Записи с темой: идем! ты мой! кровь - моя течет в твоих темных жилах (список заголовков)
23:07 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сходили с бро в школу. Собирались все пять лет, но вечно то расписания не совпадают, то учебы навалилось, то опять каникулы. И вот заканчивается пятый курс: оттягивать больше некуда.
Удивительно, но все по-старому: те же портреты классиков в кабинете НИ, та же кипучая деятельность в редакции, тот же вид из окон. Встретили Веру Валентиновну; она обрадовалась, учинила допрос: что сейчас, что потом. Вызвонили НИ: Сахарок давилась смехом, пока я отвечал в трубку «да, мы пришли, прямо к вам, да, подождем».

С НИ вообще история удивительная. Она очень много в нас вложила и русского, и литературы. Это очень хорошо видно на контрасте с разными людьми не из моей школы, например. Я очень любил ее уроки, дополнительно занимался с ней олимпиадным русским, в 11 классе упросили ее взять над нашим проектом научное руководство.
НИ проходила мимо нас в коридорах, делая вид, что стена в противоположном направлении очень интересна прямо сейчас; НИ расстроилась, когда я не набрал по литературе 100 баллов (минут один балл за сочинение — итого в сухом остатке сразу 96); НИ не одобрила мой студенческий выбор. Но мы почему-то все равно шли именно к ней, и она чаще других учительниц упоминалась в наших разговорах.

Штука такая: по телефону НИ сказала, что следит за учениками, которые пишут краевую, и что подойдет через пять минут.
Пока мы ждали почти всю оставшуюся перемену ее пять минут, успели раза три точно пошутить на разный манер, что она после нашего звонка («А вы в школе? — Ты что, в школу пришла??») решительно сказала школьникам: «Не торопимся, ребята, времени у вас — хоть до самого звонка на следующий урок». Высокие отношения.

НИ обняла нас с Сахарком трижды, авторитетно заявила, что мы ни капли не изменилась, и наказала непременно позвонить ей, когда мы получим наши дипломы.
Вручили ей коробку конфет и посетовали, что времени так мало.

Потом, конечно, пошли в редакцию. Вера Валентиновна, только меня увидев, первым делом спросила: «А ты туда?» — и кивнула в конец коридора, где рождается наша газета. Ну а как же без нее. Я кивнул.
Открыли дверь, и как будто не было этих пяти лет: резкий запах клея (Т. опять что-то мастерит на благо школы), остатки тиража газеты за прошлый месяц, наши еще фотографии на стенах, «девочки, у нас как обычно: какую кружку найдете — такая и ваша, вот эта вроде чистая, но это не точно... оно там живое? нет, тогда можно вымыть».
Т., конечно, все еще не любит журфак: она изо всех сил переводила разговор на кино и все спрашивала: все плохо, да? ты жалеешь? ну хоть разочек пожалела?
А я не пожалел ни секунды.

Пили чай с печеньем (мы выставили на стол свое, дорогая редакция угостила нас своим), говорили в основном об учебе, о книгах, о фильмах.
— У нас теперь мопс живет, — сказал я в разговоре о дипломе, — и вот она так смешно вздыхает, с такой тоской, и я каждый раз думаю: это я, я должна так вздыхать.
— Ты говоришь про мопса, и я сразу Женю вспоминаю, — засмеялась Т.
— Так потому у меня и мопс. Я тогда у Жени его увидела, и все. Я же животных не люблю, только мопсов, — привычно пояснил я.

Редакция тогда опустела без Жени, Даны и Яны с Тимой. Яна потом часто приходила, Тима выпустился позже, но уже тогда, когда Женя с Даной поступили в университет, стало не то. Я как-то резко это все отрефлексировал, когда смотрел «Хорошо быть тихоней» и думал о гг: «Зачем было привязываться к выпускникам, ведь было ясно, что они скоро уедут». И тут я понял, зачем. Это все очень поверхностно сейчас вербализируется, тогда было эмоционально и ударно, теперь — просто констатация.
Я, конечно, бесконечно благодарен всем им за вдохновение, которое так меня питало и так меня вынесло вверх, — а дальше я сам.
;)

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Аматэрасу, Анфи, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

20:34 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


На Les Revenants наткнулся совершенно случайно на кинопоиске по перекрестным ссылкам. Ривер давно рассказала историю о том, как она увлеклась французским сериалам и прокачала понимание на 10/10, и я все ждал, когда какой-нибудь французский сериал на меня посмотрит и скажет: я — тот самый. И тут:



Сюжет в том, что в небольшой альпийский городок начали возвращаться жители, умершие какое-то время назад. О том, что они мертвы, они не помнят; им кажется, что они ушли утром, а вернулись вечером.
Кто-то готов их принять. Кто-то — не готов.

