• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
19:29 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Каннингем.
Впервые книга Каннингема попала ко мне в руки при крайне странных обстоятельствах: я ехал от невролога в психдиспансер. Предлагаемые обстоятельства уже задают отличный тон нашему знакомству и, в некотором роде, Каннингем стал для меня неотъемлемой частью того непростого времени. Я читал «Часы», не прочитав к тому моменту «Миссис Дэллоуэй», то есть не обладая достаточным филологическим опытом для чтения; меня это, конечно, не остановило.
Узнал я о Каннингеме из дневника Тони, и это было очень важно для меня, потому что в мире современной литературы я чувствую себя почти беспомощным.

Каннингем для меня в первую очередь — о красоте мира и об одиночестве. Но когда я думаю Каннингем, мне вспоминается Старбакс, кофе за десять баксов и звездное небо. Почему «Начинается ночь» стала для меня наиболее знаковой книгой Каннингема, я не знаю. Когда я читал ее, я еще не догадывался о содержании «Смерти в Венеции» и не мог увидеть очень много не такой уж и сокрытой красоты в тексте. Получается как-то неправильно, каждый раз, поэтому к «Избранным дням» я приступил только после внимательного чтения Уолта Уитмена. Хоть где-то я был читателем, а не гостем в музее.

Почему-то именно с музеями у меня ассоциируется современная американская литература, причем с музеями современного искусства, с белыми стенами и куратор_ками, несколько лет назад получившими степень по искусствоведению. Это и Каннингем, и Янагихара, и Тартт — все они постепенно становились для меня приемом в честь открытия выставки, где гости ходят вдоль стен с бокалом шампанского в руке и смотрят на пересечение линий и точек, среди которых играют сферы. И это очень важно, эти сферы, потому что мне кажется, что я их слышу именно тогда, когда соприкасаюсь с современной американской литературой.

Как-то я попытался рассказать про Каннингема Морозу, но не смог. Вот Мороз спросил: ну, что в нем такого, в Каннингеме? — а я все думал: надо сказать про «Плоть и кровь», про «Дом на краю света», про Пулитцера, в конце концов. Но сказал только про то, что Каннингем написал книгу, которая развивается, как «Миссис Дэллоуэй», а Мороз спросил: но зачем, если уже есть «Миссис Дэллоуэй»? И я не знал, что ответить.
Я долго думал, в чем же суть Каннингема для меня, и в последние дни, посмотрев две бесспорно хорошие экранизации и читая «Снежную королеву», я наконец понял это, наверное.

Каннингем — это не просто романы о потерянных душах, или об одиночестве в современном мире, или о красоте как таковой.
Каннингем — это про связь, пронизывающую всё и всех. Про связь, для которой не нужно быть актором, для которой не нужно дешево перерождаться, как в каком-нибудь «Облачном атласе». Это та связь, которая не объединяет, но... она как космос вокруг нас: он необъятен и состоит из огромного количества всего самого разного, даже непостижимого. Он просто есть.
Это связь между литературными произведениями, которые вечны и переходят из одного в другое, от одного пера к другому, от одной судьбы к другой. Это связь между людьми, которые могут быть никак не связаны — ни кровно, ни чередой реинкарнаций, — но все же являются частью жизни как таковой. Это связь между городом и его неприкаянными жителями, связь между всеми городами и всеми жителями. Это связь между читателем и автором, которой, на самом деле, нет, — но вместе с тем она невероятно прочна. Мы все отражаемся друг в друге. «Все мы здесь по-своему прекрасны и одиноки».
Но и, конечно, это ода красоте: красоте жизни, красоте бытия, красоте человека, красоте не как категории или состоянию, но красоте высшей, которая состоит в гармонии каждой детали. И одиночество, и неустроенность, и постмодернизм с его литературными играми — все это есть, все это суть. Но вместе с тем, именно красота и связь определяют для меня Каннингема.

В сказках Каннингема есть новелла о Рапунцель. Там ослепший принц после долгих скитаний и поисков находит свою возлюбленную и ложится, обнимая ее отрезанные волосы. Вы чувствуете, да? Чувствуете?

@темы: Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, не душу делим, чай - постель всего лишь

23:06 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
«Я соловей, соловей всея Франции», — шепчет Кокто, а пальцы занозит дверь. Глаза подвел черным, а губы красным.
«Я сам себе, в общем, охотник и зверь, сам себе песня, молчанием спетая».
Снова скребется, ступни морозит пол.
«...Сам себе проза, стихи, да, верно, много еще самых разных слов».

Он на полу. За дверью шуршит дыхание: молодость, в общем, думает не о том. Он говорит, а этим хватает молчания.
«...Сам себе пустошь и самый уютный дом, все нипочем: мне не жарко, не холодно».
Чертит слова, а видит один туман.

«Знаешь, Жанно, ведь молчание — золото».
«Знаешь, Жанно, ведь ma France, c'est toi».

@темы: Рихито-сама, возьми на кухне нож, разрежь меня на части

14:04 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Вчера за ужином папа с помощью голосового переводчика попросил меня передать хлеба, а я не понял С: Вот и все твое хваленое упорство, подумал я, вот и весь твой огонь — все еще не можешь даже понять, когда тебя просят хлеба передать.
Все как-то очень неровно: вот я гораздо увереннее чувствую себя, когда смотрю двадцатиминутные серии на французском, где много простой околобытовой лексики, которую я раньше в упор не понимал; но вот я включаю радио, и из длинного комического монолога, над которым надрывают животы все в студии, я узнаю только слова «Бенуа Амон», «Жанна д'Арк» и «немец африканского происхождения».

