Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли? (список заголовков)
00:00 

lock Доступ к записи ограничен

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
15:52 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


Под эту песню мы сидели на Марсовом поле и смотрели, как искрится Эйфелева башня.
Отгоняли назойливых продавцов вина (у нас было свое) бесконечным: "Non, merci". Ели настоящий французский багет.
А потом башня начала переливаться, потому что французы готовились ко дню взятия Бастилии. И по ней растекались красивые узоры, флаги, волны света и цвета.
Люди вокруг сидели, стояли, бегали, бросали друг другу фрисби, пили вино, наслаждались жизнью.
И я был счастлив.

Я не шучу, когда говорю, что во всем виновата французская литература — я никогда не стремился во Францию, она казалась мне страной-клише, приманкой для богатых туристов (к числу которых я никогда не относился и едва ли начну относиться). За два года до окончания школы я столкнулся с Сартром и с Мартеном Пажем. И понял, что Франция может быть не совсем страной-клише.
А этой весной со мной случился Гюго.

Вначале был Вуди Аллен и его «Полночь в Париже». Я очень, очень люблю Вуди Аллена, а этот фильм запал в самое сердечко.
И, прочитав «Нотр-Дам де Пари» Гюго, я уже знал, что поеду в Париж.
Взял все сбережения на Москву и те деньги, которые мне подарили родственники на приближающийся день рождения. Позвал с собой Сахарка. И поехал.

За прошедшую неделю у меня не было ни одной панической атаки. Мне не было плохо. Мне не было тяжело. Мне не было больно.
Я истоптал ноги (мы ходили по 12-14 часов в день и почти не спали), а мои плечи и спина почти онемели за это время. Но каждое утро я просыпался и открывал шторы в нашем крохотном номере в 9 округе Парижа и видел красивое здание напротив, все ажурное, с балкончиками, увитыми цветами, и памятной табличкой о том, что там жил великий композитор.
И каждое утро я был счастлив.

Как и каждый вечер, как и каждый день, как и каждую ночь. Я был счастлив.
*
Вот знаете, часто бывает так, что ты читаешь/смотришь что-то потрясающее, а потом ищешь локацию-прототип и понимаешь, что автор сильно приукрасил действительность?
С Собором Парижской Богоматери такой номер не прошел. Собор прекрасен так, что дух захватывает. Так, что невозможно не возвращаться туда каждый день.
И когда ты снова и снова на вечерних мессах поднимаешь голову и видишь эти высокий своды, эти оставляющие светлые круги витражи, эти тени и эти камни — чувствуешь себя _правильно_.

Воскресная месса собрала невероятное количество людей (что и понятно), и все были настолько _едины_, настолько _объединены_, что хотелось плакать от царящей атмосферы доброты. Семьи льнули друг к другу, одиночки были не одни.
Больше всего мне нравится это ощущение всеобъемлющей и всеобщей любви, это многоголосье, вторящее священнику, эти улыбки в конце каждой мессы.
*
Париж поразил каждой улицей; запомнился свешенными в Сену ногами; полюбился самим своим воздухом.
Париж смел все стереотипы и расцвел, как Роза на Маленькой планете.

@темы: обсессивно-компульсивное расстройство, вот и сходил за хлебушком, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, I'll find her if I have to burn down all of Paris, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

22:55 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
В самом разгаре съемки второго сезона «Библиотекарей», уруру.
Так что вот немного Флинна, который все равно самый тру библиотекарь :heart:



А еще я досмотрел первый сезон Newsroom как раз в годовщину.
Слишком хорошо.





2012.06.24 - we just decided to aired for the first time.

хх

@темы: От чего умер твой последний раб?, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Анфи, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Юлик внутривенно

23:55 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Повсюду летают бабочки; их так много, что немного кружится голова.
Бабочки похожи на постер «Молчания ягнят», и вокруг нас будто бы кружатся десятки мертвых голов. Чудесный Ваня кричит своим друзьям: «Христа ради, спаси эту бабочку, пока она не упала в кофе!», — и они спасают бабочку. Чудесный Ваня ловит бабочек, не касаясь их, чтобы бабочки оставались на свободе. Чудесный Ваня зарисовывает бабочек на потолке.

Савелий и Мороз очень долго настраивали свет, но в итоге плюнули на исхищрения с настольными светильниками и просто врубили люстры. Пропала ламповая атмосфера, но стало значительно светлее, так что, в общем-то, тоже ничего.
Савелий дает слово Морозу: «Ну что же. поприветствуйте публику, Олег Николаевич».
— Всем привет, — бормочет в микрофон Мороз. — Добрый вечер, точнее сказать... Но все это формальности.

