• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами (список заголовков)
23:44 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Лента как-то резко отхлестала по щекам таинственными гифками со Стычкиным, и вот я уже смотрю в полдвенадцатого сериал Фарца со сложным лицом.

Оказалось, что прильнуть к проектам Егора Баранова — что-то вроде увлечения Вуди Алленом. Вы же знаете, как это: все время смотришь на Вуди Аллена и его жен; только там хоть жены меняются, а у Баранова разве что Меньшиков появился, на радость или на беду.
Тот же Петров, та же Вилкова, ТОТ ЖЕ СТЫЧКИН, а вот тут надо продышаться.

Вообще-то сегодня я нашел архив «Северной пчелы» на десять с гаком тысяч номеров, это стало последней каплей, теперь мне не нужно разрешение, чтобы эмигрировать в XIX век, тем более что утром я как раз начал читать чудесную книгу с прозой Булгарина, а Мороз посоветовал литературу по интересующему меня периоду. :heart:
И среди всего этого упоения на днях твиттер подкинул вот такие и такие штуки:


У меня, вообще-то, слабое сердце! Проблемы с дыханием! Склонность к эмоциональной нестабильности!

Возвращаясь к сериалу. Герой Стычкина зовет Хемингуэя Хэм, а знаете, ко еще его так зовет?
БЕАТРИЧЕ.


Цитируя Булгарина, «во славу просвещения мы выпьем за ужином».

@темы: Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Третьего отделения на вас нет, негодяи, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

23:54 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Беатриче решила объяснить нам на паре по журналистскому мастерству в общих чертах, что такое профайл,чтоб мы сделали практическое к зачету.
— Вам не нужно брать интервью у человека, чтобы написать профайл и создать его образ для публики, — сказал она. — Это очень здорово, потому что в интервью человек всегда показывает себя с одной стороны, сам моделирует свой образ. Профайл дает вам гораздо больше возможностей для того, чтобы показать, каков герой на самом деле. Вы смотрите все его соцсети, кто у него в друзьях, что он пишет, что пишут его друзья и как он на это реагирует... Понимаете примерно, о чем я?
Переглянулись с Коняшем со сложными лицами.
— В наши время это называлось «сталкерить».
Понимаем даже слишком.

Сдали с Коняшем зачет по профайлам первыми с курса.
Никогда не знаешь, какой из твоих сомнительных навыков из прошлого пригодится в жизни (или в профессии).

@темы: Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

23:39 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Видел сегодня едва ли не самое красивое в своей жизни: Мороз уходил в закат. Буквально: солнце садилось, и дорога направо от журфака вся была залита каким-то неземным золотом, и Мороз как будто светился.
Момент красоты, от которого перехватывает дыхание; что-то похожее было дважды, и все связано с журфаком. Это уже не раз упомянутый мной случай, когда мы говорили с Морозом после очередной пары литпроцесса, когда все сошлось: звёздное небо над головой, моральный закон внутри и огни проезжающих мимо машин и троллейбусов. И ещё тот раз, когда Коняш подстригся асимметрично, мы ехали в трамвае, солнце светило так же, высвечивая силуэт Коняша, и он был таким красивым, как не бывает красиво даже в кино с лучшими операторами.
Любецки не справится с работой показать то, что я вижу в такие моменты.

Сегодня завершающий день осенней сессии, и прошёл он так же ярко, как и первый. Пара Беатриче, за ней - три пары Павлова. Чем не отличный день? Шесть часов я просто радовался жизни.

Беатриче предложила нам написать небольшой путевой очерк, и самым сложным для меня оказалось придумать, о чем в Краснодаре я могу написать, потому что 90% времени вне дома и вузов я провожу в маршрутках, которые не слишком меня вдохновляют, я вообще стараюсь всегда максимально выключиться из процесса поездки: аудиокнигами, фичками, подкастами, музыкой, книгами.
Мое любимое место - это журфак, про него я могу написать много, но не в формате путевого очерка. Два-три часа на перекладных, чтобы почувствовать себя счастливым, приближаясь к факультету. Ну такое.

Тогда я написал про наш исторический центр. Ещё на литпроцессе Мороз обратил внимание на то, какая дикая эклектика архитектурных стилей у нас на Пушкинской площади; я часто об этом думаю, особенно когда выбираюсь в центр. И вот, вынашивая идею очерка на паре, я вспоминал, как мы с Коняшем по-новому смотрели на статую Пушкина перед краевой библиотекой.
Текст получился; Беатриче, кажется, понравилось (Даше тоже).
После того, как мы высматривали с Яной исторические здания по всему городу, я все ещё их высматриваю (прошло полгода), все ещё каждый раз поднимаю глаза, до жадности, до головокружения, давлюсь историческим наследием, потому что люблю наш город в том числе за него. Это уже Семибратов и его школа. Смотри и будь готов увидеть. Vita nostra brevis est и далее по тексту.

Совершенно потрясающим мне кажется контраст между парами западников и славянофилов, потому что буквально каждое предложение одних противоречит каждому предложению других. Вот только что Беатриче предлагала связать диплом с каналом Культура, - тут же, на следующей паре, Павлов кричит, чудом не опрокидывая парту: "Канал Культура, оплот левых, вы же понимаете, кто там сидит!"

Вообще Павлов выбил сегодня две полных строки бинго и ещё две строки не до конца, но его можно понять: суббота, заочники, пары до восьми. Устал человек, не может кричать все время ДЕРЬМО и МРАЗИ, зато не обошёл вниманием МЕРЗОПАКОСТНУЮ БЛЕВОТИНУ и ЛИБЕРАСТОВ :D

Лучше всего итог этих трёх пар медиакритики подвёл Коняш обращенным ко мне риторическим вопросом: "Что, весь огород в камнях?" - потому что Павлов, кажется, находил очень забавным через каждые полтора предложения вставлять Тэффи. Мне было совсем не так забавно, конечно. Но не без этого.

Рассказывая про Селезнёва, Павлов яро доказывал, что учеба - это ничто, пары - ничто, аспирантура, конечно - ничто. "Никогда не защищайтесь!" - кричал он ("Приведу его слова на защите диплома", - нервно засмеялся Коняш).
"Самое важное, - продолжал Павлов, - это общение с умными людьми. Только это и важно. Это и есть учеба".
Кому как не мне с ним соглашаться. Все ещё считаю, что общение с Морозом и полемика с преподавателями - это самое главное, что я только мог получить на факультете.