В том чудесном Хогвартс!АУ фичке уже добрый месяц никаких обновлений, и моя радость по поводу прочтения 7к сюжетно связанных слов на французском несколько притупилась. Есть другой фичок, он мне очень нравится, но я не понимаю его прямо вот вообще. Вбиваю в гугл-транслейт целые предложения, чтобы понять, что происходит. (Но там язык реально гораздо сложнее, этот аколит мне все еще не дает покоя.)

Надо стараться еще больше.
Мне кажется, все было бы несколько проще, если бы не страх перед общением с людьми, но у меня аж в глазах темнеет, когда я думаю о том, чтобы, скажем, завязать беседу, а тем более на французском. Работать еще и работать, выше стропила, плотники!

@темы: I'll find her if I have to burn down all of Paris

12:53 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Начал утро с чтения отличного материала — беседы с Мариной Разбежкиной. Мне кажется, что-то вроде такого текста нужно давать читать в обязательном порядке студентам конца первого — начала второго курса, причем как на режиссерском, так и на журфаке. Что-то наподобие всем поголовно рекомендуемого «Универсального журналиста» Рэнделла.

Вот, например, вопрос о языке, который меняется и упрощается. Рождественская очень точно это формулирует: «Вообще, мне становится очень не по себе, когда я наблюдаю, как меняется язык. Метафоры тупеют, и мне за них страшно, потому что они явно стали другими, они болеют и умирают. Я понимаю, что эти изменения не хороши и не плохи, они просто происходят, но чувствую себя каким-то динозавром, который вот-вот вымрет». И Разбежкина озвучивает не новые, но по-прежнему актуальные тезисы о монологичности современного языка, о бесконечной самопрезентации в рамках любого разговора.
И еще Разбежкина говорит про абитуриентов ее Школы документального кино и театра: «Но их язык примитивен настолько… Хотя, может быть, какие-то знаки времени возвращаются и в этих знаках времени возвращается этот язык. Он пустой, он тебя этой пустотой уничтожает — очень страшно в пустоту попадать, да?»
Вот эта пустота — везде. И это действительно страшно.

Очень точное замечание про Кончаловского, который «совершенно не чувствует реальности» и формирует все равно свое, исходящее от себя, необратимо художественное, игровое.
«Так что такое документальность? Это ни в коем случае не документ. Это все-таки не тот слепок реальности, который мы фиксируем. Потому что мы можем зафиксировать реальность — и она окажется фальшивой. А можем придумать реальность — и она покажется абсолютно правдивой».

Мне очень важно, как Разбежкина проводит разницу между документалистикой и журналистикой, потому что это часто становится камнем преткновения, например, у меня в семье.
Помню то чувство, когда я понял, как беспомощна и поверхностна журналистика в своей массе. Мне было обидно за годы попыток стать частью чего-то настолько мелкого. Но меня успокаивало, что пока есть такие издания, как, например, «Новая газета», еще не все потеряно. Потеряно — это про телевидение. Там вот точно: оператор снял, что увидел, и унес на монтаж. А что было не самом деле — это пусть документалисты месяцами тусуются непонятно где и непонятно ради чего. Вот как Дзига Вертов говорил: «Как я могу написать в сценарии, что Петров утонул, когда я даже не знаю собирается ли он плавать?» То же самое, какая ирония, работает для журналистики: как я могу ждать, что Петров убьет старушку, если я даже не знаю, что у Петрова есть топор?
А документалисту не нужно знать.

У нас есть ребята, которые живут документальным кино. Костя, кажется, чуть ли не год игровое кино смотрел только из числа заданного Гибертом, и то со скрипом.
Я часто говорю о том, как меня поражает Яна, потому что она умеет видеть, и это потрясающе ценно. Она чувствует окружающее и окружающих.
Может быть, я сам герметичен. Не знаю.

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь

00:02 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"


Прочитал Harry Potter et la Chambre des secrets, очень, очень собой горд и рад. На данный момент это самая длинная из книг, полностью прочитанных мной на французском. В переводе очень простой язык, но все же это целый роман, который я понял от корки до корки. Фантастическое чувство.

Когда я был в первом классе, дома мне разрешалось читать только вслух, чтобы родители были уверены, что я читаю правильно. Даже когда родителей не было, нужно было читать вслух. Мне это не очень нравилось, но я старался изо всех сил.
А потом появился «Гарри Поттер и философский камень», которого мне ввиду объема разрешили читать про себя. И я зачитывался. Это была моя маленькая победа: мне доверили самостоятельное чтение, и судить себя мне предстояло самому. Мне очень нравилось читать. Где-то тогда же я увидел в магазине «Тайну "Звездного странника"» и совсем пропал.
Но ГП был первым лучом весны, и у меня до сих пор большая благодарность к Ро за это.

Где-то на втором курсе пар перевода я начал на плежа слушать ГП в начитке Стивена Фрая и смотреть фильмы в оригинале. Это тоже были серьезные шаги в изучении языка, и снова я благодаря ГП тверже и тверже становился на ноги.

И вот теперь, когда я прочел Тайную комнату на французском, я радуюсь почти как тогда, когда только начинал читать на русском.
Это все, знаете, немного волшебство.

Цитата Дамблдора, потому что почему бы и нет: Ce sont nos choix, Harry, qui montrent ce que nous sommes vraiment, beaucoup plus que nos aptitudes. Дело говорит.