Мороз рассказывает о поэтах-экзистенциалистах первой волны эмиграции: о Божневе и об Одарченко. Благодарная тема: слушаю с таким удовольствием, что впервые за всю неделю ощущаю себя гармонично.
В чем-то есть секрет: у меня наконец-то перестают дрожат пальцы и губы, я впервые за несколько дней не чувствую трудностей с дыханием, к глазам не подкатывают слезы. Да и голова перестала болеть безо всяких лекарств. Мороз такой удивительный, что может служить панацеей.
Мороз делает отсылки к Сартру и к Камю, рассказывает про потерянность и отчужденность, но сам Мороз настолько гармоничен, что от него это не кажется чем-то упадническим или пафосным.

«Умерли они совершенно по-разному, но примерно в дни годы. Божнев — абсолютно естественно: заболел и умер. А вот Одарченко покончил с собой, причем осмысленно и целенаправленно. Уже по одному выбранному способу очевидно, что это был не внезапный порыв. Он отравился газом. Проверять не советую, но все-таки проверьте. Это сложно».

Мороз объяснил, что значит борьба за несуществование, и это настолько логично и _правильно_, что не различишь: его это понимание или поэта.
Человек живет, пытаясь сделать свою жизнь лучше, и ему приходится участвовать в борьбе, по Дарвину. Но любая жизнь заканчивается смертью. Вот и выходит, что борьба идет — за несуществование.

Мороз читает столько стихотворений, что успевает ознакомить нас почти со всем творчеством Божнева.
«Я не совсем в курсе, что там у нас со временем... А что там у нас со временем? Пятнадцать минут? Ну, попытаюсь в общих чертах познакомить вас и с Одарченко».

Когда Савелий в попытке поддержать интерактив по завершении лекции спрашивает, почему именно Божнев и Одарченко, Мороз смеется впервые за эти два часа:
«Я как человек, склонный к алогичным действиям, просто решил, почему не они? Тем более, что я сам — самодельный буддист».

Прошло два часа с тех пор, как Мороз сказал мне про Виана: «Что, нападки на Сартра? А я предупреждал. Но не забывай, что книга-то — про любовь».



@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Kevin the journalist, voice of Strex, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

22:35 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Это будет очень сумбурный пост о моей усталости и о любви к журналистике (смотри-ка, описал любой пост из своего дайря :D )

Вечер (ночь), научная работа все еще не дописана (не продвинулся дальше введения), а я так устал, что не могу, не могу. Экзамены, экзамены, экзамены — их много, и я спасаюсь под крылом Воннегута (не лучшее решение, лучше бы читал лекции по истории зарубежного кино или научные статьи по моей тематике). Сегодня утром приехал в университет заранее и три часа мог только листать лекции по операторскому снова и снова (и читать Виана, когда совсем осточертело все, а компьютера с научной работой под рукой не было).
Одногруппни_цы говорили, что я как в трансе, и я судорожно пытался вспомнить, какие эмоции нужно повесить на лицо (не вспомнил).
Зашел на кафедру сиятельный, будто только с альпийских лугов, только венок оставил на поляне, дитя цветов. Получил свою заслуженную отл и буквально (буквально!) почувствовал, как кровь вновь приливает к моему белому, что ваша бумага, лицу.

И вот я дома, но я так вымотан, а экзамен по философии уже послезавтра (вчера-сегодня в час ночи я читал про космизм Хлебникова, — вот так подготовка и продвигается).
Но рассказать я хотел совсем не об этом.

Мне нужно было что-то, что подняло бы меня из трясины апатии и тяжести (я люблю учиться, но это ведь непросто). И я нашел это.
Newsroom я собирался посмотреть несколько лет, но его не было ни на рутрекере, ни вк, да и я все равно не очень люблю сериалы (чтоб вы понимали: серия раз в неделю онгоинга — это уже слишком часто для меня). Но тут я просто решил посмотреть его.
Посмотрел одну серию и где я теперь. Строчу пост в дайри, просто чтобы зафиксировать этот момент полной эйфории.

Этот эпизод был так хорош, будто взяли и смешали мои любимые Morning Glory и Fifth Estate. Этот эпизод был хорош, как лекции К. по основам журналистского мастерства и лекции Сопкина (и его пальца) по введению в профессию вместе взятые. Этот эпизод был так хорош, как только может быть хорош игровой аудиовизуальный продукт о журналистах.
Расскажу маленькую историю, которая выставляет меня циничной мразью, но немного проясняет, насколько я люблю журналистику (всего лишь один эпизод из многих).
В далеком 2003 году в нашем городе случился теракт: три взрыва с разницей в несколько минут прогремели на автобусных остановках Краснодара. Дело получило широкую огласку, резонанс был не только в местных, но и в федеральных СМИ.
Что сказал восьмилетний Микк во время очередного выпуска новостей?
«Наконец-то у нас случилась _новость_».