Лучшее, конечно, следующее. Один раз за три пары Павлова я умудрился отвлечься на что-то, и тут Павлов кричит: "Отвечайте, Дарья, почему?"
Ну а я что. Ответил, что русофобия виновата.
И знаете что? Это был правильный ответ :D #успех

Так люблю пары Павлова, вот что бы кто ни говорил, как он меня тогда на подкурсах подкупил своим огнём в глазах, так я шестой год не могу стряхнуть с себя это счастливое литературно-критическое наваждение.
Спасибо, журфак :heart:

@темы: ты хочешь быть богом хотя бы в словах, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

23:19 

lock Доступ к записи ограничен

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
12:25 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
У меня в учебном блокноте теперь есть профайл на Мирона Федорова, но это было только началом, потому что к зачету мы все-таки остановились на написании профайла на лорда Волдеморта, и Беатриче так понравилось, что сразу видно: не зря она говорит, что у нее в друзьях сам Дамблдор.
Не журфак, а Хогвартс, который мы все заслужили. С бородатым гейборчеством и постмодернизмом!

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Лимон-который-выжил

22:36 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
В последнее время меня такое количество людей послали в далекое эротическое путешествие с моим дипломом, что я сбился со счёту.
Как сказала Беатриче, на журфаке люди творческие, а у вас там ещё более творческие. Так вот все эти творческие имеют огромное количество творческих отмазок: у меня глаза не горят, у меня специализация по другому веку, а я вообще хочу тебе кофе в лицо плеснуть. Ну, знаете, что угодно, только уберите камеру.

Большую часть времени я проводу в ужасе и панике, и не спасает даже факт сессии на журе, что всегда служило панацеей. То есть я рад, конечно, что мы можем шутить с Беатриче про Гарри Поттера, а она сама зовёт нас лучом света в своём расписании, но мы же все прекрасно понимаем, что вне расписания мы станем просто ещё одной проблемой.

С Павловым тоже непонятно - я притаранил ему аналитическую статью про "Гоголя", а в итоге все меня хвалили, в том числе Павлов, но где же махач, где же неистовство? Где страсть, покажите мне страсть!
Все это накладывается на факт отказа Павлова от съемок, причём отказа после данного за неделю до согласия. Теперь бегаю как укушенный горегубкой (с пламенем из ануса) и ищу ему замену, потому что на какое-то время позволил себе поверить, что его участие в принципе возможно. Вот это я фантазёр.

Можно сколько угодно делать вид, что усидеть на двух стульях не составляет проблемы, если ты достаточно орёл и любишь своё дело, но совместить в одной работе два факультета с натянутыми отношениями, кажется, вне моей компетенции.
Дашин приезд на какое-то время сбил меня с толку: трудно всерьёз думать о потере чувства журфака (Микк и его чувство журфака - это как Смилла и ее чувство снега), когда Даша пишет этажом ниже: "Иди к нам на кафедру западников, тут сплит и печенье". Но это кафедра западников, а не моя.
Даша может звать ее своей, а у меня вроде и нет больше кафедры, с тех пор, как я перестал быть частью кафедры славянофилов.
Я как лирический герой Меладзе: повсюду иностранец, и повсюду вроде бы свой.

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Херовато у меня дела, Лафайет., журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

19:44 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Вчера на журфаке в четвертый раз прошла Селезневская конференция, это очень большое событие для нас и вообще, типа славянофильский слет. Я испытываю огромную гордость от того, что могу присутствовать на этом мероприятии, и еще большую — от того, что это мероприятие вообще имеет место благодаря Павлову!
Снова выступал Сергей Куняев (тут можно посмотреть кусочек видео с конференции, чтобы заценить, какой он офигенный и как круто говорит!), он один из авторов лучшей биографии Есенина (совместно с отцом Станиславом Куняевым) и автор биографии Клюева (обе — ЖЗЛ), а еще он завотделом критики в журнале «Наш современник» <3

Несмотря на невероятную духоту, которую не смогли разогнать ни открытые двери, ни включенный сплит (одновременно, но не будем о грустном), эта конференция прошла гораздо бодрее, кажется, предыдущей. Интереснее даже.

Один из ораторов долго говорил про Достоевского и Толстого, православие и народность, как водится, и все у него было хорошо, пока он не решил закончить свой доклад цитатой из «Мастера и Маргариты». Ну вы представляете! Той самой, где «протестую, Достоевский бессмертен!»
Говорил потом Коняшу, провожая его после первого блока конференции, что вот мы на пятом курсе — все равно что эта цитата. В том плане, что четыре года как-то учились, как и очники, все шло неплохо, а потом раз — и мы все еще не публикуемся в «Нашем современнике» или в «Родной Кубани», надежд не оправдали, еще и к кафедре триумвирата пристали. Это как закончить доклад о Достоевском цитатой Булгакова.

Удивило на этой конференции то, что дали выступить ЗАПАДНИКУ Лучу. Это как если бы собрались, скажем, Дельвиг, Пушкин, Вяземский и Белинский потусить, поговорить о судьбах Родины, и позвали вдруг Булгарина, мол, давай и твое мнение послушаем :D
читать дальше

Вот они, котищи! :love: (слева направо: Мороз, Лихоносов, Павлов, Куняев)

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Третьего отделения на вас нет, негодяи, Да здравствует революция, мы красивы и умрем!

23:45 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Во французском языке есть конструкция chez moi, которая переводится как "у себя" в значении "дома".
Так вот когда я на журфаке, я чувствую себя chez moi.

Перед каждым курсом боюсь, что факультет больше не сияет, лучшие пары позади, вдруг учеба больше не принесёт мне радости. Но сегодня я подходил к факультету и, только завидев его, почувствовал такую волну радости внутри себя, что заходил уже совершенно шалым и счастливым.
На лестнице ещё до проходной встретил Ярослава, Фрая, Уткова, наш охранник на страже, тут же совершенно очаровательный Мороз, Оля не преминула с кислым лицом сообщить мне, что видела К. Флеш-рояль!