Во втором сезоне In the Flesh был эпизод, который при всей своей простоте очень меня тронул: Саймон видит шрамы на запястьях Кирена и, когда тот пытается спустить рукава куртки пониже, показывает свои руки в следах от уколов и говорит: «У всех нас есть шрамы».
И вот Les Revenants — иллюстрация этого тезиса, потому что здесь тоже у каждого есть шрамы (у кого буквально, у кого фигурально), и каждый пытается жить с ними, но оказывается в пограничной ситуации — и дальше следует экзистенциальный выбор.
читать дальше

@музыка: Диана Арбенина - Демоны

@темы: обсессивно-компульсивное расстройство, От чего умер твой последний раб?, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, I'll find her if I have to burn down all of Paris

22:32 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сегодня сказали, что моему дипломному фильму не хватает души; оно и неудивительно, ведь вся моя душа отдана Микадо.
У него сегодня день рождения (это официально), так что хочу сказать несколько слов.

Микадо, конечно, из тех, кого нельзя любить — из-за его слабости, из-за его невозможности что-то предпринять, из-за его страха.
Джей как-то сказал про отношение Изаи к Микадо, который так и не смог вырваться из повседневности, мол, он пытался и сдался — «и все, какая любовь». Это, конечно, определило действия и поступки Микадо на годы вперед, и я до сих пор это чувствую внутри себя, что и говорить.

Микадо, который плачет от невозможности что-либо предпринять и считает самым грозным орудием шариковую ручку, — это, конечно, очень жалкий Микадо.
Микадо, который приезжает на разборки банд, не умея даже драться и не имея за душой никакой поддержки, — это совсем потерянный Микадо.
Микадо, который ничего не делает, а только ждет, когда Изая снова назовет его Императором, — это Микадо, не достойный любви, потому что нельзя так приручать маленьких голубоглазых щенков.

Мой Микадо, конечно, вывернул себя наизнанку, потерял много человечного, взлелеял в себе много злости — в общем, сделал все, чтобы следовать главному завету Изаи о необходимости постоянно развиваться.
А вот коротенький отрывочек года этак 2012, может, даже начала 2013, когда Изая еще не пытался себя убить, а Микадо не пытался жить без него, и всем не хватало любви. Потому что наши вопли отчаяния превращаются в нежные мантры.

Микадо включает лампу, решает прилечь на диван — всего-то на пару минут....
Три с четвертью часа спустя придет Изая, сделает тише свет,
Почувствует что-то, похожее на вину,
Накинет Микадо на плечи любимый плед.

@музыка: Alai Oli - Прячься

@темы: обсессивно-компульсивное расстройство, Микадо, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Drrr!!, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

14:54 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
С каждым годом все больше переселяюсь в маршрутки: езжу по всему городу часто, подолгу и с большим количеством пересадок. Эта езда на перекладных так прочно вошла в мою жизнь, что поездка в Париж с теми же пересадками не вызывала ни вопросов, ни особого дискомфорта.
На машине ехали до Ростова, там летели до Москвы, а после семи часов ожидания попали в Брюссель, где на арендованном уже авто ехали в Брюгге, и после суток передышки уже — в Париж. Через Сент-Женевьев-де-Буа, но это детали.

В Москве встретился с Никошей, и это удивительная, чудесная, теплая встреча.
Я все еще боюсь людей, мне всегда страшно, что я не смогу поддерживать беседу и погрязну в чужом презрении (да, вербализировать страхи неоч). С Никошей говорили часа два, и это был какой-то идеальный уровень общения, когда можно переходить с темы мюзиклов на кулстори про Булгарина и Гоголя, и я вижу, что собеседница понимает, делится в ответ данными из смежных источников, переносит тему в Англию и обратно, я тоже понимаю, и нам взаимно интересно.
:heart::heart::heart:
Как-то раз, после пятого коктейля Джей сказал: «Однажды и ты найдешь человека, с которым сможешь пить за революцию», — и сейчас у меня такое ламповое чувство, что я нашел человека даже лучше: с кем можно пить за Булгарина. :jump3:

А в Париже меня встретила Мюнхлер (увлекательная кулстори о наших планах), которая помогла мне снять часть диплома (ради чего я и ездил за границу). :rezh:
У меня мало съемочного опыта, потому что я стараюсь кооперироваться с операторами (это тоже было непросто — научиться делегировать полномочия), и необходимость несколько сцен снимать без Яны меня пугала до дрожи в пальцах и белых кругов перед глазами. И хоть два дня я снимал сам (боюсь отсматривать материал, честное слово), основную реконструкцию (и часть визуалки) мы снимали с Мюнхом, и это очень круто. У Мюнха кинообразование, и местами можно было объясняться терминами, а местами — руками и мычанием, и все было понимаемо, обсуждаемо и исполняемо. Плачу от радости! :weep3:
А потом мы бродили по парку Тюильри, мимо Лувра, по Елисейским полям, рядом с мерцающей Эйфелевой башней, говорили о кино, об учебе, о дайри, о Краснодаре, и было так здорово, так здорово, я все еще не верю, что поездка в Париж принесла мне такую гармонию и такого человека ирл.