Собственно, за что я люблю Morning Glory самой теплой и искренней любовью: это не про супер-новостную журналистику, не про гениальные репортажи из Ирака или Сирии. Это фильм про утреннее шоу, где самая интересная новость — это флюгера и готовка омлета. И вот в том фильме рассказывали о том, что даже в утренних новостях можно заниматься _журналистикой_, достаточно лишь не быть снобом и полюбить свое дело. И понять, чем ты, в конце концов, занимаешься.
И вот Newsroom начинается с той журналистики, которая не имеет к утренним новостям про котят и омлет никакого отношения, но она — та журналистика, про которую пишут в учебниках и пособиях, про которую рассказывают и снимают. Та журналистика, какой журналистика должна быть.
Я никогда не считал какой-то вид журналистики приоритетным, привычным или что-то в таком духе. Это уже позже пришло, да и то — сознательно понимаю, а подсознательно — ну так это же не мои мысли, это же что-то чуждое, кинематографичное и академичное. Но суть, опять же, не в этом.
Суть в том, что я люблю это.


@темы: Юлик внутривенно, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Kevin the journalist, voice of Strex, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, обсессивно-компульсивное расстройство

22:53 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Вместо того, чтобы готовиться к серьезной режиссерской сессии (второй экзамен в понедельник), езжу на журфак (два с половиной часа с пересадкой в один конец).
Сегодня с ужасом понял, что приближаются каникулы, и придется без Мороза жить минимум до сентября. ДО СЕНТЯБРЯ, КАРЛ.
Конечно, у меня диплом на переводческом, практика на режиссуре и все такое, но... Но.
Кто придумал эту штуку, когда ты такой привязываешься к людям, а потом начинается паника, что ты их не увидишь? Верните все обратно. Верните так, чтобы приезжать на журфак трижды в году и радоваться этим двум неделям. Пожалуйста.
Пожалуйста, не надо.

Пожалуйста, оставьте со мной это чувство стремления.
*
Пробка была такой длинной и долгой, что я успел не только прочитать «Бойню номер пять или Крестовый поход детей», но и полюбить Воннегута. Воннегут очень гуд.
Воннегут немного похож на Мороза.

Есть такие вещи, которые понимаешь умом, но не воспринимаешь все равно.
— Ведь почему кричит новорожденый? — спрашивает Мороз. И сам отвечает: — Потому что попадает в совершенно непривычную, довольно-таки ужасную среду, где...
— Серьезно? — я весь день держусь на кофе (идет четвертая кружка, хотя еще нет 16:00) и смотрю на мир широко раскрытыми, немного остекленевшими глазами. — Но ведь новорожденные кричат, чтобы легкие раскрылись и...
— Они кричат, потому что попадают в наш мир, — отмахивается Мороз. — Или ты думаешь, что они от радости кричат?

Мороз говорит, что он мб за Билли Пилигрима и проканал бы.

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Анфи, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

22:33 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Французский язык так красив, что меня охватывает растерянность. Заметил сегодня, что перестал отличать эстетику от этики, красивое от прекрасного — и от безобразного, кстати, тоже, но там хоть умом можно домыслить.
Так или иначе, французский язык сметает преграды и несет в себе красоту (такая красота есть в текстах; всегда говорил, что во мне живет дух постмодернизма: мир есть текст и Бог в словах).

Посмотрел по совету моей дорогой Принцессы французский мюзикл «Дракула: любовь сильнее смерти» (Dracula, l'amour plus fort que la mort). Он очень красивый — не только внешней эстетикой, но и чем-то внутренним, надрывным и немного горьким.
Мина здесь так хороша, нет таких слов. И вампир-блондин.

Сверхзадача Дракулы в мюзикле — время от времени появляться и _быть красивым_.
Таким был Костик до того, как его ушли с факультета: он иногда приходил к нам и _был красивым_ (не состояние, а действие). Не учил нас, не творил историю, а просто был красивым, и, откровенно говоря, от него большего и не требовалось (да и не ждал никто).
Юля-доно как-то рассказала нам с Бальзаченькой:
«Я же сижу перед телевизором, а в нем отражается вся аудитория. Я нет-нет да и гляну на вас, когда Костик пытается пару вести: а вы сидите, как кошки, и смотрите на него затуманенными взглядами, мол, б-же, он еще и говорить умеет».
Вот эта красота как действие — загадка для меня, но довольно простая для понимая вещь в реальном мире. Как минимум потому, что действия считываются, а состояния — что ж, с ними сложнее. Это ведь не текст, чтобы его читать.
А жаль.