Первая сессия выпускного курса началась парой Павлова, вы представляете, Павлова!
Бабушка зовёт Павлова Маяковским, это просто вин :vict:
Так вот, пара Павлова. Буквально вчера я переживал, что он больше не будет вести у нас практические, только медиакритика осталась, которая тоже интересная, но ведь Палов так круто разбирает наши тексты! И вот - в расписании появилась таинственная "аналитическая журналистика", которую поставили вести у нас Павлову, и это суперхорошая новость, от которой я расцвёл пионом!

Конечно, Павлов начал лекцию с того, что мрачно обвёл немногочисленных нас взглядом ("А где остальной пятый курс?" - "Не все хотят получать диплом!") и сказал с каким-то необъяснимо радостным сарказмом: "Появился какой-то новый предмет, а вести его поставили меня..." О б о ж а ю, когда преподаватели начинают пару со слов о новых предметов, которые находятся немного не в сфере их компетенции :lol:
Но это, конечно, не о Павлове. Павлову есть что сказать, это ведь та же практическая журналистика.
Поэтому он, закрыв лицо ладонью, потряс в воздухе учебником г-на Тертычного и сказал что-то вроде: "Такой учебник вы можете взять у нас в библиотеке. Конечно, я с ним ознакомился и могу сказать, выражаясь прилично... нет, не могу ничего приличного сказать". И затем, "ЧТОБЫ НЕ БЫТЬ ГОЛОСЛОВНЫМ" (он часто разговаривает капсом), Павлов очень популярно объяснил, в чем минусы учебника и почему заниматься мы будем на живых текстах.

Я не знаю, как обьяснить, до чего же Павлов чудесный.

Играли с Коняшем в Павлов-бинго, но это беспроигрышная игра, точно вам говорю :lol:
Не считая читерских "Есенин", "Куняев", "русофобы", етц, просто стали записывать, на какой минуте что было произнесено.

Павлов-бинго:
КАК ГОВОРИТ ДАРЬЯ - 10 минута
АХ ДА ИННА БАСОВА - 14 минута
ЛЕВЫЕ ЛИБЕРАЛЫ - 23 минута
ДЕРЬМО - 61 минута

В золотой фонд цитат Павлова: *перебивает читающего* "Я вас сейчас не перебиваю, а потом перебью" :D
Павлов, конечно, ничего от меня больше не ждёт, кажется, но я и не совсем потерян, отвечаю лихо на вопросы про Лермонтова, Куняевых, такое.
"Ладно, пока не буду уходить с факультета, раз не все потеряно" :heart:
А ещё Павлов был на Тавриде в этом году и, конечно, убедился, что никто не читает газету "Завтра" и не знает Бородина, Кузнецова, Казакова и так далее. Как и 99% населения нашей страны.

Что грустно, я совсем забыл с этой дипломной беготней в этом году про Селезневскую конференцию. Хорошо хоть прийти послушать вроде как пока успеваю! Снова приедет Куняев!

Даже последовавшая за этим волшебством лекция Сопкина (адепта г-на Тертычного и г-на Засурского) была со своей долей радости: зашла речь про ТОМАСА ДЖЕФФЕРСОНА, Коняш аж начал петь Thomas Jefferson's coming home, а я теперь точно не забуду, кто и когда впервые употребил термин public relations :D

И в полседьмого вечера - вишенка на торте, как дар лично мне от факультета за всю любовь, которую я к нему испытываю, - пара Беатриче.
Мы были уверены, что кафедре западников, и особенно Беатриче и Лучу, не дают общаться со старшими курсами, чтобы не сбивать нас с пути истинного - их долгие годы не было в расписании заочников выше третьего курса (у дневников - выше второго!). И вот - журналистское мастерство! Практикумы! Так много часов! :heart: :heart: :heart:

Нас было пять человек на паре, и Беатриче такая очаровательная, такая живая, как будто она немного смогла отдохнуть с нами от всей той бесконечной суеты, которую ей приходится на факультете на себе вывозить.
На самом деле, я безумно сильно хотел немного поговорить с ней про "Гоголя", и тут она достаёт нам для практикума местные газеты, и прямо на вершине подшивки "Кубанских новостей" - Петров! Анонс его интервью по поводу "Гоголя"!
ЭТО ЗНАК, кричу я. Так нам с Коняшем досталось на анализ краевое издание, а я получил возможность счастливо рассказать Беатриче, что ОНИ УПОМЯНУЛИ ФАДДЕЯ ВЕНЕДИКТОВИЧА ВЫ ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ ФАДДЕЯ ВЕНЕДИКТОВИЧА, и Беатриче смеялась и кивала головой (и задавала вопросы!) на мои бурные россказни про фактологичность фильма, про финальную песню, где упоминаются лицейские годы Гоголя ("таинственный Карла"!) и последние слова Гоголя ("Лестница, поскорей, давай лестницу!"), ПРО ФАДДЕЯ ВЕНЕДИКТОВИЧА ЕЩЁ РАЗОК, и так здорово знать, что она понимает все это и мою радость тоже понимает.

Вообще Беатриче так запросто шутила с нами и про журналистику ("сидим как на поминках региональной прессы..." - "У них последняя страница называется ПОСЛЕДНЯЯ СТРАНИЦА, и скажи ещё про ПЛОХУЮ ВЁРСТКУ".), и про факультет, и про преподавателей.
Вообще очень трудно удержаться от цитат Павлова после пары Павлова, и, значит, кульминация противостояния западников и славянофилов:
- Да простят меня за либеральную лексику, но, выражаясь языком постмодернизма, газета крайне эклектична, - подвожу черту анализу я, подразумеваясь павловскую ремарку о том, что левые либералы только и говорят сегодня, что о постмодернизме.
- Даш, я вам портрет Павлова в рамочке подарю за такую речь! - засмеялась Беатриче со всеми нами.
ПОЧТО ОНА ТАКАЯ КЛАССНАЯ

Никогда не знаешь, какие новые чудесности ждут на этом волшебном факультете :heart:

@темы: ты хочешь быть богом хотя бы в словах, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Третьего отделения на вас нет, негодяи, Да здравствует революция, мы красивы и умрем!, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

12:53 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Начал утро с чтения отличного материала — беседы с Мариной Разбежкиной. Мне кажется, что-то вроде такого текста нужно давать читать в обязательном порядке студентам конца первого — начала второго курса, причем как на режиссерском, так и на журфаке. Что-то наподобие всем поголовно рекомендуемого «Универсального журналиста» Рэнделла.