@темы: перевод: анализируй, почему Ганнибал ест людей, не душу делим, чай - постель всего лишь, Лимон-который-выжил, I'll find her if I have to burn down all of Paris

19:11 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
С неделю назад наткнулись по Культуре на цирковой фестиваль в Монте-Карло, и у меня аж мурашки побежали по рукам. А еще я понял, что очень хочу пересмотреть Kaleido Star — и к этой мысли приятным бонусом добавилось знание, что первый сезон есть с французским дубляжом.

Цирк меня завораживает. Причем не дрессура (животные — вообще не моя стезя), а в первую очередь акробаты, гимнасты (особенно воздушные гимнасты) — те, кто владеет телом на уровне какого-то волшебства. Клоуны, фокусники бывают хорошие и не очень, но тоже обычно делают меня радостнее.
Kaleido Star я смотрел летом перед третьим курсом (в который раз, уже не знаю), и во многом благодаря этому родилась моя заявка на документальный фильм о цирке (который и был позднее реализован).

Но главная причина любить этот сериал, конечно, в другом.
Для меня огромную важность представляет весь тот путь, который проходит Сора. И те перипетии, с которыми она сталкивается на этом пути.
Когда Сора говорит: «Сейчас я не могу этого сделать. Но однажды я превзойду не только себя, но и лучших».
Когда Шут говорит: «Судьбу можно изменить. Если иметь достаточно желания и упорно работать».
Есть один замечательный эпизод, где Сора (в прямом и переносном смыслах) прыгает выше головы, чтобы стать партнершей ведущей артистки цирка на одном из спектаклей. И потом у нее все время очень болит тело, но она не придает этому значения, а только тренируется еще упорнее. И ей говорят: ты без базы циркового училища занимаешься на равных с человеком, которая столько лет живет цирком. Твое тело недостаточно подготовлено. И тогда Сора начинает параллельно нарабатывать эту базу. Я очень люблю этот эпизод, как ни посмотри.

Я на журфак смотрел такими же глазами, как Сора смотрела на Пеструю арену, когда приехала в Штаты ради поступления. Абсолютно.
В некотором роде Сора — та же Моана. Она знает свой путь и рвется к своей мечте, работая изо всех сил. Иногда хочется все бросить, и они обе, в общем, пытаются это сделать, но потом задают себе вопрос: «Кто я?» — и понимают, где их место. (играет «Зов предков», все плачут)

Во французском дубляже перевели заодно и опенинг с эндингом, и это прямо очень неплохо.
Оставлю тут опенинг, потому что он отличный (ничуть не хуже, чем в оригинале).

Ecouter seulement mon coeur

Un jour quelqu'un m'a demandé
Quel était mon plus grand désir
Je connais bien ma destinée
J'ai deviné mon avenir
.

читать дальше

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!

20:20 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Посмотрел выпуск «Звезд русского авангарда» про Козинцева и Трауберга и испытываю чувства. В начале фильма был потрясающий момент: Петроград, театр, эксцентрика, публика недоумевает, почему все так мельтешит перед глазами и откуда столько акробатов, сколько и в цирке не всегда бывает, — а в первом ряду сидит Эйзенштейн и кричит: «Быстрее! Еще быстрее!» Я как-то упустил момент, что Эйзен был на спектакле ФЭКСов, и это так здорово и так логично теперь. Так и вижу этот огромный лоб у самой сцены <3

Не то у Козинцева, не то у Трауберга в воспоминаниях есть пассаж о первой встрече: это, мол, не была любовь с первого взгляда, но в глазах друг у друга мы увидели свое будущее.
:heart:

Совершенно потрясающая историю про «Новый Вавилон» Козинцева и Трауберга. Из воспоминаний Григория Козинцева:

На одной дискуссии так поносили фильм, что слова очередного выступающего: «Нет, товарищи, я с вами не согласен, есть в картине и хороший кадр», — показались мне солнечным лучом во мраке ночи: хоть один путный кадр все-таки отыскался.
— Это кадр, — продолжил оратор, — где роют могилу. Вот если бы положить туда режиссеров...


Козинцеву было 17 лет, Траубергу — 20, когда они поставили безумную «Женитьбу», только представьте, такие молодые, а создали, по сути, целое направление. Со всем азартом молодости бросились в театр, в кино, в жизнь.
Когда нам Гиберт читал о них лекции, мы слушали с открытыми ртами, потому что это было удивительно и неожиданно: например, перед началом «Женитьбы» зрителя уже вовсю вовлекали в действие, обливая водой на входе и затевая драку.
Помню, как Гиберт говорил: «Актер дает в морду зрителю, зритель отвечает, все вовлечены в драку, Козинцев стоит над этим и аплодирует» :D
И когда Гиберт зачитывал нам их манифест эксцентризма, мы так впечатлились, что тоже решили написать какой-нибудь манифест :vv:

В тетрадях с лекциями про этих двоих у меня на полях выведено: «Как Аддисон и Стиль <3».
А следующая лекция — про Александрова.
И так как я был на журфаковской сессии, когда Гиберт читал лекции про Эйзенштейна (и послушал их в записи много позже), для меня тогда Александров еще ничего не значил. Были же времена.

@темы: гости всыпали боярам звездюлей, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!

12:23 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Четырехлетний бакалавриат, который на заочке растягивают в пять лет, отдает чем-то оруэлловским, правда?

— Сколько пальцев ты видишь, Уинстон?
— Четыре.
— А если Партия скажет, что их не четыре, а пять, тогда сколько?

Вот и у нас:
— Сколько лет надо учиться на бакалавра?
— Четыре.
— А если деканат скажет, что пять?
— Пусть деканат лучше скажет, когда сессия, а то в прошлом году мы узнали об этом за день до первой пары, вы там совсем оборзели, что ли?