@темы: Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

01:12 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сил нет, как хочу поорать о всяких потрясающих штуках, с которыми познакомился за последние дни.

Для начала, прочитал «Моралите» Ансуорта. В этом романе скрыта замечательная идея, впрочем, выполненная просто _ужасно_. Несмотря на то, что действие происходит в Средние века, нет атмосферы от слова совсем, и даже кажется, что все это могло бы происходить с современниками Платонова, например.
И тем не менее, мы ведь читаем книги не для того, чтобы хлопать в тюленьи ласты (ну разве что иногда). Итак, идея перелома в сознании средневекового человека — раскрыта чуть более, чем полностью. А еще там главный герой — священник, что было основной причиной не откладывать чтение :D

Прочитал только что «Звездную мантию» Павича, ОНА ТАК ХОРОША, кричу в ночи и не могу успокоиться. До этого я читал у Павича только «Обратную сторону ветра», она оказалась для меня слишком сложной (ну а что я ждал от Павича, право слово?), но зацепила меня. И вот теперь БОГИЧЕСКАЯ Мантия.
Форма, КАКАЯ ФОРМА (ну а что я ждал от Павича, право слово? [2]), мы в восхищении. Просто все, что я ценю в литературе, собрано в одном романе (постмодернизм, такой постмодернизм, как любил говаривать Джей).
Мантия чем-то напоминает Кортасара (ну, магический реализм где-то рядом, где-то вне и изнутри), и это еще прекраснее, чем можно себе вообразить.

Посмотрел намедни «Mozart L'Opera Rock», пребываю в смешанных чувствах.
С одной стороны, это было несколько нудновато, местами динамика действия провисает, а замысел раскрыт не до конца. Да и от самих композиций я ждал большего (после Нотр-Дама, где каждая композиция совершенна).
С другой стороны, КИНКИ. Костюмы. Мизансцены, в конце концов. И отдельные песни, конечно.
До сих пор не знаю, что толкнуло меня на просмотр Моцарта, но в целом я получил удовольствие.
Просто люблю эту часть истории музыки (в которой не разбираюсь), люблю «Амадеуса» до глубины души, люблю «Маленькие трагедии».
В Моцарте-опере невероятно зацепила демонстрация отношений Моцарта и его отца, просто вот та композиция, которая J'Accuse Mon Pere, в самое сердечко, обожаю этот мотив. Жаль, что в конце эту линию как-то тихонько слили. Борьба долга и чувств, все это — обожаю.
Ну, ВЕЛЛ, Сальери, май лав, чудесен, хотя тоже немного затерт. В «Амадеусе» взаимоотношения Моцарта и Сальери были прорисованы куда лучше, — в том плане, что они равномерно были распределены по фильму, а также, благодаря точке зрения Сальери, с которой велось повествование, было больше эмоций самого Антонио, его переживаний. А не внезапные песни посреди действия.
Но тем не менее. В Моцарте-опере это было так ГЛУБОКО, что прямо тоже в самое сердечко. Прямое попадание в кинк: я тебя так люблю, ЧТО УНИЧТОЖУ <3 Прямо как в тех тезисе и аргументе «почему возникает желание задушить котенка». Да я страшный человек D:
Фанфакт: где-то год или два в моем плейлисте висела Le Bien Qui Fait Mal, которую я слушал и любил, но упорно считал, что мюзиклы и оперы — это не мое. И вот пришла пора соборов кафедральных :D



@темы: Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Анфи, I'll find her if I have to burn down all of Paris, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, не душу делим, чай - постель всего лишь

18:22 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Воздух насквозь пропитан ароматом жасмина, ходишь по городу, как во сне. А под окнами политеха цветут розы, такие же душистые. Город вокруг журфака цветет.