Вот, например, вопрос о языке, который меняется и упрощается. Рождественская очень точно это формулирует: «Вообще, мне становится очень не по себе, когда я наблюдаю, как меняется язык. Метафоры тупеют, и мне за них страшно, потому что они явно стали другими, они болеют и умирают. Я понимаю, что эти изменения не хороши и не плохи, они просто происходят, но чувствую себя каким-то динозавром, который вот-вот вымрет». И Разбежкина озвучивает не новые, но по-прежнему актуальные тезисы о монологичности современного языка, о бесконечной самопрезентации в рамках любого разговора.
И еще Разбежкина говорит про абитуриентов ее Школы документального кино и театра: «Но их язык примитивен настолько… Хотя, может быть, какие-то знаки времени возвращаются и в этих знаках времени возвращается этот язык. Он пустой, он тебя этой пустотой уничтожает — очень страшно в пустоту попадать, да?»
Вот эта пустота — везде. И это действительно страшно.

Очень точное замечание про Кончаловского, который «совершенно не чувствует реальности» и формирует все равно свое, исходящее от себя, необратимо художественное, игровое.
«Так что такое документальность? Это ни в коем случае не документ. Это все-таки не тот слепок реальности, который мы фиксируем. Потому что мы можем зафиксировать реальность — и она окажется фальшивой. А можем придумать реальность — и она покажется абсолютно правдивой».

Мне очень важно, как Разбежкина проводит разницу между документалистикой и журналистикой, потому что это часто становится камнем преткновения, например, у меня в семье.
Помню то чувство, когда я понял, как беспомощна и поверхностна журналистика в своей массе. Мне было обидно за годы попыток стать частью чего-то настолько мелкого. Но меня успокаивало, что пока есть такие издания, как, например, «Новая газета», еще не все потеряно. Потеряно — это про телевидение. Там вот точно: оператор снял, что увидел, и унес на монтаж. А что было не самом деле — это пусть документалисты месяцами тусуются непонятно где и непонятно ради чего. Вот как Дзига Вертов говорил: «Как я могу написать в сценарии, что Петров утонул, когда я даже не знаю собирается ли он плавать?» То же самое, какая ирония, работает для журналистики: как я могу ждать, что Петров убьет старушку, если я даже не знаю, что у Петрова есть топор?
А документалисту не нужно знать.

У нас есть ребята, которые живут документальным кино. Костя, кажется, чуть ли не год игровое кино смотрел только из числа заданного Гибертом, и то со скрипом.
Я часто говорю о том, как меня поражает Яна, потому что она умеет видеть, и это потрясающе ценно. Она чувствует окружающее и окружающих.
Может быть, я сам герметичен. Не знаю.

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

12:23 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Четырехлетний бакалавриат, который на заочке растягивают в пять лет, отдает чем-то оруэлловским, правда?

— Сколько пальцев ты видишь, Уинстон?
— Четыре.
— А если Партия скажет, что их не четыре, а пять, тогда сколько?

Вот и у нас:
— Сколько лет надо учиться на бакалавра?
— Четыре.
— А если деканат скажет, что пять?
— Пусть деканат лучше скажет, когда сессия, а то в прошлом году мы узнали об этом за день до первой пары, вы там совсем оборзели, что ли?

¯\_(ツ)_/¯

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ты хочешь быть богом хотя бы в словах, не душу делим, чай - постель всего лишь

18:00 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
На «Медузе» сегодня вышел отличный материал «Я просыпалась и начинала рыдать» Как жить с депрессией и паническими атаками: рассказывают девушка с расстройством психики и ее муж.
Отличный это материал по многим причинам.

На днях мы с Яной закончили работу над фильмом-портретом, основной темой которого была жизнь человека с ментальными болезнями. Немалая часть фильма построена на поэтическом монтаже, на метафорах и создании атмосферы. Например, монолог о причинах зарождения депрессии сопровождал звук пустоты.
В начале этого монолога Коняш, который и является героем, говорит: «Основная проблема в том, как я считаю, что в русскоязычном пространстве недостаточно много говорят о том, что с тобой случается, когда ты переживаешь тяжелую утрату, когда ты расстаешься с любимым человеком, когда умирает твой родственник, когда тебя бросают, когда ты вдруг просыпаешься и понимаешь, что ты не можешь пойти на работу, потому что в тебе нет сил, абсолютно никаких».

Я знаю текст нашего фильма практически наизусть. Много раз слушая записи интервью, подбирая кадры под каждое слово, делая расшифровку, я снова и снова переживал то, что переживал Коняш. Когда мы с Яной сокращали монолог, приходилось бороться за каждое слово: это важно, это важно, это очень важно.
И вот эти слова я вижу в монологах, которые опубликовала «Медуза». У нас действительно не так много об этом говорят, тем более в публичном пространстве, где не вся аудитория знает, что такое паническая атака и чем клиническая депрессия отличается от меланхолии и грусти. Поэтому люди с ментальными заболеваниями вынуждены использовать скупой набор слов и образов, который будет понятен широкой публике. Чтобы быть услышанными, им приходится снова и снова обращаться к одним и тем же словам. И сначала — когда слышишь/читаешь об этом впервые — кажется, что их достаточно. А потом ты слышишь ту же историю от другого человека. И еще от одного. И снова.
И становится понятно, что, так или иначе, приходится все пояснять. Потому что этот язык только зарождается в русскоязычном пространстве, и в его лексиконе не так много слов.

«Медуза» расширяет пространство борьбы, выражаясь языком Уэльбека, потому что выносит эти темы на публику.
Черновым названием нашего фильма было «Маленькая жизнь», потому что это тоже попытка найти слова и выработать язык. Название мы поменяли.

Я вижу параллели нашего фильма с материалом «Медузы» не только в словах (даже описание панической атаки начинается в обоих случаях практически дословно одинаково, и слова про жизнерадостность, и вообще очень многое, я выхватываю целые идентичные строки), но и в образах. Посмотрите на их иллюстрации: они метафоричны, нейтральны, но наполнены внутренней силой (точнее, внутренней слабостью), они передают атмосферу.
Мы с Яной ходили днями по городу, против ветра, зимой, в самый холод, и искали образы. Обветренные, уставшие, мы возвращались по домам, сливали материал и готовились идти снова.