@темы: Третьего отделения на вас нет, негодяи, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Kevin the journalist, voice of Strex, I'll find her if I have to burn down all of Paris, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

00:23 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
«Гоголь» задел меня сильнее, чем я смел надеяться. Интеллектуально тусуюсь в фандоме: читаю собрание сочинений Гоголя вместо фанфиков, биографию из серии ЖЗЛ (Золотусский — очень хороший автор, его нам рекомендовал Павлов) вместо аналитики случайных людей из твиттера, кулстори про XIX век вместо смешных видюх.
Но в итоге этого оказалось мало, и я посмотрел сериал «Фарца», потому что его режиссер — Его Баранов, он же ставил «Гоголя». А еще потому, что там Стычкин (Алескандр Христофорыч Бинх в «Гоголе»), Петров (Гоголь) и Вилкова (Лиза). И мне так понравилось, кто бы знал.

Мы с Яной пришли к неутешительному выводу, что вкус к кино у меня так себе, массовый и неэлитарный, и никакая любовь к Вернеру Херцогу, Антониони и Эйзенштейну не спасет меня от клейма желтизны, но что уж тут поделаешь. Баранову всего 28 лет сейчас, то есть «Фарцу» (2015) он поставил, когда ему было 26. Это внушает какой-то даже азарт, определенную долю веры в поколение и в себя (совсем немного).
Мне нравится все: музыкальное сопровождение, игра актеров (!), проездочки, сюжет, кольцо в сценарии. Мне очень нравится Понт (Стычкин), но это и так понятно, это как будто было предопределено. Манипулятор, провокатор, нехороший человек. Очень умный, очень самоуверенный (не без причины) и просто какой-то сиятельный.


Стычкин, элегантнее Онегина

Мне кажется, массовое искусство, если оно не слишком посредственное (как сериалы на Домашнем или на Пятом), — это очень важная часть современного культурного кода, потому что — ну вот жил я, не тужил, Гоголя уважал постольку поскольку, но не более того. И тут — накрыло волной, сбило с ног и сделало немного счастливее, культурнее и пьянее. Это ли не сила искусства?


@темы: Третьего отделения на вас нет, негодяи, Микадо, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

23:35 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Ездил к Даше смотреть «Бесславных ублюдков».
Посмотреть этот фильм мы собирались около года, примерно с тех пор, как начали последовательно общаться, а не просто видеться на парах Мороза. Но все нам мешало: моя постоянная учеба, Дашин диплом, моя постоянная учеба... Потом Даша уехала домой в Сочи, и точно стало не до того.

Впервые я посмотрел «Бесславных ублюдков» с Изаей.
То есть не я посмотрел, а Микадо. Это было в тот недолгий, но счастливый промежуток времени, когда Изая вернулся, незадолго до того, как Микадо узнал, что он пустил себе пулю в голову.
Микадо был счастлив, смотрел «Ублюдков» вполглаза, потому что в основном-то смотрел на Изаю.

Второй раз я пытался посмотреть «Бесславных ублюдков», когда нам их задал Маэстро по кинодраматургии. Было два часа ночи, фильм длился 2,5 часа. В какой-то момент встал выбор: еще часа три сна, но недосмотренный фильм, или узнать финал. Я малодушно решил хоть немного поспать, потому что до этого почти не спал несколько дней.

Третий раз я смотрел «Бесславных ублюдков» с семьей, но далеко мы не уехали, потому что телевизор не читал русские субтитры, а дубляж не распространялся на французскую и немецкую речь.

Теперь вот «Бесславных ублюдков» мы смотрели с Дашей. Красное вино (под цвет пальто Яковпетровича), рис, салат, пирожки, шоколад, кофе с кардамоном. Мы не досмотрели «Ублюдков», потому что Даша бежала на пары к Лучу (у магистрантов-очников, на кафедре западников).
Столько воды утекло (правда, очень много лет прошло), а я не могу смотреть «Ублюдков» один, потому что они так и остались фильмом Микадо и Изаи. Сто дней, сто ночей, / Плачет город - он ничей, / знаешь, жизни несчастливых / сходятся до мелочей.

После этого я поехал к Толику и Оле смотреть «Гоголя» (опять) и пить белое вино (и мартини). Было весело, смешно и просто здорово.
«Ублюдки» никак не досматриваются.

@музыка: Le vie en bleu - Seul (Picasso)

@темы: сказка, обсессивно-компульсивное расстройство, Микадо, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!