¯\_(ツ)_/¯

@темы: журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, ты хочешь быть богом хотя бы в словах, не душу делим, чай - постель всего лишь

16:02 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Вся эта ситуация с Серебренниковым меня невероятно ужасает самим фактом своего существования, своей возможности. Очень многие уже сравнили этот процесс с мейерхольдовским, и от этого еще страшнее, хотя сегодня (пока что) никого не собираются расстреливать.
Считаю очень правильными и действительно важными слова Мизгирева: «Мне не составляло труда выступить поручителем. Потому что я совершенно уверен : правда на стороне Кирилла» (линк). В этом вся суть как поддержки от коллег по цеху, так и криков этих сотен людей, которые собрались у здания Басманного суда сегодня.

Мы не можем знать всей правды. Но те, кто посадил Серебренникова под домашний арест, со своей стороны вообще не выказывают озабоченности правдой.
Не то чтобы после «Нуреева» мы не ждали чего-то подобного, но выдернуть режиссера со съемок, отрядить ему пятерых конвоиров и не пускать его в театр иначе, как в сопровождении следователя — это такой пиздец, что и говорить нечего. А вот так его увезли из суда.

Уровень Серебренникова — это не просто «модный режиссер со своим мнением», это мастер международного уровня, и неудивительно, что мировая общественность уже снова косо на нас смотрит (линк). А нам-то как на себя смотреть после всего этого?
Медуза очень точно и правильно написала про весь этот показательный цирк с конями тут: «Мы знаем, что Кирилл Серебренников должен снимать кино и ставить спектакли, а не сидеть в СИЗО».

@музыка: Тараканы! - Что я могу изменить?

@темы: Kevin the journalist, voice of Strex

22:14 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сегодня по канау Культура начался цикл передач «Звезды русского авангарда», и я всем его очень, очень советую.
Начался фильм с речи Григория Александрова, и как тут можно не проникнуться с первых же минут? Так люблю его, это же надо, даже забыл, как сильно люблю.

Испытываю слабость к этим небольшим, построенным на фильмах и хронике документалкам Культуры о режиссерах с тех пор, как увидел фильм про Пырьева (тот самый, в конце которого мы с матерью просто сидели и не могли перестать плакать).
Фильм про Экка получился отличный, потому что режиссер (он же автор сценария, он же продюсер, он же диктор) смог вложить максимум важного в те полчаса, что длился эфир. Конечно, за это время много не расскажешь, но почему-то у меня так сильно болело сердце несколько раз. Значит, драматургия соблюдена. Значит, фильм трогает.
Хотя, конечно, вообще этот период в истории кино меня поражает и вдохновляет. Спасибо Гиберту за то, что открыл его; спасибо Эйзену и Грише Александрову за то, что влюбили меня во все это.

Почему в советское время все так плохо было с министрами кинематографии, хочется спросить, почто они так бесоебили. Сначала Шумяцкий наделал дел (как простить ему «Бежин луг»?), а потом вот Большаков — умудрился снять Экка с режиссерской должности, не разбираясь, чем обрек его на 20 (!) лет вынужденной отставки, голода и попыток вернуться в профессию.
Вообще Экк потрясающе сильный: справлялся с запретами на работу, с вынужденными простоями, но главное — сражался за свои эксперименты. Первый звуковой советский фильм, первый цветной отечественный фильм, первый стереоскопический... Да много чего первого. Эта эпоха эксперимента, когда все было новое, совершенно покоряет меня своей страстностью и необъятностью. Когда появился первый аппарат для синхронной записи звука, народ на улицах не понимал, что это за коробка, и спрашивал, почем пирожки ;D

«Путевку в жизнь» сами итальянцы считали предтечей неореализма и до сих пор показывают в киношколах. В СССР активно праздновали каждый юбилей этого фильма, его возвращали в кинотеатры, переозвучивали, снова и снова запускали — и публика снова и снова шла смотреть.
Сам Экк в интервью говорил: да, общепризнано, что кино стареет вместе с режиссером, но если «Путевку в жизнь» смотрит уже четвертое поколение зрителей — значит, мы нашли правильный путь.
Это напомнило мне любимую присказку нашего декана про «Кубанских казаков», которых смотрят уже почти семьдесят лет с той же радостью, как тогда, в пятидесятом году. Значит, мол, подобрал Пырьев ключик к душам человеческим.

Так люблю историю отечественного кино.
Завтра выпуск про Дзигу Вертова.

@темы: Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, гости всыпали боярам звездюлей

19:38 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сначала важное.

Я получил премию мэра для талантливой молодежи за научно-образовательную деятельность, чем очень горжусь. Обо мне даже написали на сайте института классную заметку. Эта премия для меня очень важна, потому что она как доказательство того, что все не зря, и нужно продолжать работать. В официальной формулировке при моем награждении упоминались гендерные исследования, что вдвойне приятно.

Второе, ничуть не менее, а то и более важное — мой текст про Булгарина опубликовали на сайте Культура.рф.
Во-первых, Булгарин! :heart: Я рад, что про него узнает кто-то, кроме моих друзей, которым не посчастливилось быть со мной в последние года полтора моего горения по журналистике второй четверти XIX века. Во-вторых, Культура.рф! Это отличный портал, который мне очень нравится. Мне бы, в целом, даже хотелось бы там работать.
Ну и, наконец, просто радуюсь публикации на общероссийском уровне :sunny:

Теперь о не таком главном.
Испытал неимоверное желание посмотреть второй сезон Дворецкого на французском, хотя бы одну серию, — в чем и преуспел. Убедился на википедии, что французский релиз был и пошел гуглить.
Не скажу, что мне нравится подбор голосов, но до чего же странное чувство — для начала, вообще Дворецкий. Это как тогда, в 2010, когда мы сидели в полупустом трамвае, жарким-жарким летом, ехали к черту на рога, и Джей говорил: «Сейчас ты в огне от Дворецкого, а через полгода так же будешь ждать выхода каждой новой серии второго сезона Дррр!!» И я смущался и качал головой, потому что не был в этом уверен. А второй сезон Дворецкого мы с Джеем и смотрели — поутру я хватал попкорн и бежал к нему, где ждала скачанная серия на японском, с пылу с жару. Эх, времена. Трава зеленее, небо голубее, никаких мертвых журналистов и режиссеров.