Я помню тот день, когда Коняш впервые рассказал мне о том, как он себя ощущал: я помню день, помню температуру воздуха за окном, помню его выражение лица, помню его слова и дрожь голоса. Я тогда, конечно, не думал ничего такого снимать, но это было важно для меня, так важно.

мой опыт


Я рад, что постепенно ментальные болезни выходят из табуированной категории, что люди делятся опытом и помогают друг другу.
Все такое нестабильное. Хочется помочь, но как?

@темы: обсессивно-компульсивное расстройство, не душу делим, чай - постель всего лишь, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Юлик внутривенно, Херовато у меня дела, Лафайет., РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

19:52 

vita nostra brevis est, brevi finietur

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Несколько недель назад меня накрыло жутким осознанием того факта, что за слепой любовью к журналистике в целом и к журфаку в частности я потерял для себя режиссуру. Я тяжело переживал эту не новую, в общем, мысль: наверное, я недостаточно старался, наверное, я не заслужил столько классной учебы, наверное, мне уже не наверстать.

Но прошло время, и я понял, что ничего не потерял.
Я получил серьёзное, разносторонне, интересное для меня образование (даже три, если заглянуть в будущее, когда я доживу до дипломов). У меня было много инициатив, некоторые даже удавалось воплотить. Вот как-то раз я придумал, что буду снимать на задание «диалог без слов» по режиссуре, и поволок Толика к черту на рога, немного за город, где я договорился о разрешении на съёмку. И Толик сказал тогда, присвистнув: «Слушай, да многие для дипломов так не договариваются, как ты паришься с простыми заданиями». То есть я не совсем пропащий, а даже наоборот.

К концу четвёртого курса у меня вполне неплохой послужной список: я снимал в цирке (сегодня вот поздравлял Лёха, ассистент, сейчас работает со львами, в сентябре едет с гастролями в Минск), в музыкальном театре (главный режиссёр и балетмейстер недавно лично звал меня на предпремьерный показ своей новой постановки), в пивоварне даже, не говоря уже о том, что доводилось и договариваться о съёмках в драмтеатре (бесплатно и организованно), и работать с Анатолием Горгулем (один из мастодонтов в нашем театре), а уж практику я где только не проходил. Меня вон Антон Смертин поздравил, а Артём Беседин не только поздравил, но ещё и гифку с Гастоном и Лефу кинул вдовесок. Уровень!

Шутка ли - и на съемочной площадке профессионального полного метра побывал (не зевакой причём, а членом съёмочной группы!), и с кастингом помогал, и что только не делал. Не абы какой полный метр, а фильм Данилы Козловского. Тоже уровень.

И образования мои друг другу помогают. И стипендии моей хватает и на кафе, и на поездку в Париж раз в году - своим собственным умом заработал, бессонными ночами над научными работами и рецензиями, презентациями и монтажом. Уровень? Уровень.

Я много читаю, смотрю хорошее кино, умею видеть шире и глубже (спасибо Семибратову и его маленьким, но таким важным заданиям, которые постепенно меняли наш этот мелкий, скупой взгляд на мир вокруг). Я был среди тех, кто защищал институт, и свой факультет особенно, перед международной аттестационной комиссией (и с блеском защитил). Я люблю историю литературы, журналистики, кино и критики, но в то же время знаю законы композиции, правила монтажа, суть драматургии. Орудую английским гораздо увереннее однокурсников (на обоих факультетах). Учу французский с жадностью и любовью. Я все-таки ничего не потерял. Я не потерялся. И продолжаю идти вперёд, потому что помните же - всегда развиваться.

иду -
красивый, двадцатидвухлетний


@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, I'll find her if I have to burn down all of Paris, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

18:15 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сегодня день рождения Фаддея Булгарина, и я так его люблю, что хочу плакать.
На всем факультете Булгарина любит только западнический триумвират, и это так, знаете, символично, что остается только орать и бегать по потолку. Вроде как, окрестив их триумвиратом, мы не ошиблись.

Когда я читал переписку Греча и Булгарина, мне больше всего (помимо кулстори, которые одна восхитительнее другой, разумеется) нравился стилевой переход от достаточно сухих, информативных писем Греча (купил молока, Алешке понравился Париж, Дезире все такая же холеная и говорит, что любит меня, а Вяземский с Дельвигом негодяи) к блестящему, яркому, живому эпистолярному наследию Булгарина. Как он писал письма! Образно, ярко, метко, всегда угадывая нужное настроение, точно передавая эмоции и суть. Он писал так сочно, что можно услышать его голос, интонации, смех, возмущение, извинения.
Не зря именно от него пошли фельетоны, и вся его редакторская политика во многом строилась на авторской журналистике (на текстах самого Фаддея) — потому что он был великолепен как автор. Своими материалами он насыщал читателя. Ему удавалось все: от анекдотов из светской жизни до нативной рекламы. Когда Беатриче впервые зачитала нам его рекламный текст, я чуть не побежал в Петербург, искать тот ресторан.

А это я счастливый осознанием самого факта существования Булгарина :heart:

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Третьего отделения на вас нет, негодяи

14:02 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Приехал вчера утром на журфак, а навстречу из дверей факультета выбегает девочка с отчаянием на лице и кричит подругам, которые идут за мной:
— ТАМ ТАК ЖАРКО И НИКОГО НЕТ, — с интонацией «Бегите, глупцы!»
Так как для журфака подобная риторика в целом достаточно типична, я счел это хорошим знаком и зашел.

Беатриче такая красивая и такая замученная, сердце разрывается. Выглядит так, что может сразу после рабочего дня сниматься в экранизации «Рая» Данте, — а телефон разрывается от звонков миллиона студентов, у которых куча проблем.
— Ну как можно не сдать практику с февраля? — ломает руки Беатриче, положив трубку в очередной раз. — У нас же теперь за один долг отчисляют. Ну как?
Звонит чья-то староста, говорит, что ребята не могут сегодня собраться и сдать какие-то документы.
— Но весь факультет в отпуске уже третий день, мы специально ради таких как вы сегодня вышли на работу, что значит не могут? — не надеясь на ответ, говорит Беатриче. — В конце концов, это вопрос их учебы на факультете. Сделайте что-нибудь.

