не в этом.
Суть в том, что я люблю это.


@темы: Юлик внутривенно, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Kevin the journalist, voice of Strex, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, обсессивно-компульсивное расстройство

22:43 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сквозняк выдувает нас к большой серьезной двери, длинная лестница за ней ведет мимо стен, исписанных многообещающими посланиями настоящим и будущим поколениям. ЦСИ «Типография» встречает стуком шариков пинг-понга и экспозицией (надпись на полу: «В Белую комнату не входить»).
Еще одна дверь – и обстановка снова меняется. Звучит фортепиано, кипит чайник, диваны укрыты пледами. Такая уютная, почти домашняя обстановка расслабляет и настраивает на немного сентиментальный ряд.

«Барышни, это Савелий. Савелий, это барышни», – представляет нас организатору проекта сам Олег Мороз – сегодняшний лектор.
Проект носит гордое название «Современная русская поэзия и литературный процесс» и имеет видный статус образовательно-коммуникационного. Впрочем, помимо слов «образовательный» и «лектор» ничего общего с учебой в привычном понимании проект не в себе не несет.
Диваны заполняются людьми, микрофон шуршит проверкой: «Олег, пшшш, Олег», – и свет люстры придает началу лекции оттенок чего-то родного. Фортепиано замолкает.

Олег Мороз – доктор филологических наук, профессор кафедры публицистики и журналистского мастерства факультета журналистики Кубанского госуниверситета. Он не из тех, кто размахивает руками и доказывает свою правоту – напротив, сидит совсем рядом с публикой, обращенный к нам, читает стихи. Когда он рассказывает и анализирует, ни на секунду не складывается впечатление, что вас учат. Это больше похоже на доверительную беседу, даже на поход в гости.

Мы сидим в интимном полумраке, а перед нами разворачивается история. Тема вводной лекции – «Публичное и приватное в русской поэзии 1950-1970-х годов», и эти годы за полтора часа становятся почти родными.
Начинаем мы, правда, с того, что отдаем дань уважения Александру Сергеевичу Пушкину, ибо лекция проходит как раз накануне его дня рождения. Вот и повод, вот и возможность приурочить хорошую инициативу к громкой дате. Впрочем, и у Пушкина есть немного того самого «приватного», о котором пойдет речь – в доказательство Олег Мороз читает отрывок из поэмы «Бахчисарайский фонтан»:
«…долго ль, узник томный,
Тебе оковы лобызать
И в свете лирою нескромной
Свое безумство разглашать?»
Но речь в первую очередь о шестидесятниках (поколение советской интеллигенции, зазвучавшее с конца пятидесятых годов прошлого века), которые первыми стали открыто писать о том, что их предшественники скрывали за закрытыми дверями. Эти закрытые двери, кажется, можно потрогать – до того абстрактные понятия обретают силу этим вечером в «Типографии».

Мысль о том, что сфера интимного может быть частью поэзии, – продолжает Олег Мороз, – не укладывалась в головах.
И постепенно мы узнаем, как происходил этот процесс принятия. Как приватное постепенно завоевывало все более устойчивые позиции, как открывались запертые двери, как поэты выворачивали себя наизнанку и вылезали из кожи. Мы слышим строки, обозначающие начало пути, слышим строки самого его разгара. Слышим, как шепот становится грозным воем.

Постепенно разговор переходит в разговорную, дружескую плоскость. Олег Мороз рассказывает о достойных современных поэтах, о своих пристрастиях, о музыке, об оправдании массовой культуры. Вечер плавно превращается в беседу, когда каждый может высказать свою точку зрения, задать вопрос, сформулировать ответ. Каждый решает что-то для себя.
Под конец расходиться не хочется, уютные пледы приятно греют душу, Олег Мороз цитирует Бродского и Горация. Поэзией дышат стены, она пропитывает всю публику, пришедшую впустить ее в себя. Место перед аудиторией напоследок занимают молодые краснодарские поэты, которые читают свои стихотворения, поют свои песни и тоже дышат поэзией.

Начало июня встречает аудиторию на выходе из «Типографии» теплым ночным воздухом, упоенным ароматом жасмина и лирики.