И вот смотрю я сейчас эту первую серию и думаю: до чего же я люблю Алоиса, этого одинокого, озлобленного на мир мальчика; и до чего я люблю Клода, мудака этого :"D Что тут скажешь.
Ближе к концу серии, если помните, есть такой момент: Себастьян роняет люстру, выбивает окно и уматывает из особняка, а Алоис издает совершенно нечеловеческий крик ужаса, когда становится темно, посылает слуг поймать Себастьяна, но не отпускает Клода: «Ne m'abandonne pas», — и вспоминает, как он так же держал на руках своего мертвого друга и говорил: «Ne me laisse pas seul. Je t'en prie».
И он повторяет то же самое Клоду снова: «Ne me laisse pas seul, Claude. Je t'en prie»
И я что-то прям :weep3: Mon garçon :weep:

Напоследок — не могу не.
Во французской версии «Темного дворецкого» Клод и Себастьян не дворецкие, а мажордомы — и это ОЧЕНЬ смешно.
Ну то есть дворецкий по-французски — мажордом.
Поэтому темный мажордом.
Хихикаю в кулачок.

@темы: обсессивно-компульсивное расстройство, Юлик внутривенно, Третьего отделения на вас нет, негодяи, Натаниэль, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Kevin the journalist, voice of Strex, I'll find her if I have to burn down all of Paris

18:00 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
На «Медузе» сегодня вышел отличный материал «Я просыпалась и начинала рыдать» Как жить с депрессией и паническими атаками: рассказывают девушка с расстройством психики и ее муж.
Отличный это материал по многим причинам.

На днях мы с Яной закончили работу над фильмом-портретом, основной темой которого была жизнь человека с ментальными болезнями. Немалая часть фильма построена на поэтическом монтаже, на метафорах и создании атмосферы. Например, монолог о причинах зарождения депрессии сопровождал звук пустоты.
В начале этого монолога Коняш, который и является героем, говорит: «Основная проблема в том, как я считаю, что в русскоязычном пространстве недостаточно много говорят о том, что с тобой случается, когда ты переживаешь тяжелую утрату, когда ты расстаешься с любимым человеком, когда умирает твой родственник, когда тебя бросают, когда ты вдруг просыпаешься и понимаешь, что ты не можешь пойти на работу, потому что в тебе нет сил, абсолютно никаких».

Я знаю текст нашего фильма практически наизусть. Много раз слушая записи интервью, подбирая кадры под каждое слово, делая расшифровку, я снова и снова переживал то, что переживал Коняш. Когда мы с Яной сокращали монолог, приходилось бороться за каждое слово: это важно, это важно, это очень важно.
И вот эти слова я вижу в монологах, которые опубликовала «Медуза». У нас действительно не так много об этом говорят, тем более в публичном пространстве, где не вся аудитория знает, что такое паническая атака и чем клиническая депрессия отличается от меланхолии и грусти. Поэтому люди с ментальными заболеваниями вынуждены использовать скупой набор слов и образов, который будет понятен широкой публике. Чтобы быть услышанными, им приходится снова и снова обращаться к одним и тем же словам. И сначала — когда слышишь/читаешь об этом впервые — кажется, что их достаточно. А потом ты слышишь ту же историю от другого человека. И еще от одного. И снова.
И становится понятно, что, так или иначе, приходится все пояснять. Потому что этот язык только зарождается в русскоязычном пространстве, и в его лексиконе не так много слов.

«Медуза» расширяет пространство борьбы, выражаясь языком Уэльбека, потому что выносит эти темы на публику.
Черновым названием нашего фильма было «Маленькая жизнь», потому что это тоже попытка найти слова и выработать язык. Название мы поменяли.

Я вижу параллели нашего фильма с материалом «Медузы» не только в словах (даже описание панической атаки начинается в обоих случаях практически дословно одинаково, и слова про жизнерадостность, и вообще очень многое, я выхватываю целые идентичные строки), но и в образах. Посмотрите на их иллюстрации: они метафоричны, нейтральны, но наполнены внутренней силой (точнее, внутренней слабостью), они передают атмосферу.
Мы с Яной ходили днями по городу, против ветра, зимой, в самый холод, и искали образы. Обветренные, уставшие, мы возвращались по домам, сливали материал и готовились идти снова.


Я помню тот день, когда Коняш впервые рассказал мне о том, как он себя ощущал: я помню день, помню температуру воздуха за окном, помню его выражение лица, помню его слова и дрожь голоса. Я тогда, конечно, не думал ничего такого снимать, но это было важно для меня, так важно.

мой опыт


Я рад, что постепенно ментальные болезни выходят из табуированной категории, что люди делятся опытом и помогают друг другу.
Все такое нестабильное. Хочется помочь, но как?