23:54 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Беатриче решила объяснить нам на паре по журналистскому мастерству в общих чертах, что такое профайл,чтоб мы сделали практическое к зачету.
— Вам не нужно брать интервью у человека, чтобы написать профайл и создать его образ для публики, — сказал она. — Это очень здорово, потому что в интервью человек всегда показывает себя с одной стороны, сам моделирует свой образ. Профайл дает вам гораздо больше возможностей для того, чтобы показать, каков герой на самом деле. Вы смотрите все его соцсети, кто у него в друзьях, что он пишет, что пишут его друзья и как он на это реагирует... Понимаете примерно, о чем я?
Переглянулись с Коняшем со сложными лицами.
— В наши время это называлось «сталкерить».
Понимаем даже слишком.

Сдали с Коняшем зачет по профайлам первыми с курса.
Никогда не знаешь, какой из твоих сомнительных навыков из прошлого пригодится в жизни (или в профессии).

@темы: Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

23:36 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Пришли снимать прогон «Мастера и Маргариты», одного из самых потрясающих балетов на моей памяти. Вроде три четверти костюмов отсутствуют, все пока неровно и не идеально, а все равно опять мурашки, как когда я смотрел балет как он есть, во всей красе.

Первый акт заканчивается сценой распятия Иешуа: его привязывают к кресту, и крест взмывает вверх.
Сегодня на прогоне была страшная суета, и монтажеры забыли вынести страховочный матрас. И Иешуа не распяли. Он просто посидел с Левием Матвеем, пока крест поднимали без него, посмотрел на беснующуюся толпу и на полный агонии танец Пилата.

Мне кажется это потрясающе символичным, и вспоминается тот отрывок из письма Кокто Маре: «Может быть, ты сможешь не приговорить Христа и не умыть руки. Попытайся, поскольку прошлое, настоящее и будущее не существуют».
Вот в балете и, шире, в искусстве тоже не существуют прошлое, настоящее и будущее. В этом красота.

@темы: Kevin the journalist, voice of Strex, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

19:29 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Каннингем.
Впервые книга Каннингема попала ко мне в руки при крайне странных обстоятельствах: я ехал от невролога в психдиспансер. Предлагаемые обстоятельства уже задают отличный тон нашему знакомству и, в некотором роде, Каннингем стал для меня неотъемлемой частью того непростого времени. Я читал «Часы», не прочитав к тому моменту «Миссис Дэллоуэй», то есть не обладая достаточным филологическим опытом для чтения; меня это, конечно, не остановило.
Узнал я о Каннингеме из дневника Тони, и это было очень важно для меня, потому что в мире современной литературы я чувствую себя почти беспомощным.

Каннингем для меня в первую очередь — о красоте мира и об одиночестве. Но когда я думаю Каннингем, мне вспоминается Старбакс, кофе за десять баксов и звездное небо. Почему «Начинается ночь» стала для меня наиболее знаковой книгой Каннингема, я не знаю. Когда я читал ее, я еще не догадывался о содержании «Смерти в Венеции» и не мог увидеть очень много не такой уж и сокрытой красоты в тексте. Получается как-то неправильно, каждый раз, поэтому к «Избранным дням» я приступил только после внимательного чтения Уолта Уитмена. Хоть где-то я был читателем, а не гостем в музее.

Почему-то именно с музеями у меня ассоциируется современная американская литература, причем с музеями современного искусства, с белыми стенами и куратор_ками, несколько лет назад получившими степень по искусствоведению. Это и Каннингем, и Янагихара, и Тартт — все они постепенно становились для меня приемом в честь открытия выставки, где гости ходят вдоль стен с бокалом шампанского в руке и смотрят на пересечение линий и точек, среди которых играют сферы. И это очень важно, эти сферы, потому что мне кажется, что я их слышу именно тогда, когда соприкасаюсь с современной американской литературой.

Как-то я попытался рассказать про Каннингема Морозу, но не смог. Вот Мороз спросил: ну, что в нем такого, в Каннингеме? — а я все думал: надо сказать про «Плоть и кровь», про «Дом на краю света», про Пулитцера, в конце концов. Но сказал только про то, что Каннингем написал книгу, которая развивается, как «Миссис Дэллоуэй», а Мороз спросил: но зачем, если уже есть «Миссис Дэллоуэй»? И я не знал, что ответить.
Я долго думал, в чем же суть Каннингема для меня, и в последние дни, посмотрев две бесспорно хорошие экранизации и читая «Снежную королеву», я наконец понял это, наверное.