Пока мы ждем появления Луча, Беатриче дает мне почитать книгу «Формирование французской нации» и убегает ловить студентов и делать все, чтобы их не отчислили. К тому моменту, как приходит Луч, Беатриче все еще бегает, поэтому сидим с Лучом.
читать дальше

Наконец Беатриче немного освободилась и пришла. К этому времени явился и местный Сенковский, так что мою судьбу решал триумвират в полном составе <3
Да как решал! Собрались мы по поводу диплома, потому что моя тема про Булгарина никак не притягивается за уши к профилю «пресс-службы», а по ряду бюрократических причин сделать с профилем ничего нельзя, и отступить от него тоже.

Луча и Сенковского это не останавливало. Сенковский кричал, что Булгарин — лучший пример продвижения и информационной работы. Луч кричал, что из-за идиотов с мозгами набекрень нельзя лишать целое отделение факультета возможности сделать что-то нормальное. Сенковский добавлял, А КАК ЖЕ СВОБОДА И ПРАВО ВЫБОРА СТУДЕНТА, КАК ЖЕ ПРАВО НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ? Луч присоединялся к негодованию, что ПЛЮЙ НА ВСЕХ, ПИШИ ПРО БУЛГАРИНА. Они мерили кафедру шагами, трясли в воздухе кулаками и кричали так, что было слышно у замдекана, вестимо.
В этом революционном безумии Беатриче оставалась неуслышанной, но снова и снова клала перед коллегами бумаги с выписками по заочникам.
— Информационная работа в государственных и коммерческих структурах, — повторяла она каждому, стоило им взять паузу, чтобы перевести дыхание, — это пресс-службы. Только современное, деканат не переспоришь.
КОНСТИТУЦИЮ, кричал триумвират.

В итоге выяснилось, что всех заочников по факту сбросили именно на кафедру триумвирата, из-за чего на них навалилось очень много лишней работы, которая раньше была равномерно распределена между всем факультетом. («Но чистка же прошла, — заметила Беатриче. — Мы же теперь официально православные атеисты».) Профиль пресс-служб — привет от бывшего замдекана, который не любил не только западников, но и заочников (возможно, по созвучию).
Можно было бы устроить революцию, но Беатриче напомнила всем об опыте этого года, когда на умную девочку набросилась комиссия, где громче всех (!) кричал Мороз, что, мол, как ты могла пойти с темой про авангард к Лыновой, если это я специалист по авангарду. И, соответственно, разгромили по полной, напирая на то, что она путает понятия и вообще не оттуда пляшет, давили авторитетом и все такое. Девочка ушла с защиты в слезах, и Беатриче очень не хочет, чтобы такое повторилось.
— Какой-то Мороз совсем стал отмороженный, — прокомментировал Луч, и с предложением революции немного притормозил.
— Ну да, еще и Булгарин, — констатировала Беатриче. — Такая тема, сами знаете.
Триумвират знал.

На всякий случай предложили готовить две темы, а там видно будет.
В итоге то, что хотели, мы не решили, но теперь я знаю, что триумвират на моей стороне, и это очень приятно. Как говорится, еще повоюем.

@темы: Да здравствует революция, мы красивы и умрем!, Третьего отделения на вас нет, негодяи, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

21:49 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Увлекательные истории о моем умении рационально делать покупки.
Сабж: я часто говорю о себе, что являюсь жертвой маркетинга. На самом деле, для меня важно оценивать работу маркетологов, которые старались, чтобы именно их товар заметили и купили. Так что я — тот человек, который покупает в Маке Колу Макфизз Ваниль, потому что СТАКАН ВЫГЛЯДИТ КАК КОСМИЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ ТАКОЙ КРАСИВЫЙ НЕ МОГУ.

Так вот давеча зашел в Магнит, а там не было моего любимого сыра. Но как же вино без сыра, подумал я, и начал выбирать из наличествующего ассортимента.
Главное, думаю, не вестись на названия, главное не вестись на... СЫР ПОШЕХОНСКИЙ, СОВСЕМ КАК «УЕДИНЕННЫЙ ПОШЕХОНЕЦ», ПЕРВЫЙ РОССИЙСКИЙ ПРОВИНЦИАЛЬНЫЙ ЖУРНАЛ, ПОЯВИВШИЙСЯ ПОСЛЕ УКАЗА ЕКАТЕРИНЫ О ВОЛЬНЫХ ТИПОГРАФИЯХ, ТАМ ЖЕ ЕЩЕ ПЕРЕВОДЫ БЕНДЖАМИНА ФРАНКЛИНА ПЕЧАТАЛИ ААААА.
В общем, сегодня я могу авторитетно заявить, что Пошехонский сыр очень вкусный. Кхм.

А еще я купил йогурт с малиновым вкусом (не люблю малиновый вкус), потому что он по акции стоил на два рубля дешевле остальных йогуртов этой линейки.
Два рубля.

В завершение расскажу историю, которой в перерыве экзамена по режиссуре поделилась Вика.
Вика покупала вино, и перед тем как расплачиваться, стоя на кассе, потянулась за паспортом в рюкзак, так что ее лицо было скрыто длинными волосами. Продавец как раз в этот момент пробивал вино и сказал:
— Покажите, паспорт... — Тут Вика подняла голову от рюкзака, чтобы сказать, что как раз за паспортом и полезла. И продавец, увидев ее лицо, протянул: — А нет, не надо.
Мы так смеялись с лица Вики, когда она закончила эту леденящую кровь историю, просто до истерики.
(Вика на год младше нас, но вот.)

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Kevin the journalist, voice of Strex, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

23:15 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Луч ходит по кафедре, разговаривая то ли с нами всеми, то ли с самим собой.
— Сейчас отвечу этой негодяю из Хельсинки... — бормочет он себе под нос, близоруко глядя в экран айпада. — А то все пишет мне и пишет!
Даша печатает за компьютером последние детали диплома. Ш. уступила ей место, пересев в кресло и взяв ноутбук.
Луч подходит к настежь раскрытому окну:
— Обещают дождь вечером. Правда, утром обещали дождь днем, — говорит он, сверяя картинку с айпада с безоблачным небом за окном.
— Завтра-то точно польет, — авторитетно заявляет Ш., отрываясь от ноутбука.
— А если нет, это будет уже просто неприлично! — Луч комично вздыхает. — Ведь я второй день ношу зонт!
— А я вот сегодня без зонта, — улыбается Ш.
— И вас это не красит! — смеется Луч.
И мы все тоже смеемся.