@темы: обсессивно-компульсивное расстройство, не душу делим, чай - постель всего лишь, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами, Юлик внутривенно, Херовато у меня дела, Лафайет., РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

14:05 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Есть во французском языке такая штука (о существовании которой я только догадывался до недавнего времени) как h aspiré, она же «придыхательное h».
Начать с того, что одно из основных правил чтения и написания, которые ты учишь, это «h muet не читается. Никогда». И ты радостно признаешь, что да, h никогда не читается, стоит везде для красоты и по традиции, Эрмион Гранжер, Алоомора, Ари Поттер. К этому можно привыкнуть, потому что в этом есть постоянство. Ты смотришь на слова на h и понимаешь, что тут будешь ставить связку, как перед обычном словом, начинающимся на гласную: l'homme, l’hôtel, l’heure. Это одно из тех правил, которые вроде как более или менее стабильны, их нежно любишь и прощаешь за кажущиеся лишними буквы.

А потом я узнал, что h muet — это не полное название звукового (не)выражения h. Это просто одна из разновидностей. Ведь помимо немой h, есть h придыхательная.
И вот смотрю я на этот интересный термин @ смотрю.
Может, думаю, там надо придыхать? Не зря же в словаре часто пишут в скобках (придых.). Раньше я мало об этом задумывался, но потом недоумение достигло критической массы, и я обратился к Ривер, а затем зачел штук пять разных статей на эту тему.
И знаете что?
Ничего там не придыхается, не выдыхается и не выделяется голосом даже самую малость. Просто в таких словах артикли не сокращаются, и ты выговариваешь длинный поток гласных, как будто ты горная река. Даже тест проводили, провоцируя студентов на использование слов с h aspiré, чтобы узнать, кто как выкручивается :D

А я еще все думал: что за придых. такой, вроде сколько мюзиклов слушаю, там никакого придых.'а нет (и никакого h тоже не слышно). Все эти Les héros ne sont que des hommes / A côté de toi или там Ne plus avoir peur / D’être à la hauteur. Списывал это все на АКЦЕНТ, ох уж это отсутствие грамматической базы, что ж ты мне все аукаешься, я же стараюсь!

Короче, все ложь, буквы нужны для красоты, придыхательные не придыхаются, мир — театр, люди в нем актеры :eye:
(Можно ли любить язык сильнее, да что угодно любить сильнее, чем я люблю французский? :heart: )

@темы: I'll find her if I have to burn down all of Paris, перевод: анализируй, почему Ганнибал ест людей

23:56 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Название: Здесь
Автор: mon petit LeFou
Фандом: ШНыр (таймлайн книги «Цветок трех миров»)
Размер: драббл
Персонажи: Гамов, Сашка
Саммари: Просто не возвращайся туда. Оставайся со мной.

— А я кто? — спросила Рина.
— Ты Рина, — ответила Оля почти не задумываясь, потому что она уже снова писала.
— А меня ты как узнала? Тоже характер прямой и искренний?
— Нет. По веснушкам, — ответила Оля. — А Сашку я узнала, потому что он всегда рядом с тобой. Ты же Сашка?
— Александр, — ответил Сашка строго. Неужели все, чем он знаменит, это то, что он всегда рядом с Риной?
(Дмитрий Емец, «ШНыр. Цветок трех миров»)


читать

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, ангелы - всегда босые..., Рихито-сама

00:45 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Видели звездный дождь. Те самые Персеиды, о которых так много говорили в последние дни, — но я почти был уверен, что все пропущу, потому что так всегда бывает.
Но вышел ближе к полуночи на улицу, взглянул на север — и наблюдал, как падают звезды из созвездия Персея.

До этого мы смотрели с семьей «Любовь сквозь время», где чистые души превращались в звезды, потому что каждая душа уникальна и способна на чудо.
Я очень люблю звездное небо. Много летучих мышей у нас, так и носятся неверными траекториями. Завораживающе красиво вглядываться в синеву и огоньки далеко наверху, а потом раз — и золотые росчерки во весь небосвод. Иногда совсем короткие штрихи, иногда дуга от края до края. Хочется бежать ловить Кальцифера, только вокруг дома и заборы — далеко не убежишь.

@музыка: Wings - Birdy

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, От чего умер твой последний раб?

09:29 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Антониони — один из тех режиссеров, которых не любят прямо вот поголовно. Вообще, думая о нем, я вспоминаю полное ужаса лицо Оли, когда я предложил посмотреть «Блоу-ап»; а еще я вспоминаю полный злобы вопль Вики, когда я упомянул Антониони в ожидании пары в коридоре.

Итальянское кино — одно из моих любимых, от неореализма до Висконти и Антониони, и после непростых тем довоенного кино Англии и Америки у нас был целый семестр посвящен только Италии, и это было очень здорово и вовремя.

Финал «Затмения» Антониони — вообще квинтессенция для меня, и я помню, как нам его описывал Гиберт, почти дословно: «В финале Антониони вообще упраздняет своих героев. Камера показывает нам место, где они встречались и договаривались встретиться. Все на месте: чан с водой, штабель кирпичей, — а людей нет. А были ли они? А может, не было вовсе?»
Мне безумно нравится, как Антониони разрывает эту драматургическую цепь, где у каждой причины есть следствие, где происшествия становятся событиями, где мы всегда узнаем, кто убийца и почему появилась та или иная жертва. В этом я вижу отголоски того неореализма, который не столько про искусство как таковое, сколько про жизнь, которая совсем не обязательно выстроена по Аристотелю, даже несмотря на свою трехчастность рождение — жизнь — смерть.
И это разобщение, и эта некоммуникабельность, которые свойственны Антониони — это прямо ma passion. «Затмение» начинается с пустоты и с «ничего», «ничем» и пустотой оно и заканчивается.