Шутили сегодня с нашей очаровательной кураторшей шутки из разряда «когда-то Волгодонск был миллионником, но из-за большого количества крупных ДТП население сократилось до трехсот тысяч. Население сократилось, А "ВЕЧЕРНИЙ ВОЛГОДОНСК" ОСТАЛСЯ».
Коняш очень хотел есть, а у меня был чудесный доклад по радио, собранный из теории и красивых слов о моей любви к радио. Но преподавательница дала мне слово за пять минут до перерыва, и Коняш засек время (Коняш, знающий, что по теме у меня не очень много в докладе, лол).
«Ты только воздуха в грудь набрал, а я уже понял, что ты не готов! Восемь минут пиздел, Микк, ВОСЕМЬ МИНУТ».
Тот момент, когда ты так увлечен, что ВОСЕМЬ МИНУТ (сократил доклад на 17 страниц в восемь минут — ну не молодец ли? У меня ж не про хуторскую газету сообщение, в конце концов. Типология! Форматы!)
Когда я говорил О ПРОГРЕССИВНОМ ПРОФЕССИОНАЛЬНОМ ПЕРВОМ СТУДЕНЧЕСКОМ РАДИО, мимо пролетел Май, мы просто чуть ли не хором «ВСПОМНИШЬ СОЛНЦЕ, ВОТ И ЛУЧИК».
Под конец кураторша попросила меня написать что-нибудь на научную конференцию в следующем году, и я прост С: У меня на лице написано, что я ~НАУЧНЫЙ~? :D

Преподаватель, который запомнил нас с Коняшем как «театральную богему», оказался ходячей Википедией и Бальзаком, просто нереально много знает обо всем. Начал заваливать вопросами одногруппниц, которые не ходили на его пары до зачета. Ждали вопроса типа «Девичья фамилия твоей бабушки? Что, и этого не знаешь? ВАСИЛЬЕВА ОНА, МЕЖДУ ПРОЧИМ» :""D

После зачета я подождал Мороза, пытаясь готовиться к экзамену Сани (в голове сквозняк, как на факультете). У Мороза был зачет с перваками по античке, мур. Они так смешно читали драмы в последние оставшиеся минуты. Ничем не отличимы от нас в прошлом году :3

А потом началась прекрасность. Мороз, котичка, начал рассказывать всякие очень классные штуки, наталкивая студентов на размышления.
(На самом деле не знаю, как описать это словами. Думаю, в отрывках этого не чувствуется, — но суть в том, что Мороз учит _думать_, _понимать_, не ограничиваться узкой классификацией, разделением на плохо и хорошо, на нравится и не нравится. Не объяснять трагедию фразой «ну она же женщина». Осознавать, что мир шире слов, которые ты можешь подобрать.)
Я просто примостился за как всегда пустой первой партой, сидел и слушал, вспоминал нас год назад, радовался, — и рассказывал Коняшу, что происходит.
Поэтому просто цитирую дословно мои стенограммы.

Мороз спрашивает, что хорошего. Перваки такие: ну вот ДЕЛИМСЯ ВПЕЧАТЛЕНИЯМИ ОТ АНТИЧКИ АЗАЗА
Мороз такой: ну и че хорошего в этой вашей античке

читать дальше

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

17:26 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Журфак ожил и заговорил сотнями голосов. Журфак буквально дышал, я слышал биение его сердца, видел, как вздымается и опадает грудная клетка, как расползаются в улыбке его губы.
Журфак ожил, и это так красиво, что хочется крепко обнять его (твое сердце бьется в ритме его сердца).
Это все сессия, первая смена — до этого факультет стоял почти пустой несколько недель, потому что пар уже не было, и раз в несколько дней очники сдавали все в первой половине дня (когда мы приходили, в коридорах гуляло эхо и будущие бакалавры, сдающие госы).
И вот мы попали на всю эту сутолку, маету, высокоинтеллектуальную панику — какая-то волшебная пора. Люди шутят метафизические шутки, ссылаются на Берроуза и Джойса, цитируют Маяковского и Торо. Этот безумный (и одновременно умный) водоворот сносит крышу, можно захлебнуться.

Стоим и ждем Мороза, который принимает экзамен быстро и четко. Нас спрашивают, что мы сдаем (Май пробегал мимо с криком: «А ты-то что здесь опять делаешь?», очники рассказывают о накопившихся пересдачах), а мы просто отвечаем, что караулим Мороза — и на нас обрушивается массив информации, который отражает происходящие на журфаке процессы.
Мороз выходит из аудитории и заходит обратно, а пока он внутри, время от времени выбегают ошалевшие и совершенно счастливые издатели, сдавшие на отлично современный литературный процесс. Это все неважно, — говорит Мороз.