Каннингем — это не просто романы о потерянных душах, или об одиночестве в современном мире, или о красоте как таковой.
Каннингем — это про связь, пронизывающую всё и всех. Про связь, для которой не нужно быть актором, для которой не нужно дешево перерождаться, как в каком-нибудь «Облачном атласе». Это та связь, которая не объединяет, но... она как космос вокруг нас: он необъятен и состоит из огромного количества всего самого разного, даже непостижимого. Он просто есть.
Это связь между литературными произведениями, которые вечны и переходят из одного в другое, от одного пера к другому, от одной судьбы к другой. Это связь между людьми, которые могут быть никак не связаны — ни кровно, ни чередой реинкарнаций, — но все же являются частью жизни как таковой. Это связь между городом и его неприкаянными жителями, связь между всеми городами и всеми жителями. Это связь между читателем и автором, которой, на самом деле, нет, — но вместе с тем она невероятно прочна. Мы все отражаемся друг в друге. «Все мы здесь по-своему прекрасны и одиноки».
Но и, конечно, это ода красоте: красоте жизни, красоте бытия, красоте человека, красоте не как категории или состоянию, но красоте высшей, которая состоит в гармонии каждой детали. И одиночество, и неустроенность, и постмодернизм с его литературными играми — все это есть, все это суть. Но вместе с тем, именно красота и связь определяют для меня Каннингема.

В сказках Каннингема есть новелла о Рапунцель. Там ослепший принц после долгих скитаний и поисков находит свою возлюбленную и ложится, обнимая ее отрезанные волосы. Вы чувствуете, да? Чувствуете?

@темы: Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, не душу делим, чай - постель всего лишь

16:26 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
«Вечное возвращение» с Жаном Маре — следствие того, что Жан Кокто как-то сказал: «Жанно, ты же вылитый Тристан, ты просто обязан сыграть Тристана!» И написал сценарий.
Фильм настолько красивый, вот серьезно, красивый, что можно только непрерывно жаль alt+i. Каждый кадр — картина, искусство. Не зря недавно вспоминали с одногруппниками итальянских каллиграфистов.

Мне нравится, что фильм скорее мифологичен, чем мелодраматичен, потому что обращается к одному из вечных сюжетов. Мадлен Солонь совершенно удивительно красива, как будто сошла с полотен Уотерхауса — тот тип романтизированной средневековой красоты, который так подходит именно к идее «вечного возвращения» как такового.

И в итоге фильм настолько же про Любовь, насколько и про Искусство, которое определяет нашу жизнь.
А кто лучше Жана Кокто знал, что такое Любовь и что такое Искусство?

Когда Жан Маре ушел на войну, Жан Кокто написал ему в одном из многочисленных писем:
«Повторяй себе без конца, что мое сердце бьется в твоей груди, твоя кровь течет в моих венах, что я гораздо менее одинок, чем многие другие, поскольку мы с тобой одно целое, несмотря на разделяющее нас расстояние».


@темы: От чего умер твой последний раб?, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, I'll find her if I have to burn down all of Paris

12:45 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Добрался до мемуаров Жана Маре и вспомнил, каково это — так сильно переживать за мертвых людей и хотеть вернуться туда, к ним, обнять их крепко-крепко, моих мальчиков.

Жан Маре напоминает мне Александрова — того молодого, богоподобного Александрова, который покорил Орлову этими своими голубыми глазами и светлыми волосами, стойкой на руках и шутками из босого прошлого, а Эйзена — и вовсе поразил в самое сердце, да так, что его до самой смерти не отпустило.
Жан Маре напоминает мне Александрова, который в молодых да зеленых постановках всегда играл Принца, в то время как Пырьев — Нищего.
Жан Маре напоминает мне Александрова, и у меня сердце не на месте.

Свою роль, конечно, играет и то, что в том же издании «Алгоритм», в той же серии «Мемуары великих» вышла «Моя жена Любовь Орлова. Переписка на лезвии ножа», которая в основном состояла из писем Эйзенштейну, Эйзенштейна или об Эйзенштейне (передаю привет Пере Аташевой), и я в магазине просто схватил томик «Парижских тайн», не обращая по опыту внимания на название (памятуя о той самой «переписке на лезвии ножа»), и не смог его выпустить из рук.
Может, еще дело в том, что как Александров был с Эйзеном, самым его верным другом и близким человеком, так и Жан Маре с Жаном Кокто — нашли друг друга и боялись отпустить.
То есть, конечно, Эйзен с Кокто боялись. Маре и Александров все несколько иначе воспринимали, но это тоже нельзя не замечать.

И вот еще, мне удивительным образом стали ближе «400 ударов» Трюффо, которые я невзлюбил с первого просмотра и не смог полюбить даже после «Мамочки» Долана.
Ровно перед тем, как взяться за мемуары Маре, я дочитал прекрасный «Замок из стекла», а до этого — гораздо менее прекрасного «Щегла», и тема непростого детства, какого-то бессмысленного воровства, всех этих перипетий, которые не должны выпадать на долю ребенка, — все это сложилось в логичную, грустную, но понятную картину, за что я этим книгам очень благодарен.