Тетралогия некоммуникабельности Антониони завершается фильмом «Красная пустыня», и у меня есть блестящая история на эту тему. Свои рецензии по истории кино со второго курса я не писал от руки, а печатал и затем распечатывал, и, конечно же, в последнюю ночь перед сдачей, одним глазом кося в недосмотренный фильм (а затем еще один, а затем еще), я дописывал по пять-десять-двадцать рецензий (было непросто совмещать тир образования поначалу). Так вот в семестр итальянского кино я дописал рецензии под утро, запустил принтер, и все шло неплохо, как вдруг...
...в принтере кончилась краска.
У меня аж сердце пропустило удар, серьезно. Бежать в канцелярский около института не было времени, мне еще ехать неизвестно сколько, а в полдень староста несет тетради Гиберту.
Но тут я вспомнил, что цветная краска (почему-то без синего цвета) еще осталась (хотя тоже на исходе).
И распечатал последнюю рецензию красной.
Это была рецензия на «Красную пустыню» — первый цветной фильм Антониони, где роль цвета была примерно такой же огромной. как у Эйзенштейна (в Потемкине и, главное, в «Иване Грозном»).

— ...Это как кинуть тапком в кота, а попасть в тещу! — завершил я свой рассказ вчера.
— Слушай, ну Микк, эти твои присказки, — Коняш засмеялся. — Как в тебе вообще это умещается: почитаю, типа, Джойса, а потом ТЕЩИН ЯЗЫК.

Это я все к тому, что мы с Коняшем ходили в Кубанькино на «Затмение», и я очень, очень рад, что могу разделить с ним что-то такое важное для меня и такое далекое от многих, кого я знаю.
Два слова о сеансе. Сидим в зале вдвоем, думаем, что так и будет. Тут кто-то появляется в коридоре, слышен голос: «Что, там кто-то есть?» — и ответ администраторки: «У нас сегодня много молодежи!» (Сидим с Коняшем вдвоем, напоминаю.) Вошла пожилая женщина. Через какое-то время зашла девушка немногим старше нас с Коняшем.
Не прошло и трети фильма, как девушка ушла с головой в вотсап. А пожилая дама держалась долго, но за последние пять минут фильма она четыре раза произнесла тихо, но отчетливо, чтобы всем в зале было слышно и понятно: «Черт-те что. Ну зачем?»
И я сижу, как в сказке: мягкие кресла, Коняш рядом, Антониони на большом экране.

@темы: ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, РКТ: журавлик, приземлившийся на ладонь, ты хочешь быть богом хотя бы в словах

21:03 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Конечно, основная причина, по которой я начал бегать по утрам — vita nostra brevis est, brevi finietur.

Я собирался бегать очень давно, кажется, еще со второго курса, когда первый раз прочитал «Vita nostra» Дяченко. Сашка Самохина оставалась и остается для меня одной из самых важных персонаже_к, которых я когда-либо встречал в книгах, и мне очень нравится, как вообще описана ее встреча с Фаритом, и как она постепенно приходит к выводу, что ненавидеть его — не просто нелепо, а даже неправильно.
И вот бег — начало, продолжение и логичная составляющая всего того, что было в книге.
Но еще бег (как подсказал мне интернет) — это помощь от депрессивных и подавленных состояний, хорошая физическая нагрузка, просто полезная штука.

Трудно начать бегать, когда ты просыпаешься без четверти шесть, чтобы поехать на учебу, а возвращаешься около десяти ночи, потому что после института французский в универе, например. И вот учебные будни я тратил на учебу, а каникулы — на то, чтобы оправиться от нервных срывов, и поэтому все как-то было не до того.
Сейчас я начинаю день с зарядки и бега, и это так же логично, как и слушать французское радио, например, или разбирать тексты в La France d'aujourd'hui. В том плане, что это чуть-чуть за пределами зоны комфорта, не всегда дается легко, но нравится мне как процесс.

Бегаю с приложением Nike+, которое посоветовала Сахарок (у нее на айфоне еще с прошлого лета четыре приложения для бега, но сама она не бегает), и вот в один из первых дней приложение решило устроить проверку на выносливость, чтобы знать, с какой стороны ко мне подойти. Виртуального тренера я представляю себе этаким Ли Шангом из «Мулан», который потирает шею и говорит, глядя на новобранцев: Nous avons un long chemin à faire. Потому что я давненько не бегал дальше, чем за маршруткой, отъезжающей от остановки. (Vous êtes plus fragiles que des fillettes / Jusqu'au bout et coup par coup / Je saurai faire de vrais hommes de vous, — мог бы спеть тренерский голос из приложения, если бы умел петь.)

Ближе к концу первой бегательной недели твиттер принес вот эту инфу про Джефферсона, и так как я все еще люблю его больше всех отцов-основателей (он единственный из них, чью биографию я целиком прочитал в ЖЗЛ, ого! а все что? — а все Луч и его потрясающая лекция, кульминацией которой была Декларация независимости и право на жизнь, свободу и стремление к счастью). Мне нравится думать, что вот Джефферсон пробегал милю в день, и я пробегаю милю в день <3 И знания, конечно, лучший капитал.