Мороз традиционно спрашивает, что мы можем сказать хорошего. Радостно повторяю в миллионный раз, что в субботу у нас были пары К., и что может быть лучше. Мороз неожиданно соглашается, что лучше К. и вправду трудно что-то сыскать. [«Ах, это вы не слышали его лекцию по синтаксису. Вот уж где правда глаза должны загореться. Особенно учитывая, что русский язык им так преподавали, что все мимо...» — «Да, очники рассказывали, как он у них русский замещал! Как боженька лекцию читал!» — «Ну это смотря какой бог. Если древний, то жуткий. А если Иисус, то...»] Попытка засчитана, все так хорошо, так радостно, и солнце светит вокруг, и чувствуешь себя, как в открытом море.
От мимо проходящего Факторовича узнаем, что Мороз на недавней конференции на филфаке читал два доклада — за себя и за коллегу. «Един в двух лицах!» — смеемся мы. «А может, я человек эпохи романтизма — две личности в одном человеке», — предлагает свою трактовку Мороз. «Наполовину Мороз, наполовину волк!» — подхватываем мы.
Обсуждали полтора часа какие-то философские темы, кинематограф, литературу, социологию, культурологию, жизнь как она есть (и как ее нет) — голова кругом, слова теряются на подходе к горлу, Мороз такой умный, такой восхитительно умный — и такой человечный. Стоит рядом.

Мимо нас проходят и здороваются бесконечной вереницей студенты и преподаватели, Мороз докуривает седьмую сигарету, на верхних этажах все еще идут экзамены, у нас с Коняшем окно.
В какой-то момент мимо проходит Май, как всегда сиятельный, а мы как раз дискутируем о творчестве Каннингема. Мороз подбирает слова, чтобы описать творчество современных писателей, подошедший Май, докуривающий сигарету с видом какого-нибудь Эггси, врывается в разговор: «Да понты все это. Понты!» Мороз смеется: «Точно, понты! Испытываю радость узнавания!»
Мы смеемся, смеемся, смеемся.

Коняш подводит итог встречи: «Вот знаешь, как выходит? Ты говоришь, что вот, мол, жизнь ничего так. А Мороз в ответ: конечно, но с другой стороны, жизнь не очень. И вообще так себе. А если уж углубиться в этот вопрос, то говно эта ваша жизнь» :D
(Неправда, главное, не цитировать Вольтера при Морозе, а так согласно его, Мороза, философии — да, гуманизированное снаружи общество, не Средние века, конечно, когда духовная идиллия царила, но все же цивильненько так. И вообще Мороз любит повторять, что он мертв, и напоминать о стремлении к Нирване.)

Узнали, что Мороз с К. чуть ли не соседи, просто.
Просто :"D
Люблю их :heart:
(Видели К., видели всех: Максимку, Саню, Лучинского, Зуева, Сопкина etc — я такой счастливый.)

А после пар продолжили общение с Олегом, который работает на ГТРК. И он рассказывал, почему его зацепила журналистика. Он рассказывал, и у него тоже блестели глаза. Говорил о своей работе с такой любовью и с такой рассудочностью (да, не без всякой херни, ну что поделать).
Думаю о разнице приоритетов: на режиссуре нам говорят, что журналистика — это такая профессия, которая требует от вас огромных усилий и ничего не дает взамен, никакой отдачи, только адский труд, унижения и зарплата в десять тысяч. На журфаке нам напоминают, что тернии предшествуют звездам.
Журфак вдохновляет.
Журфак влюбляет.


@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

18:34 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Когда К. рассказывает о журналистике, хочется бросить все и стать журналистом прямо сейчас. Хочется схватить диктофон, поглубже упрятать голову в шляпу и направиться расследовать что-нибудь, докапываться до фактов, совать нос, куда не следует.
Когда К. рассказывает о журналистике, загораются глаза и сипнет голос, до того это сладко всеми сопутствующими невзгодами и препятствиями. Всеми недочетами и глупыми ошибками, всеми проблемами и непониманием.
Когда К. рассказывает о журналистике, у него тоже загораются глаза, и что-то заставляет его вставать в полный рост.

Это круче, чем мотивирующие рассказы Сопкина (и его пальца), круче, чем кулстори Сани, круче, чем "Универсальный журналист" Рэндалла.
К. не делает ничего, что могло бы вдохновить: не говорит о путешествиях, о зарплате, о романтическом флере. Он говорит о простых и понятных вещах: об отличиях профессии от квазипрофессии и сенсатора от журналиста, о творческой составляющей и о социальной ответственности.
И где-то между строк нет-нет да и мелькнет тот К., который когда-то поступал на журфак, где-то за недовольным тоном услышится эхо восторга, где-то хмурость взгляда исчезнет за вдохновленно приподнятыми бровями или всклокоченной челкой. И вспыхнет пламя.