Кафедра истории СМИ — очень уютная. Она больше, чем кафедра публицистического мастерства, но вся какая-то похожая то ли на антикварную лавку, то ли на Отдел Чудес. На дверце книжного шкафа висят крылья летучей мыши, а на стене — карта Екатеринодара образца начала прошлого века. Книги на английском соседствуют с брошюрами об истории Кубани. Большие альбомы по истории искусства делят полку с экземплярами «Кубанских новостей».
Вообще-то я пришел совсем не сюда, но Луч зазвал меня на кафедру, чтоб я не ждал Дашу в коридоре, усадил на стул и начал расспрашивать, как там поживает бездельник Гиберт, кто у нас нынче декан и как мне пришло в голову поступать в институт культуры на очку. Потом он угощает нас с Дашей бананами, которые ждут своего часа на столе.
— Ну что вы! Станем мы вас объедать! — протестую я.
— Да я вообще бананы не ем! — смеется Луч. — Поэтому с радостью угощаю ими всех желающих! Люблю смотреть, как люди едят.

Без Беатриче мне очень неуютно. Все такие милые и такие чужие. Даша рассказывает, как они накануне весело тусили на кафедре, а я не могу представить себя в такой же ситуации, потому что мне страшно. Я чужак. Я не свой.
На кафедре публицистического мастерства я тоже чувствовал себя чужим, но ощущал это иначе. Там я имел право находиться, потому что Мороз мог написать мне среди дня о том, что вот, мол, в букинистическом магазине меня ждет собрание сочинений А.К. Толстого, а мог посоветовать хороший фильм, а мог сказать мне на паре, что я не улавливаю суть модернизма. И все это в равной степени было уместным и логичным.
А еще Мороз угощал меня кофе из своей кружки, давал чайник в руки и отправлял за водой, а Павлов ловил меня в коридоре и кричал: «Дарья, вы все еще любите Эйзенштейна?»
С кафедрой истории журналистики не так, они ведь вещь-в-себе, а я всегда гость.

Несмотря ни на что, люблю журфак так же сильно, как любил его еще до поступления, проезжая его в 8 классе, по дороге на курсы японского; как любил его в 11 классе, свой единственный выходной после бесконечной учебы проводя здесь, в учебе, считая более уместным прочитать за день «Мертвые души» осознанно и не для галочки, нежели поспать и поучить какие-нибудь съезды партий; как любил его на первом курсе, когда факультет сиял и завораживал, и я был самым счастливым человеком, переступая его порог.

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Херовато у меня дела, Лафайет., ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

23:54 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Больше всего мне нравится, что ко мне вернулась любовь к чтению.
Прошлый год стал мучительным временем переживания и осмысления чужого опыта через нон-фикшн, он был почти полностью лишен художественной литературы. Сейчас я читаю все от сказок до поэзии, от современных романов до классических пьес, и это тоже опыт, тоже переживание, но в переработанной художественной форме.

Во время сессии мне пришлось частенько мотаться в институт и домой, поэтому я снова по четыре-пять часов в день проводил в дороге, из них час-два даже удобно сидел, что, конечно, способствовало чтению. Еще и погода стояла не слишком жаркая, в самый раз.

На экзамене по тележурналистике преподавательница спросила, в кайф ли мне было писать сценарный план видеосюжета. На что я ответил, как всегда отвечаю на подобные вопросы: «Конечно. Я очень люблю текст».
И это правда, я люблю текст так сильно, что сам себя ощущаю как текст, и все вокруг текст, и только текст дает мне ощущение спокойствия. Одна из причин любить Дяченко и их Vita Nostra, конечно, это то, как они чувствуют текст.

Когда мы на подкурсах еще слушали лекцию Павлова о постмодернизме, я еще плохо себе представлял, как Павлов относится к данному явлению (хотя казалось бы), и для меня каждое его предложение было не то чтобы откровением, но чем-то естественным, правильным, логичным.
И когда Павлов сказал, что в постмодернизме мир есть текст, а Бог в словах, я закрыл глаза и сказал: «Вот это — мое». На меня потом еще долго Таня косилась, как что-то столь грязное, как постмодернизм, может быть моим. А Павлов вообще дверью хлопнул. Но от поезда не убежишь. (Хотя модернистская концепция, наверное, мне ничуть не менее близка, просто мы живем все в эпоху постмодернизма,и не то чтобы у нас был выбор.)

И вот сейчас я часто думаю о том, как много для меня значит текст во всех его проявлениях, как я люблю каждую букву и то многообразие бытия, которое из этих букв складывается.
vita nostra brevis est, brevi finietur, а человек способен на удивительные вещи.

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, не душу делим, чай - постель всего лишь, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

19:46 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Когда мы продумывали структуру своих политических партий на самом начальном уровне, буквально набрасывали план и определялись с направлением, Коняш спросил у Оли с Юлей:
— А вы кто, либералы, небось?
И Оля аж вытянулась в струну, широко раскрыв глаза от возмущения:
— Ты что! Какие мы тебе либералы!
Как будто ее обвинили в совращении малолетних.
— Мы знаем, кто бы тобой сейчас гордился, наш маленький славянофил, — засмеялись мы.

Все-таки не зря Павлов стал светочем факультета, не зря его все так любят и боятся. Он очень многое для нас сделал — в том смысле, что научил видеть чуть шире, чуть глубже и чуть светлее.
Впрочем, мы с Коняшем, все из себя западники (и дипломы пишем на кафедре западников), успешно защитили проект неолиберальной партии свободы и равенства. С неофициальным названием «партия униженных и оскорбленных», потому что поддерживаем ЛГБТ-сообщество, вегетарианство и вот это все. «Наша символика выполнена в голубом и белом цветах, которые означают честность, свободу И ГЕЕВ».