И вот я читаю про то, как Маре (красивый почти феминной красотой, богоподобный, кокетливый до бесстыдства, «маленькое чудовище с лицом ангела», но при этом искренний и неловкий) надевает тетины или мамины платья и идет к булочнику или мяснику («Я даже хотел пойти в таком виде к кинорежиссерам, убежденный, что меня пригласят сниматься в кино. После заключения контракта я бы им сказал: "Так вот, я мужчина". А они бы ответили: "Вы великий актер!"»), или как его одноклассник с ним дружественен до ласки, или как некий режиссер предлагает ему главные роли через постель, и все это так разнится со сложившимся образом Жана Маре, что я как будто его заново открываю, такого, немного комедианта, немного карьериста, и много-много — актера.
Конечно, Эйзенштейн научил меня не доверять мемуарам, а Булгарин — биографам, и уж тем более — актерам, но я верю письмам, а еще — верю в ту правду, которая так или иначе складывается в саму суть.

И вот, например, Маре пишет о том, как однажды застал Кокто, который отключился от передозировки опиума, и привел его в чувство.

— Я хотел бы умереть.
Я молчу. На глаза наворачиваются слезы... Я хотел бы видеть его счастливым. Тут он замечает меня, просит прощения, обнимает.
— Жан, ты не хочешь умереть.
— Нет, теперь не хочу. Во сне я забыл, что счастлив. Старая привычка.


Прекрасный, прекрасный Жан Маре, в котором живет чувство совершенства, и прекрасный, прекрасный Жан Кокто, который говорит ему об этом, а потом обнимает, улыбаясь, потому что боялся показаться слишком претенциозным. :heart: :weep3:

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, I'll find her if I have to burn down all of Paris, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, гости всыпали боярам звездюлей, не душу делим, чай - постель всего лишь

15:58 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
В случае с французским пребываю в той стадии отношений с иноязычным текстом, когда смысл понимаешь, а качество текста — не совсем.
То есть в русском отличить фикбук от Чехова в целом не составляет труда. В английском сложнее, но тоже (спасибо ао3) более-менее понятно, где текст хороший, а где бульварщина-тараканщина.

Есть ряд косвенных признаков, по которым я могу более-менее признать за французским текстом те или иные качественные характеристики, вроде «много повторов — моветон», но все еще не различаю в тексте subjonctif. Это, конечно, дело наживное.
Так или иначе, просто испытываю радость, читая и понимая французский текст.

Это я к чему.
Понял сегодня утром, что все это время в фандоме Тварей мне не хватало текстов про Криденса на французском. И вот пока я еще не очень понимаю, насколько фикло годное, самое время восполнить этот пробел ;D
Ну и, собственно, отчаянно хорошо стало от Comme un oiseau blessé. Конечно, такие тексты на русском и английском кропали пачками, особенно первый месяц, пока Твари еще шли в прокате. Но французский же! <3

Il a promis de lui apprendre la magie. Il lui a promis de le faire partir loin d'ici, de lui faire découvrir une nouvelle vie, et rien que pour cela, Credence l'aimait plus qu'il n'avait jamais aimé personne.
Et puis les mains de Graves l'ont touché et il s'est rendu compte qu'il était bien au-delà de cela.
Le toucher guérisseur de Graves efface les plaies sur ses mains, sur son dos, sur son corps. Il voudrait lui demander de toucher son coeur, de réparer ce qui l'a blessé ici aussi. Il est certain qu'il le pourrait.

:heart: :small: :weep3:


хх

@музыка: Corde Oblique - Cantastorie

@темы: I'll find her if I have to burn down all of Paris, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, не душу делим, чай - постель всего лишь, Лимон-который-выжил

00:12 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
В четверг сдавали черновики фильмов-реконструкций, в связи с чем собрались доброй половиной группы.
Я рассказал Яне, как на днях наткнулся по ОТР на «Ивана Грозного» Эйзена и снова испытал это чувство огромной любви к режиссеру и человеку, который создал что-то настолько прекрасное, сильное, важное и просто гениальное.
И Яна сказала: «Эх, Даша-Даша. Гениальное остается гениальным, а ты должна расти».

Яна сказала, что я должен развиваться.
Почему в моей жизни все время появляются изаеподобные люди, которые выбивают меня из колеи?
Разве я не развиваюсь? Разве не расту? Неужели Джей прав, и растет только мое ЧСВ?

Сейчас наконец нашел полчаса хоть для одной серии «Юрия на льду», которого ждал с момента первого тизера и не мог смотреть на волне общего хайпа.
А там гг озвучивает Тосиюки Тоёнага. Ну вот тот самый, который озвучивал Микадо.
И что-то тяжеловато (а ведь мне уже не пятнадцать).