К. рассказывает, что журналистика - это вам не сборка табуреток из Икеи или конструктора Лего. Рассказывает, что журналистом ты не перестаешь быть ни на минуту. Рассказывает, как это въедается под кожу и не отпускает.
К. вообще не рад вести у нас пару, он не знает, куда девать руки, почему в аудитории такие кривые стены, зачем нам вообще поставили замену и какого черта нас так мало. Но когда К. начинает рассказывать, он светится изнутри.
К. сияет ярче Вселенной над головой, если запрокинуть голову посреди океана.


@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

00:24 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
17:20 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Ехал сегодня в переполненном трамвае и слышал десятки голосов, перекрикивающих друг друга. Большая часть людей говорили по телефону, поэтому — одновременно и очень громко.
Рядом со мной стоял мальчик, класс первый или второй, не старше. И разговаривал с одноклассником.
«...Так это было, когда тебе айфон подарили! Ты просто написал: "хочу айфон" и все? — пауза. Ребенок становится серьезнее и говорит тише. — Существует, конечно. Нет, то был не Дед Мороз. А он существует».
Я даже растерялся от этой тихой настойчивости.

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Kevin the journalist, voice of Strex

10:57 

lock Доступ к записи ограничен

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
23:19 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Посмотрели восхитительный сериал «Библиотекари», я просто в бешеном восторге.

Это сиквел «Библиотекаря», прекрасного фильма в трех частях.
Главный герой, котенушек Флинн, мой кумир с детства (а у меня не так много любимых персонажей из фильмов и книг, между прочим). Это славный парень с семнадцатью высшими образованиями, полный некоммуникабельностью и слишком интеллектуальными шутками. К тому же, это тот самый человек, который учился всю свою жизнь, а потом ему _реально_ пригодились эти знания. Профит!

Фишка франшизы в том, что есть некая Библиотека, она выбирает себе Библиотекарей, которые, в конечном итоге, спасают мир от бесконтрольной магии. Немного похоже на помесь Доктора и Супернатуралов (чего стоит одна фраза «Я Библиотекарь»), но тут немного выше уровень интеллектуальности (мать, например, перестала что-либо понимать на эпизоде про физику хD).
На удивление славные новые Библиотекари тоже котятушки, особенно чудесная Кассандра, полная намеков на феминизм и фемслеш. И безумно умная. Просто :heart:

Как и сам «Библиотекарь», сериал не сказать что хватает звезд с неба, но посмотреть его для души вполне можно. Я получил огромное удовольствие.
Чего и вам советую.


@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

23:55 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Столько дел, что меня перманентно тошнит (как будто меня от жизни укачало). Поэтому решено было наконец-то немного отдохнуть от непрекращающихся заданий (а то что две трети группы филонит, а я вечно в той трети, которой больше всех надо, еще и самый виноватый).

Посмотрели с папой под вино «Римские приключения».
Во-первых, Вуди Аллен — гений, и с каждым очередным его фильмом я в этом убеждаюсь. (Тем более фильмом не по программе. Чувствую себя бунтарем и имбичелло :D)
Мы смеялись, а еще папа очень плакал, потому что он любит Рим (то, что Рим фигурирует в названии фильма, оказалось решающим фактором в выборе кино на вечер) и хочет обратно в это сердце мира.

Вуди Аллен создает не только потрясающие пародии на все и на всех, но и настолько активно вкладывает в уста персонажей себя и свою позицию (а также аллюзии на свои же фильмы и фобии, не вспоминая уже о чистом проговаривании морали)... Да еще этот интеллектуальный юмор. Это просто в самое мое сердечко. Ради этого не жалко украсть время у рецензий и дневника чтения, ради этого не страшно осознать, что спать этой ночью не грозит (домашка-домашка-домашка).

Заканчиваю мыть посуду, оборачиваюсь, а там папа на лестнице втолковывает нашему коту (вообще-то кошке) по имени Изая:
— «Вики Кристина Барселона»! Ви-ки, ясно?

А ведь я просто рассказал папе о еще одном фильме, где остро чувствуется атмосфера европейского города :D
Полагаю, «Полночь в Париже» будет непонятна родителям. Поэтому просто «Вики Кристина Барселона».

PS нет, Вуди Аллен все-таки Горький.

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

01:41 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"



Это был чудесный вечер: виски, монополия, «Суини Тодд»...
(У нас дома теперь аж три монополии, и сегодня моей фишкой была _шляпа_, мы все пошутили про Вергилия, и я был ВТОРЫМ, в чем даже не сомневался хD)
Серьезно, прошедшие две недели были далеко не лучшими в моей жизни, и сегодняшний вечер немного успокоил меня.