Comme un homme
Sois plus violent que le cours du torrent
Comme un homme
Sois plus puissant que les ouragans
Comme un homme
Sois plus ardent que le feu des volcans
Secret comme les nuits de lune de l'Orient

@темы: не душу делим, чай - постель всего лишь, Да здравствует революция, мы красивы и умрем!, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, Kevin the journalist, voice of Strex

10:59 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Дагенушка связала мне хаффлпаффский шарф, кричу второй день, до чего здорово! Просто волшебно! :D


Вообще выглядел вчера очаровательно, как Феденька Басманов ;D

фотопруфы того, что я волшебный и Феденька

Увлекательные истории из жизни в окружении добрых друзей. Во-первых, все пришли не вовремя со словами: «Ты же не будешь нарушать традиций опазданий на свой день рождения?» @ А Я НЕ ОПОЗДАЛ х) Но это норм. Скорее исключение, чем правило, поэтому люблю всех прошаренных друзей, который хорошо меня знают <3
Лучшее началось, когда Дагенушка (которая живет ближе всех) все никак не появлялась, и Джей начал шутить:
— Вот Дагенушка опоздала, место рядом с Микком занято Сахарком. И все, как теперь его душить?
— Смею тебя уверить, Сахарок не будет препятствовать смертоубийству. Вообще-то, она скорее подвинется, чтобы не сидеть на пути у Дагенушки, — возразил я.
— Если понадобится, я вообще встану и отойду, — подтвердила Сахарок.
— Бро ):
— Бро ¯\_( ツ )_/¯

Толик с Олей подарили мне белое сухое (зимой жаловался им, что все дарят книги, ставить их некуда, по нескольку экземпляров одного издания, почему не носки), на что Джей очень точно сформулировал всю мою суть:
— Да ты просто Дамблдор. Молодой Дамблдор. Поэтому тебе вместо носков дарят вино.
:lol:

Тут к слову история, как родители постарались всем привезти что-нибудь из отпуска. Спросили, что хочу я, на что мне оставалось ответить только «аленький цветочек», потому что откуда ж мне знать, что я хочу и как там все обернется? Не хочу ничего решать :D
Ну и привезли родители вино :-D
— Это, конечно, не на всю жизнь память, — развела руками мать, — но зато точно тебе понравится. Белое сухое.

@темы: ты хочешь быть богом хотя бы в словах, гости всыпали боярам звездюлей, Лимон-который-выжил, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?

23:23 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
— Ты возвращаешься, — Джоэл констатирует факт.
— Ты узнал бы это раньше, если бы не отписался от моего инстаграма, — замечает Илай. Всего лишь снова преподает в колледже. Откуда ушел совсем недавно, вслед за Джоэлом. Такой себе свежести новость.
Это замечание так нелепо и так верно; Джоэл не находит, что ответить. Он сделал все, чтобы жить без Илая: нашел новую работу, сменил всю музыку в плеере, выбрал новый фотоаппарат.
— Ладно, — тянет Илай, — расскажи, как ты?
— Здесь слишком шумно, — почти кричит Джоэл. Чья-то свадьба, все гудит, от софитов можно ослепнуть, всюду снуют операторы.
— Так пошли отсюда! — тянет его за локоть Илай.

Илаю нельзя уходить, но как-нибудь полчаса переживут без него. Все достаточно пьяны, чтобы обойтись без задорных криков со сцены; сам Илай не пьет ни капли. Чего не скажешь о Джоэле.
Илай узнает в нем того, кого знал когда-то наизусть: слишком высокий, и от этого не совсем твердо стоящий на ногах Джоэл кажется ему не то Петром Первым, не то мачтой корабля; сам Илай так часто видит море в последнее время, что сам не знает, как до сих пор не поддался соблазну войти в него и пешком отправиться за золотым руном. Это было бы так логично.
Стоит им выйти за двери, как шум веселящейся толпы остается там, почти что далеко, и Илай только успевает это осознать, как Джоэл зажимает его в каком-то углу, совсем не возвышенно и не романтично. Не так Илай представлял себе их встречу наедине после всего того, что им пришлось пережить. Он поднимает голову и смотрит на Джоэла недовольно, осуждающе; Джоэл игнорирует намеки. Он наклоняется к лицу Илая, и от него разит дешевым пойлом.
— Джо, прекрати! — отталкивает его Илай, резко почувствовавший себя смертным возле бога-олимпийца. Сколь бы он ни был хорош, до Олимпа не дотянуться. Как и до Джоэла.
читать дальше

@темы: Рихито-сама, ангелы - всегда босые...

16:26 

"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
«Вечное возвращение» с Жаном Маре — следствие того, что Жан Кокто как-то сказал: «Жанно, ты же вылитый Тристан, ты просто обязан сыграть Тристана!» И написал сценарий.
Фильм настолько красивый, вот серьезно, красивый, что можно только непрерывно жаль alt+i. Каждый кадр — картина, искусство. Не зря недавно вспоминали с одногруппниками итальянских каллиграфистов.

Мне нравится, что фильм скорее мифологичен, чем мелодраматичен, потому что обращается к одному из вечных сюжетов. Мадлен Солонь совершенно удивительно красива, как будто сошла с полотен Уотерхауса — тот тип романтизированной средневековой красоты, который так подходит именно к идее «вечного возвращения» как такового.

И в итоге фильм настолько же про Любовь, насколько и про Искусство, которое определяет нашу жизнь.
А кто лучше Жана Кокто знал, что такое Любовь и что такое Искусство?

Когда Жан Маре ушел на войну, Жан Кокто написал ему в одном из многочисленных писем:
«Повторяй себе без конца, что мое сердце бьется в твоей груди, твоя кровь течет в моих венах, что я гораздо менее одинок, чем многие другие, поскольку мы с тобой одно целое, несмотря на разделяющее нас расстояние».


@темы: От чего умер твой последний раб?, Идем! Ты мой! Кровь - моя течет в твоих темных жилах, Василий-су! Государь жалует тебя чашею!, I'll find her if I have to burn down all of Paris

Mea culpa

главная