@темы: ты хочешь быть богом хотя бы в словах, гости всыпали боярам звездюлей, Херовато у меня дела, Лафайет., РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Микадо, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

23:56 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
"Tu dois évoluer constamment".
Les paroles de cet homme résonnent.

С днем рождения, Изая.

@темы: Drrr!!, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Микадо, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах

23:59 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Ходили сегодня в кино всей кафедрой. Как обычно, не обошлось без приключений, но это же мы.
Это очень классное чувство: мы сидели в большом темном зале, перед нами был космос, у меня на груди лежала Юля, по левую руку отпускал шутки Андреас, а по правую руку язвил Толик, и все это казалось немного ирреальным.
После сеанса Юля повторяла снова и снова: это наш последний поход в кино, можете ли вы себе это представить? Последний, последний поход в кино.
На пятом курсе нас уже не позовут.

И мы с Юлей плакали, обнявшись, в момент сильного эмоционального напряжения. Хороший фильм.

Я сегодня весь день думаю: когда последний раз я держал кого-то за руку во время похода в кино? Только Джея. Все остальное: дистанция, потому что не было необходимости ее преодолевать и идти на тактильный контакт. И тут Юля у меня на груди и на плече больше двух часов. А мне комфортно.
*
Смотрим с семьей сериал «Министерство времени», у нас к нему много вопросов, но в целом он неплохой. Мне очень нравится в нем (помимо чудесных штук типа счастливого Веласкеса, который встретил своего кумира, а тот — представьте себе! — ценит его) то, что там герои и героини как-то особенно равны. Не потому, что они действуют специально на равных, а просто есть во всем этом что-то не вымученное, не придуманное.
Есть Ирене, удивительная женщина из элиты министерства, которая в своем времени была замужем, а потом была жената, и в промежуточном периоде у нее была интрижка с девушкой, и это считается нормальным.

читать дальше

@темы: РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Аматэрасу, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

23:08 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Вчера был один из лучших дней в году (и по совместительству - один из самых спокойных). Мысль эта оформилась только сегодня, и я очень рад это осознавать.

Чудом доехал до института за 35 (!) минут до первой пары, сидел на двух чудесных лекциях по английскому Возрождению. Узнал, что Кристофер Марлоу был АНГЛИЙСКИМ ШПИОНОМ ВО ФРАНЦИИ ААААААА более того, хотя он и учился в универе, сессии ему проставляли "за дипломатические миссии" (читай: за шпионаж), а потом он облажался и его "очень удачно убили в пьяной драке".

Слушая лекцию Новиковой по Шекспиру (второй раз) я вспомнил разом все лекции Павлова и понял, откуда ноги растут у моего метода ведения лекций. Это странное открытие, но в целом приятное.
Вообще здорово видеть, как большой поклонник Шекспира говорит и о других университетских умах - гршным делом вспомнил, как спрашивал Беатриче о Марлоу в сравнении с Уильямом нашим Шекспиром, а она только говорила, насколько Шекспир многогранен, в отличии от ВСЕХ :D

А после пар мы встретились с Джеем и двинули в Аймакс смотреть ФАНТАСТИЧЕСКИХ ПИДОРОВ.
Вообще я шёл на волшебный мир, Джей шёл по старой памяти, а в итоге мы провели два чудесных часа, смеясь, плача (ладно, плакал только я, а Джей меня за это бил :"D), живо реагируя на происходящее и временами разводя руками.

Фильм, конечно, не лучшее произведение на известную тему. Сюжет прост и даже примитивен, главный герой никак не изменяется, а Министерство Магии в Англии куда презентабельнее Магического Конгресса Управления по Северной Америке. Но. Но. НО.
Нам понравилось. Мне понравилось.

Шутки правда очень смешные. Магия очень волшебная. Социалочка на уровне.
Меня очень приятно порадовала госпожа Президент. Да и вообще сама тема (которая шире сюжета) очень интересная. Надеюсь, ее все-таки раскроют.

Вызодя из кинотеатра, Джей кричал РУКУ МАСТЕРА ВИДНО, потому что ДЫРЫ В СЮЖЕТЕ. Это вообще лучшее, что могло случиться с фильмом, потому что следующие часа три мы латали эти дыры так, как сама Ро не залатала бы (;
Типичный Джей:
*до сеанса* ой этот ГП ущербные книги так себе вселенная
*после сеанса* СИСТЕМА ТРУДОУСТРОЙСТВА В МАГИЧЕСКОЙ АНГЛИИ ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ ТАКОВОЙ В АМЕРИКЕ ПО СЛЕДУЮЩИМ ПУНКТАМ...