Еще добрых лет семь назад я брал у Сахарка диск с «Суини Тоддом», держал у себя пару месяцев и возвращал, потому что никак руки не доходили посмотреть. И вот сегодня звезды сошлись: я в миллион двадцать третий раз переслушал «Тодд» КиШа (и как в первый раз утонул в слезах), да еще просмотрел фильмографию Алана Рикмана (который неожиданно сыграл судью в «Суини Тодде»), — в общем, мне очень захотелось, и я посмотрел.
Посмотрел и сгорел в чувствах.
Это такой потрясающий фильм, такая удивительная актерская игра, такой антураж, такой сюжет, ТАКОЕ ВСЕ, айм ин лав.

Мне невероятно импонирует типаж миссис Ловетт. Это как преданность Беллатрисы в книгах ГП (не в фильме, в фильме фигня, но да, Хелена, трудно не провести параллель). Это _самопожертвование_ почти по Достоевскому.
Это такая невероятная любовь.

Меня не радуют личности типа Энтони, которые: «Ах, хорошенькая девушка, ВЛЮБЛЮСЬ-КА Я В НЕЕ». Чувак, да ты с ней даже ни разу не говорил. Что за драма.
А вот судья прекрасен от и до, просто весь.
(Смотрел с русскими субтитрами и не прогадал — голоса удивительные, но разобрать речь, когда полфильма они шепчут и бормочут — это еще нужно очень постараться .__.)
Да ладно, все прекрасны. Я с таким удовольствием (просто _для души_) давным-давно не смотрел фильмы. Смотрел и понимал, что да, это _хорошо_, это _отлично_ безо всяких но.

Восторг.

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, От чего умер твой последний раб?

17:42 

lock Доступ к записи ограничен

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:21 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


Столько слов, чтобы выразить грусть; так мало слов, чтобы описать счастье.


Закончилась зимняя сессия на журфаке, моя отрада. Это было так волшебно, что даже не верится.
Ходила от силы половина группы, и поэтому даже было с кем пообщаться. Были умненькие ребятушки, и я снова наслаждался каждой минутой на факультете.

Дважды видел К., он прекрасный, как двадцать миллионов рассветов.
Мороз дал нам списки зарубежки по 19 и 20 веку. («О, вы будете рассказывать нам, какой Кафка плохой? — Я не говорил, что он плохой. Я говорил, что он грустный.»)
Саня — мой новый поставщик грустных песенок, после которых хочется лежать на полу и плакать.
Май дуркует в личных сообщениях вконтакте в духе «помоги себе сама», и это тоже мило и весело.
Я видел Коняша почти каждый день, и его присутствие похоже на какую-то радугу, озаряющую факультет.

Чему учит нас Гоа, мой свет? Расстояние лучший врач.
Расставания больше встреч.
Драгоценно то, что хватило ума не присвоить, не сфотографировать,
не облечь...
(Вера Полозкова)


Чему учит нас журфак, мой свет?
С преподавателями вполне реально дружить, говорить им «ты» и грустить на пару, что любви нет.
Слова «всезнайка» и «отличница типа, да?» не всегда обладают негативной коннотацией. Иногда даже самый радикальный материалист-прагматик может уважительно относиться к голому разуму.
Наибольшим знанием на факультете обладают библиотекарши и охранники.
Можно просто быть счастливым. (Быть счастливым тем, что ты есть; что ты здесь; что ты в полной гармонии.)

Просто вы никак не хотите быть счастливыми просто так.
Просто чуять струной подвздошной, что уже не страшна стена, просто стиснуть с утра ладошки и от радости застонать.
(Аля Кудряшова)

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

21:55 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Коняш проводит со мной эту сессию, и я какой-то безудержно счастливый.


Снова вернулось потерянное, ускользнувшее на прошлой сессии ощущение _своего места_, ощущение радости от каждой секунды, проведенной на журфаке. Единство места и времени: я здесь и сейчас, мне хорошо, так хорошо, что это отдельная жизнь.
Целая жизнь. Эти две недели включают в себя огромное пространство-время, и оно будто бы резко, внезапно обрывается, и от этого мы с Коняшем плачем по разные стороны монитора по вечерам.

читать дальше
Почему это должно обязательно закончиться. Опасаюсь повториться за Фаустом, крича вариативно «Остановись, мгновенье, ты прекрасно», но.
Но.
Журфак – это такое волшебство.

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

Mea culpa

главная