@темы: Kevin the journalist, voice of Strex, Рихито-сама, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

17:20 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Ехал сегодня в переполненном трамвае и слышал десятки голосов, перекрикивающих друг друга. Большая часть людей говорили по телефону, поэтому — одновременно и очень громко.
Рядом со мной стоял мальчик, класс первый или второй, не старше. И разговаривал с одноклассником.
«...Так это было, когда тебе айфон подарили! Ты просто написал: "хочу айфон" и все? — пауза. Ребенок становится серьезнее и говорит тише. — Существует, конечно. Нет, то был не Дед Мороз. А он существует».
Я даже растерялся от этой тихой настойчивости.

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Kevin the journalist, voice of Strex

17:04 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Одна из съемочных групп принесла сырье со съемками Парада 9 мая в нашем городе.
Проходил он на площади, посреди которой прямо из-под земли бьет красивый фонтан, гордость города. Разумеется, бьет не все время.

— Я когда на крышу взобрался, — рассказывает Андреас, — только штатив поставил, а ко мне ФСБшники идут. Так мол и так, что за дела, кто разрешил.
— Вот бы сейчас фонтан включить, — мечтательно тянет Костя, глядя на бесконечную толпу людей, хлынувших в центр площади по окончании парада.
— И как же ты разобрался, Андреас? — спрашиваем мы, заинтригованные.
— Да у меня же бейджик прессы был, — машет рукой Андреас. — Договоренность вообще была.
— Договоренность фонтан включить? — хохочет Валера.
*
Андреас показывает перебивки. Внезапно — женская грудь с георгиевской лентой. Причем грудь в кадре видно куда лучше, чем ленту.
— А это, видимо, та самая вторая сиська-убийца, — не теряемся мы.
— Пусть сочтут аллюзией к Вуди Аллену. Сразу понятно, что насмотренный человек снимал, — кивает Эрик.

(В фильме Вуди Аллена Все, что вы хотели знать о сексе, но боялись спросить в одной из новелл появляется сиська-убийца, и с тех пор, как мы посмотрели этот фильм, нас терзает вопрос, почему она была одна и куда скрылась вторая.)

@темы: Kevin the journalist, voice of Strex, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

13:06 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Снимали вчера в Молодежном театре и в филармонии.

В Молодежном театре нас спутали с шестиклассниками. Мы, конечно, не выглядим на двадцать лет, но шестиклассники? Серьезно?
Кондуктор в трамвае посоветовал не париться, потому что «вот будет вам восемьдесят, а примут за восемнадцатилетних». Но дело не в возрасте, а в диких шестиклассниках, крутящие факи перед камерой в театре .___.
Да и трамвай вез нас не в ту сторону :"D

Филармония волшебная, худрук, с которым мы писали синхрон, волшебный, и сам концерт оказался волшебным.
Удивительный момент: камерный хор поет «Катюшу», и тут худрук оборачивается в зал, продолжая дирижировать, и зал начинает подпевать и хлопать, и тут разносится чистый голосок маленькой девочки из партера, вторящей «Выходила, песню заводила про степного сизого орла».
Наша продюсер выходила из зала вся в слезах.

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Kevin the journalist, voice of Strex

00:43 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Двери открыли позже, чем мы предполагали. Сахарок мерзла, так что единогласно решено было зайти в ближайший магазинчик с едой.
Я обнаружил поразительно (подозрительно) дешевый чизкейк, но загвоздка была в том, что его дали в пакетике. Мы попросили тарелочку.

— Знаешь, — я углубился в рюкзак, — есть у меня одна привычка. Всегда ношу с собой вилки.
У Сахарка вначале недоверчиво вытянулось лицо, а потом она очень долго смеялсь — когда я извлек на свет эти самые вилки.

Чизкейк был невероятно вкусным.
*
После окончания зимней сессии на журе появился привычка всегда носить с собой еще и диктофон. Не то чтобы он часто мне пригождался, но сегодня я взял интервью у Кати Гопенко, например.