Опуская логичные вопросы о невербальной магии (у всех поголовно американцев-волшебни_ц), мгновенной аппартации, легилименции и КРАЙНЕ херовой системе внутренней безопасности внутри американского министерства...
читать дальше

@темы: Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Лимон-который-выжил, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, обсессивно-компульсивное расстройство, сказка

23:56 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
12:04 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


«...Характер у Вас, конечно, трудный, но причин к тому было много, помимо природных качеств. Ведь Вам так рано далась слава, а люди славы не прощают, и от этого рано у Вас начало развиваться чувство самообороны.
И к большим людям всегда предъявляют большие требования и не прощают им обычных в простых людях вещей.
И жестокость Ваша от людей, а не от Вас. Не знаю, верно ли, но мне кажется, что Вы, как и я, мало в жизни видели настоящей нежности. Вы, может быть, больше видели любви, чем нежности и преданности, а только истинная нежность нас смягчает в нашем ожесточении.
А натура у Вас богатая и необычная, и Вам самому с ней труднее, чем другим. А натура-то очень хорошая — я уверена».
(Елизавета Телешева — Сергею Эйзенштейну, Ленинград, 30/VI—36)

«...Если погибну — мой дух будет Вашим porte-bonheur'ом. Вспоминайте меня в тяжелые минуты, я буду приносить вам облегченье.
И помните, что говорила и писала Вам в последних письмах.
«Твердым будь»! Не растрачивайте себя зря. И, главное, научитесь хоть немного думать о людях. Не знаю, многие ли способны на такую трудную жизнь, как Пера Моисеевна и я. Надо очень уж любить Вас, чтоб все прощать.
Мне горько отсутствие вниманья с Вашей стороны во время самых тяжелых дней моей жизни. Даже далекие люди высказывают много теплого участия, ибо все знают, что положение катастрофически плохо. Вы же даже письма за 2 месяца моей болезни не собрались написать.
Ну, не хочу упрекать, вероятно, есть внутренние причины, которые заставляют Вас так действовать. Я смотрю на себя как на отжившего человека — не мне предъявлять какие-либо требования.
Будьте счастливы.
<...>
Ваша Мадам»
(Елизавета Телешева — Сергею Эйзенштейну, Москва, 19/XI 42)

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, гости всыпали боярам звездюлей, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах

23:14 

lock Доступ к записи ограничен

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
13:11 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


Агния Касаткина — мой спирит энимал, не иначе.
Потрясающая история, как на вечеринке в честь успешных прогонов «Мудреца» Агния решила объясниться Эйзену в любви и в доказательство оной прямо на его глазах пустила себе пулю в сердце. Ох уж это неистовство влюбленности в двадцать лет.
И после этого Агния писала: «Милый Эйзенштейн / Больше не относись ко мне / принужденно и "осторожно". / Я тебя больше НЕ ЛЮБЛЮ. / (т.е. как единственного / человека в мире но также / люблю как товарища)», 1.05.1923. (Вранье, конечно — любила его потом еще очень долго и осторожно приручала — и в любви своей напомнила мне Телешеву в последние свои годы.)

(И потом — весь следующий год поддерживала связь с ним и — особенно — с его матерью.)
(Так поддерживала, что стала для Эйзена «the first I slept with».)
(И во время съемок «Стачки» он работал с шести утра до позднего вечера без перерывов даже на еду, и иногда только выбирался к Агнии — загорелый, уставший и с прогрессирующим неврозом.)
(Зато если уж выбирался, так уж: «Мы с Сережей тот факт, что он приходит иногда («прокусывает губу»), держим в строжайшем секрете, чтобы не давать повода милым сплетникам говорить гадости», конец июля-начало августа 1925 г.)
(«Во-первых, я обещала Сереже, что пожалуюсь Вам: он мне — ну, невероятно больно — прокусил губы вчера! Как, по-вашему, это называется?..», конец июля-начало августа 1925 г.)
(«Он смеется, говорит, что я считаю его «неотразимым»! Но ведь Вы же знаете, какой он замечательный, чудный во всех отношениях. Ему это говорить нельзя, он будет издеваться...», 25.07.1924)

И история в лучших традициях Эйзена:
«Мы с Сережей очень ссоримся (не надолго) из-за разных вещей. Ссоры сопровождаются дракой и рванием белья, взаимно, но Сережа во всем бывает виноват. Вчера он стащил у меня письма — и мы долго дрались из-за них, потом, приобретя их окончательно, он выпрыгнул из окна и, прочтя их, влез в окно по водосточной трубе. Я звала на помощь отца, но он окончательно на его стороне, и вообще было весело. Потом Сережа очень мило просил у меня прощения».

@темы: гости всыпали боярам звездюлей, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах

Mea culpa

главная