Более того. На первом занятии, когда мы только частично изложили нашу позицию и продумали в условиях задания наши действия по одному законопроекту, одногруппники решили не лукавить и сказали, что голосовали бы за нас, а их партии вообще нас поддерживают :D #успех
Иногда в своей программе мы отталкивались от программы и поведения Эмманюэля Макрона, хотя у нашей партии была чудесная лидерка, которую мы придумали такой, что самим хотелось бы за ней следовать. NB на практических по государственному политическому маркетингу в СМИ нас ни разу не попросили не использовать феминитивы (в отличие от пар по работе журналиста в творческой студии, но там все вообще о другом, и достойным осуждения либеральничаньем считается даже признание недостатков у великой и могучей державы).

К слову о Макроне.
На экзамене по бренингу территорий я защищал свой имиджевый паспорт Парижа, который сделал еще зимой, и заметил, что предложенный мной в рамках задания проект по использованию имиджевых ресурсов очень похож на некоторые предвыборные тезисы новоизбранного президента Республики. На что я и решил указать.
— Вот, кстати, выделенные мной содержательные стратегии похожи на стратегии, заявленные Эмманюэлем Макроном, который как раз недавно взошел... эээ... взошел на...
Коняш с Олей чуть не задохнулись от смеха, выдавив: НА ПРЕСТОЛ.
— ...на президентский пост, — закончил я свою мысль.
Забыл глагол, который подходит для президентства, с кем не бывает. Коняш мне это еще не раз после экзамена припоминал: типичный, мол, француз, ну :D

@темы: Да здравствует революция, мы красивы и умрем!, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

18:22 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Иногда складывается ощущение, что наш курс — единственная группа заочников на всем журфаке.
Преподаватели смотрят на расписание и неизменно закрывают глаза в тихом ужасе: «Как же мало у нас с вами пар!» — как будто до этого вели исключительно у очного отделения и никогда не сталкивались с экзаменом сразу после пяти лекций. На факультете немноголюдно, очники защищают дипломы, в расписаниях младших курсов заочки — сплошь незнакомые преподаватели и несколько знакомых, но в коридоре мы их все равно не встречаем. А был ли мальчик, что называется.

Опаздывающие сегодня утром спрашивали, до скольки можно сдать экзамен.
«К. сказала, что принимает до часу, а потом у нее отпуск», — ответили сдающие.
Журфак, лето.

И вот еще потрясающая история о том, как преподаватель онлайн-журналистики на первую пару пришёл со словами: «Не люблю интернет и Медуза ваша — пустышка», — а уже через неделю смотрел с нами мастер-классы Галины Тимченко и предлагал: «Может, ещё немного про соцсетки? Тимченко дело говорит».
Собственно, Щ. вообще классный и открыт новому, потому что тащить нам мастер-классы Медузы он стал после того, как увидел у нас огонь в глазах. А еще он с каждой парой все больше похож на Ареса, а главный вопрос к нему у нашей группы: «Зачем вы забрали у Павлова усы?»

К слову о Павлове.
Зашел сегодня к нему на кафедру поздороваться, потому что очень по нему соскучился. Помахал рукой, пожелал доброго дня и вышел из аудитории, а на лестнице меня догнал грозный окрик: «Дарья!» Коняш чуть через перила не упал от смеха: «Глас свыше! Как будто Зевс какой!» — просипел он сквозь хохот.
— Дарья, вы идете на научную конференцию? — тем временем, поинтересовался Павлов.
— Конференция? — я замялся. — Селезневская?..
Павлов закрыл лицо ладонью, одновременно возведя очи горе:
Лихоносовская, Дарья! — чуть ли не со стоном разочарования пояснил он. — Жду вас через неделю с каверзными вопросами. Но вы еще успеете заявить свою тему, у вас десять секунд до того, как мы отнесем документы в типографию.
Предложение участвовать я благоразумно отклонил, ибо сессии, но что меня помнят и ждут — приятно.

Это недавно размышляли с местным Сенковским о том, чья фамилия уместится в отведенной для того графе в зачетке.
— Та самая графа, где умещается только Май, — заметил кто-то.
— И Павлов! — подхватил второй голос.
— Павлов... — протянул Сенковский (как известно, кафедра западников недолюбливает славянофилов, и их идейного предводителя особенно). — Он тоже не помещается. Ведь он не один.
— Как не один? — опешили мы.
— Он же с собакой.
Как только парты от смеха не перевернули, непонятно :lol:

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

12:19 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Щ. залетел к нам в аудиторию (такую тесную, что десять человек с трудом в ней уместились, дыша друг другу в затылок) и, переводя дыхание, сразу констатировал:
— Мы встретились с вами при очень экзотических обстоятельствах!
Уже эта достойная пера Чака Паланика фраза заставила нас приготовиться к очередной порции приключений. Что и случилось.

Щ. ведет у нас онлайн-журналистику, но ответственно признался, что Интернет не воспринимает от слова со всем, и даже презирает. Чтобы не травмировать наши воспитанные сайтами и приложениями чувства, он выкрутился с изящностью тележурналиста: скачал нам лекции в формате мастер-классов для журфака МГУ, где журналисты Мейл.Ру Груп рассказывали о секретах профессии.
Надо было видеть наши лица, когда Щ. достал из сумки ОГРОМНЫЙ ТЕЛЕВИЗОР. Ноутбуки для интернет-журналистов, настоящие телевизионщики на такую фигню не размениваются!

Не сказать, что курс интернет-журналистики в 2014 сильно хорош: говорили много вещей, которые с первых минут настроили нас против лекторов.
Но постепенно я втянулся. В такие моменты, как правильно подметил Коняш, кажется, что ты снова хочешь стать именно журналистом: с дедлайнами, литрами кофе и попыткой доказать, что твоя новость про ген плоскостопия — это суперважно. Я вспомнил также, что все еще опираюсь на лекции Севы образца начала 2013, и на советы Антона Смертина из 2014. Так почему мы должны с недоверием воспринимать этих ребят?

Просто началось все с того, что журфаковцев МГУ спросили, кто хочет работать в прессе, и студентка из аудитории ответила, что вот она.
— И в каком именно печатном СМИ? Ну примерно? Глянец, там, или... А, глянец. Понятно. Почему? Потому что он блестящий?
— Ну там пробники бесплатные.
У меня чуть припадок не начался в этот момент, честно :facepalm:

Интересная статистика: наш журфак, говоря о кубанской журналистике, неизменно произносит два имени. Артем Беседин и Антон Смертин. И, соответственно, Юга.ру как всем самый понятный пример того, что у нас еще не потеряно.

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

Mea culpa

главная