@темы: От чего умер твой последний раб?, Kevin the journalist, voice of Strex, Юлик внутривенно

21:42 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
У современных детей (совсем детей, младше двенадцати) масса возможностей, каких лишено было даже мое (не слишком далекое от них) поколение.
Но, несмотря на разницу в возрасте каких-то одиннадцать лет, я совершенно не понимаю Гришка и технологий, с которыми ему приходится ежедневно иметь дело. Успокаивает лишь то, что и брату до моих технологий далеко.

Вчера Гришок загорелся какой-то компьютерной игрой. В магазине она стоит как половина моей стипендии, к слову.
Когда попытки поиграть во флибустьеров и обойтись без посредства магазина закончились провалом, мы все-таки вынуждены были везти ребенка в М-Видео за игрой.

И что бы вы думали?

Сегодня, оказывается, продается только _коробка_. А с чеком, который покупатель получает на кассе, выдается специальный код, который и активирует игру.
О темпора, о морес.

В общем, помимо пылесборника и сомнительной бумажки мы планировали выгадать немного с этой покупки и протянули накопительную карту, ибо некая акция подразумевает, что всякий товар, приобретенный в этом магазине, от батарейки до холодильника, приносит хоть немного да бонусов.
И тут нам говорят: а вот шиш!
Мы, конечно, пришли в смятение. Мать, наш дипломат и скандалист, позвала администратора, чтобы разобраться, в чем же дело.

Оказалось, что так как коробка сама по себе ничего не значит, то это _не товар_. И бонусы за него, соответственно, не предусмотрены.

Вы понимаете, да?
Пришла эра торговли воздухом.

@темы: Kevin the journalist, voice of Strex

21:20 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Конец подкрался незаметно.
Отличное начало поста, — подумал я, и на какое-то время завис, пытаясь понять, что за конец.
А меж тем, конец декабря, конец года.

Прежде чем подводить итоги, хочется что-то сказать. Не по итогам, а так.

Когда Майдан начал принимать масштабы революции, и все интернеты зудели только об этом, J написала мне что-то вроде: вот смотри, такое событие, и совсем недалеко, а тебя там нет; какой из тебя журналист.
И это было так... унизительно. J ударила по больному (но это составляет 99% нашего с ней общения, я привык), но вопреки обыкновению оно не забылось и не затмилось чем-то хорошим. И до сих пор зудит, зудит, зудит.

Когда в Москве собрался митинг по поводу годовщины Болотной, папа спрашивал: ты бы хотела там быть как участник или как наблюдатель? И сам себе отвечал: ну, как журналист, понятное дело.
Но я сидела дома и читала трансляцию в твиттере.

Сейчас во всех лентах Навальный, и в Москве больше 130 задержанных на Манежке (а сама Манежка уже полностью зачищена). В Краснодаре тоже движуха: ну как обычно, доблестные десять революционеров вышли потоптать асфальт. И тем не менее.
Я сижу дома и читаю трансляцию в твиттере.

А а нас есть трансляция с камер на Театральной? Посмотрите. Там собралось человек 10, 3 мента и тройка стукачей с видеокамерой, лица фоткают

— Типичный Краснодар (@typodar) 30 декабря 2014



Это ужасно унизительно: понимать, что ты нигде и никогда. Прямо по Гейману: никогде.
Все чаще в последнее время вспоминаю тот тренинг, которому мы с Маиру подверглись в Звенигороде: ты садишься в центр круга и говоришь каждому присутствующему «я есть».
Так вот,
меня нет.

@темы: Kevin the journalist, voice of Strex

00:53 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Репортаж прекрасного Константина Гольденцвайга о работе Юргена Тоденхофера.
Юрген Тоденхофер первым из западных репортеров сумел не только попасть в отряд к боевикам ИГ, проведя 10 дней в Сирии и Ираке, но и вернуться оттуда живым.


@темы: Kevin the journalist, voice of Strex

23:16 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Заметила, что последние две ссылки у меня на стене вк — на интервью с Кашиным. Последние три — про журналистику.
Просто очень захотелось зафиксировать одну из фраз Кашина, потому что это на удивление верно и емко отражает мое мироощущение:

Я верю в идеологически мотивированную журналистику, то есть в людей, которые выходят за рамки вот этого дискурса «надо просто делать свое дело и не просирать дедлайн».
(source)

@темы: Kevin the journalist, voice of Strex

Mea culpa

главная